"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Ворон Алексей - Страница 1409

Сам Марандо сидел по-турецки перед чем-то, здорово напоминавшим кофейник и чашку, но при нашем появлении соизволил подняться, сложил руки на груди и начал:

– Добрый день, дамы и господа! Похоже, вы удивлены. Хотел я сам ответить, но промолчал – были тут и покруче острословы…

– Что вы, что вы, Князь, – защебетал Креон. – Мы необычайно рады вашему гостеприимству и находим его совершенно естественным для человека, столь знаменитого своей щепетильностью в вопросах чести.

Лихо завернул – Марандо сразу затрясся от бешенства, но ответил сдержанно:

– Я дорожу своим домом. Чем бы ни закончился конфликт, он превратился бы в руины.

– Ага, – понимающе кивнул Реналдо, – и поэтому вы решили сдаться.

– Вы чересчур спешите с выводами, герцог. Нет, мне пришел в голову способ выяснения отношений, от которого вы все вряд ли откажетесь. – Да, Марандо определенно удавалось сегодня ставить нас в тупик, и это обстоятельство несколько примирило его с насмешками – он даже растянул губы в своей улыбке гоблина: – Прекрасный способ, известный с древнейших времен. Поединок один на один. С любым из вас. Если я побеждаю, вы отсюда убираетесь, если проигрываю… Тогда я отвечу на ваши вопросы. Вы ведь за этим пришли?

По-моему, легко угадать, кто во всеобщем понимании выступал пресловутым любым. Но, попав под град вопросительных взглядов, я не торопился с ответом – в голову лезли всякие мысли вроде той, что «если на клетке со львом написано слон – не верь глазам своим». Принять же такой вызов за чистую монету значило признать: Князь Д'Хур безумец…

– Я, в общем-то, не против. Каковы условия? – На самом деле надежда, что загвоздка кроется в этом, была очень слабой – по правилам, раз Марандо вызывал меня, я мог сам выбрать любые условия.

Князь сразу же подтвердил опасения:

– Я не могу ни на чем настаивать, – и после небольшого колебания добавил: – Если вы спрашиваете о моих предпочтениях, могу их высказать.

– Извольте.

– Первое – никакого оружия. Второе – взять в качестве правил керторианскую борьбу.

Второе мне не очень подходило, но первого было более чем достаточно. Голыми руками? Ну-ну… Честно говоря, если бы я видел малейший благовидный предлог для отказа, то не преминул бы им воспользоваться – слишком все это было нарочито. Но пока что Марандо полностью контролировал ситуацию…

– Ладно, пусть будет борьба. – Я скинул пиджак (хотя в своем нынешним состоянии он едва ли сковывал мои движения) и ткнул в свободное пространство между ковром и одной из стен. – Думаю, здесь места достаточно.

Марандо больше не проронил ни слова и, обойдя обеденный ковер, встал в борцовскую стойку. Я не стал утруждать себя позированием и просто двинулся ему навстречу…

Наверное, следует сказать несколько слов о керторианской борьбе. Принятые в ней правила формировались в течение тысячелетий и, как следствие, отличались большой сложностью и разнообразием. Если сравнивать наш спорт с известными земными образцами, то разрешенные у нас приемы будут выглядеть довольно эклектично – что-то от греко-римской борьбы, что-то от вольной, немного от дзюдо (список может быть продолжен). Однако останавливаться на правилах подробно нет смысла – выходя против Марандо, я сам не насиловал память в поисках тонкостей, поскольку особенно бороться не собирался.

Изображая полного болвана, я упрямо надвигался на противника, и тому, естественно, захотелось провести прием. Я не пытался угадать, что это будет, и лишь надеялся на недостаточную эффективность… Так и получилось. Марандо решил швырнуть меня на пол и выбрал для этой цели бросок через бедро. Работал он со скоростью и автоматизмом высококлассного мастера – пригнул голову, в мгновение ока разорвал дистанцию, произвел захват – одна рука прошла у меня под мышкой, другая уцепилась за ворот рубашки – и попытался подсечь мою правую ногу… Но случилась неожиданность – я не упал. Все-таки не надо забывать, в действительности я был опытнейшим спортсменом, и пусть стойка никогда не считалась сильным местом в моей боксерской технике, тем не менее я весьма прилично умел крепко держаться на ногах, балансировать свои весом и сохранять равновесие. Поэтому у Марандо элементарно не хватило мощи справиться с моей массой при наличии грамотного противодействия.

