"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Ворон Алексей - Страница 1395

В общем, во время заезда мне было о чем подумать, благо протекал тот далеко не захватывающе. На стартовом отрезке в лидеры вырвались две лошади, значительно опередив общую группу, где находился и фаворит. Но уже на середине дистанции Аладдин начал затяжной спурт, легко преодолел гандикап, без натуги обошел лидеров и финишировал в гордом одиночестве, опередив ближайшего соперника на пять-шесть корпусов. Легкость, с которой этот прекрасный скакун переиграл и соперников, и препятствия вызывала восхищение, но на душе у меня вдруг стало очень пасмурно…

К сожалению, Марандо повел себя не в соответствии с моими ожиданиями. Да, он как будто не жаждал моей крови, но и только. Ни колебаний, ни тени смущения – напротив, Князь выглядел совершенно непробиваемо, а его манера разговаривать зачастую ставила меня в тупик. Пожалуй, я впервые столкнулся с оппонентом, явно превосходившим меня силой духа, и это не внушало никакого энтузиазма… Пытаясь спешно перестроиться и заново сориентироваться, я решил потянуть время и полюбопытствовал:

– Вы знали результат заранее? Или Аладдин на самом деле сильнее?

– Сильнее конечно, – без малейшей обиды бросил Марандо, рассеянно следя за подготовкой к церемонии вручения Кубка. А потом обернулся ко мне: – Вы же знаете, герцог, как на Аркадии относятся к нечестной игре. Такого даже я не могу себе позволить… Итак, я вас слушаю. М-да, вот и потянул. Тем не менее одно стало ясно – все высокохудожественные замыслы можно затолкать себе в задницу, а резать надо правду-матку. Иначе просто засмеют…

– Нисколько не сомневаюсь, Князь, что вы прекрасно осведомлены о событиях, творящихся в Галактике. Более того, вы принимали… или принимаете… в них деятельное участие. Не будете отрицать?

Как часто говорят, на лице Марандо не дрогнул ни один мускул, и ответил он твердо и серьезно, без всякого вызова:

– Не буду.

– В таком случае, наш разговор вырождается в очень простой вариант: мне нужна ваша помощь, чтобы кое в чем разобраться, и я хочу узнать, на каких условиях вы готовы ее предоставить.

Марандо сдержанно, даже уважительно кивнул, как бы отдавая дань трезвому подходу, и… промолчал. Я угадал, что занимает его мысли: способ быстро перехватить инициативу. Что ж, он его нашел:

– Чего вы хотите, герцог? Не от меня, а вообще?

– Надеюсь, вы признаете, Князь, что я не обязан отвечать, – попытался воспротивиться я, и Марандо тут же заухмылялся, принимая облик хитрого и злобного шута:

– Ни в коем случае! Безусловно, вы ответите. Или же говорить нам не о чем! Вполне однозначный ультиматум – пришлось его принять…

– Хорошо. Моя цель весьма прозрачна: прекратить все это. А самый надежный путь ее достижения – уничтожить того, кто дергает за веревочки. – Я специально выбрал образ пожестче, дабы уязвить самолюбие Марандо, тоже входившего в число марионеток. Но с тем же успехом можно было тыкать в бегемота иглой… – К тому же это будет неплохая личная месть за то, во что меня втравили и каким образом.

– С последним не поспоришь.

– То есть? – Я действительно не понял: Марандо утверждал, что я… э-э… говорю неправду, или выражал сомнение в моей состоятельности определить собственные желания?..

– То есть? – Он смешно надул губы и попыхтел, а потом махнул рукой в сторону скакового поля. – Видите, что там происходит?

– Ваш жокей получает Кубок.

– Верно. Победитель получает главный приз. Также цветы, деньги, почет и славу. Его соседям по пьедесталу тоже кое-что перепадет. Всех остальных – проигравших – уже не видно и не слышно. Они никому не интересны.

Прослушав такой пассаж, я не удержался от издевки:

– Спасибо, законы жизни мне известны.

– Тогда вы кого-то обманываете. Либо меня, либо себя, – чуть ли не с сочувствием заявил Марандо. – Сейчас идет скачка с колоссальным призовым фондом. А вы говорите, что хотите прервать его на середине. Но это попросту невозможно.

– Прервать и прекратить – это разные вещи.