В итоге в какой-то момент Князь практически повис на мне, скованный собственным приемом, и этого оказалось достаточно, чтобы я смог протянуть правую руку поверх его и сомкнуть пальцы у него на горле. Дальше могли быть варианты, но сути они не меняли – Марандо попался…

Нет, безусловно, он попробовал вырваться, дернувшись назад всем телом и стараясь отодрать мою руку обеими своими, но достиг лишь того, что я в спокойной обстановке присоединил к правой и левую. В ответ Князь отважился на повторение ходов и схватил за горло меня. Не лучшее решение, на мой взгляд. Предприми он нечто более действенное, я бы покончил с ним сразу, а так…

В керторианской борьбе не запрещено душить противника руками, но этим, как правило, никогда не пользовались. Видите ли, наше внутреннее строение и крепость шейных мускулов таковы, что пережать что-либо жизненно важное вроде дыхательных путей или сонной артерии практически нереально, даже моими руками. Поэтому, когда мы встали, намертво сцепившись, мне было слегка больно и неудобно, но ничего фатального. Напротив, появлялись даже кое-какие возможности для творческой инициативы…

К примеру, захотелось проверить, как поведут себя мои друзья, если вдруг мне придется туго. Я не высоко оцениваю свои актерские способности, но сделал что мог – изобразил гримасу боли, известные трудности с дыханием, позволил одной руке соскользнуть с глотки Марандо и судорожно задергаться, как будто я впадаю в панику… Никакой реакции – либо не поверили, либо все мы были очень честными.

Ладно, я без кривляний вернул руку на место и дал в кисти почти максимальное усилие. Как и предполагалось, я не сломал ему шею и не перекрыл кислородный вентиль до упора, но в раздавшихся с дыханием хрипах и дергающемся под моими пальцами кадыке трудно было заподозрить неестественность. Однако в темно-карих узких глазах Князя читались только боль, обида и неистовое желание сражаться до конца…

Ну и шут с ним. Я попросту вытянул руки вперед, тем самым лишив противника возможности дотянуться до какой-либо части моего тела, а затем банально поднял их до уровня головы – между ногами Марандо и полом при этом возник почти двухфутовый зазор. Конечно, тут на язык так и просятся цветистые эпитеты по поводу титаничности приложенного усилия, но по правде – это было нетрудно. Думаю, что смог бы проделать такой номер, даже если б Марандо для увесистости нацепил бронированный скафандр космодесантника…

Вот теперь мой противник и впрямь рисковал быстро задохнуться, но, надо отдать должное, предпринял последнюю попытку сопротивления в надежде, вложив силы без остатка, разжать мои руки. Марандо был намного сильнее, чем можно представить по виду, и не скажу, чтоб он был так уж далек от цели, но по факту его напряжение вылилось лишь в резкое ухудшение самочувствия. Тело Князя Д'Хур обмякло, глаза помутнели и начали закатываться, а дыхание перестало прощупываться – я уже начал бояться переборщить, но тут его ладонь, бессильно лежавшая на моем предплечье, совершила пару легких шлепков, традиционный жест признания поражения… Ладно, я сразу и без затей убрал руки, в результате чего Марандо хлопнулся вниз, не слишком изящно приземлившись на пятую точку. Впрочем, вряд ли такие пустяки могли его в этот момент обеспокоить…

Приветственных криков благодарных зрителей я не услышал, но на лицах у них застыла печать глубокого почтения. И этого я никогда не мог понять – почему в высокотехнологическом, достаточно развитом интеллектуально обществе грубая физическая сила пользуется таким уважением?.. От размышлений над загадкой меня отвлек голос Марандо, севшего поровнее и принявшегося массировать шею:

– Да, не было ни единого шанса, – хрипло пробормотал он. – Хорошо, я в вашем распоряжении.