– Тогда вы обманываете меня, – с удивительной легкостью подхватил Князь. – Потому как прекратить борьбу за власть можно единственным способом и совсем не тем, на который вы сослались. Прекратить борьбу за власть – значит выиграть ее. Это нормально. Беда в том, что мест на пьедестале на всех не хватит. Мы приходим к тому, ради чего я и завел этот разговор: вам следует понять, герцог" что вы и я – прямые конкуренты, в силу чего у меня нет ни малейшего желания помогать вам ни под каким предлогом!

Получилось, прямо скажем, не здорово. Марандо был прав, и никаких общих целей у нас возникнуть не могло. Более того, в нескольких очень простых фразах он доказал ошибочность некоторых моих убеждений. Хотя обманывал-то я себя – настойчиво цеплялся за иллюзию того, будто борюсь за восстановление статус-кво. Но вернуть казавшиеся безмятежными времена, когда тринадцать керторианцев мирно сосуществовали в Галактике, занимаясь каждый своими делами, – законченная утопия. Хотя бы потому, что те годы только выглядели безмятежными, а по сути рассматривались определенными людьми лишь в качестве трамплина к нынешнему конфликту. Так что, продолжая аналогию Марандо, можно было принять как аксиому: по-прежнему не вполне ясный мне главный приз будет разыгран. А я мчусь по дистанции и активно погоняю лошадь… Признаться, осознание того, чем я реально занимаюсь, расстроило и даже напугало меня куда больше фактического провала переговоров с Марандо…

Немного удивляло только, что спустя пару минут после своего категорического отказа Князь все еще продолжал сидеть в ложе, с заметным интересом наблюдая за эволюцией моего настроения. Обычно так вели себя, когда за словами «ни под каким предлогом» стояло нечто вроде «это будет очень дорого»… И хотя подобный торг не вязался со всем обликом и поведением Марандо, сходить ва-банк все же следовало:

– Почему вы столь однозначны, Князь? В нашей среде нередки ведь случаи, когда даже заклятые враги объединялись ради сиюминутной выгоды.

– Бывало, – согласился Марандо. – Но если я уже вступил в союз с кем-то, то какие-либо договоры с его противником будут называться предательством. А предательство никого не украшает.

Любопытный момент, кстати. Впервые из уст Марандо я услышал прямое подтверждение того, что им самим и Вольфаром ядро заговора не ограничивалось. Я и раньше был в этом уверен, но знать наверняка надежнее. Особенно в свете того, что, похоже, Князя Д'Хур я сильно недооценил… Вслух же я с любезной улыбкой заметил:

– Ну, с последним не поспоришь.

Лицо Марандо застыло, как будто он интуитивно почувствовал подвох, но на этот раз я не позволил ему вставить хоть слово:

– Не хотите спросить, о чем я? И не надо. Я вам скажу. – Я, точно как он, махнул в сторону поля, теперь почти пустого. – Помните, во что был одет ваш жокей? В те же цвета, что и вы, – я указал на рукав его ярко-алой, расшитой золотом туники. – Национальные цвета страны Д'Хур. Очень символично, что вы храните им верность. Но, наверное, не только им, не так ли?

Марандо молча наградил меня взглядом василиска, и я еще раз улыбнулся:

– Да, вы занимаете особое место в гонке. Так же, как и всегда. И это станет ясно любому, кто даст себе труд задуматься: почему от всей страны Д'Хур на Испытание отправились вы один?.. Вы не столько стремитесь завоевать призовое место, сколько разрушить пьедестал. И уж, в самом крайнем случае, не допустить на верхнюю ступень Его Высочество. А в таком деле у вас изначально не может быть союзников; вернее, вы их уже предали! Так что не надо лукавить.

Скажем очередную порцию хвалебных слов в адрес гениального ума барона Детана – со своей версией мотивов Князя Д'Хур он угодил яблочко. Однако для самого Марандо версию озвучил я, поэтому и лавры – ненависть, смешанная с уважением, – достались мне. Но следовало держаться взятой высоты.

– Стало быть, поддержать меня не выглядит хуже, чем кого-то. Напротив, это могло бы спровоцировать схватку, после которой один из участников сойдет с пробега. А то и оба, к вашему вящему удовольствию… Фактически выбор у вас есть. Вы его рассматривали, Князь?