"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Ворон Алексей - Страница 1334

– Не особенно.

– Ну и ладно, я тоже не буду… На чем мы остановились? А, можно считать, на факте: к середине прошлого года я вычислила вас всех…

– Не всех, – почти против воли поправил я.

– Ого! Вот это новость! Кого же это я прозевала?

– Если исходить из фотографий, что вы мне показывали за нашим первым обедом, то в вашем списке отсутствует барон Данферно. Он, кстати, живет на вашей родной планете.

– Такой невысокий, худощавый, русоволосый и абсолютно невыразительный?

– Очень подходящее описание.

– Тогда я его знаю. Он оставался последним, относительно кого у меня не было уверенности. Да и фотографии его у меня тоже нет…

– А вот, кстати, любопытно: как вы его-то вычислили? Чем занимается барон Данферно?

– Хрен его знает! Я наводила справки, и в итоге у меня сложилось впечатление, будто двадцать четыре часа в сутки он спит. Не понимаю, как такой персонаж вообще мог здесь оказаться. В Галактике, я имею в виду…

– В этом вы не одиноки. – Действительно, зачем тишайший барон полез в авантюру с троном Кертории, понять не мог никто, даже мой дядя.

– А познакомилась я с ним чисто случайно, почти так же, как с Вольфаром. Произошло это еще на Земле, только не в космопорту, а в театре. Я обратила на него внимание потому, что он – левша… И в итоге у меня сложилось двоякое впечатление: вроде ничего примечательного, даже признаков вашего своеобразного акцента нет, лишь нечто неуловимое в замкнутой манере держаться, высокомерных жестах… В общем, факты говорили «против», интуиция – «за». Приятно, что она меня не подвела. А с чего вдруг вас заинтересовал господин барон?

– Странный он. Никогда ни в чем не был замечен.

– Да, это удивительно само по себе.

Возникла небольшая пауза, которой я решил воспользоваться для уточнения одного момента, который Гаэль опять постаралась в своем рассказе незаметно обойти.

– Я так понял, что большую часть жизни вы провели на Земле, своей родной планете?

– Да. Мне там нравится.

– Тогда тем более. Почему вы вдруг сорвались на Новую Калифорнию?

Гаэль чуть закусила нижнюю губу и даже порозовела:

– Так и знала, что вы спросите. Ну, я могла бы соврать, конечно, но вы наверняка это почувствуете, и вам будет неприятно… Ладно, скажу правду. Как вы понимаете, мое изучение керторианцев было обусловлено не только общим интересом, но и вполне конкретной целью – узнать, кто из них приходится мне батюшкой. Но тут я не продвинулась ни на шаг – по тому, что мне было известно, не обнаруживалось ни одного подходящего кандидата… – В этот момент я мысленно облегченно вздохнул – перспектива того, что Гаэль заявит, будто во времена оны сделала свой выбор в мою пользу, вызывала у меня легкое содрогание. Впрочем, услышанное оказалось немногим лучше. – Поэтому я поставила перед собой промежуточную задачу: втереться к кому-нибудь из керторианцев в доверие, вызвать его на откровенность и увидеть их мир изнутри. Но наметить… гм… жертву было нелегко, все вы отгораживались от мира один ловчее другого, и после долгих колебаний я выбрала вас, герцог. Уж извините, но мне казалось, что с вами этот номер пройдет легче, чем с кем-либо другим…

– А что извиняться? – сухо поинтересовался я. – В точности так ведь и получилось.

– Нет, получилось не так! И я не собираюсь дискутировать по этому поводу! – с неожиданной твердостью отрезала она, но дальше заговорила как ни в чем не бывало: – К тому же существовала и вторая причина. Видите ли, я немного ясновидящая – у меня бывают изредка своеобразные полупредвидения-полупредчувствия. В них раз за разом появлялась Новая Калифорния… Именно поэтому я не убралась отсюда восвояси, когда выяснила, что добраться до вас в вашем замке попросту невозможно. Нет, я терпеливо ждала и вот, прочитав в газете о смерти Вольфара, поняла: час пробил!

– Да уж, и впрямь – судьбоносный выдался денек!

– Шутка в стиле вашего друга майора, – прокомментировала она. – Совершенно, кстати, неостроумная. Кто знает, как жизнь повернется.

Эта во всех отношениях банальная фраза каким-то образом прозвучала в ее устах столь значительно, что у меня и в самом деле отбило охоту иронизировать на данную тему…

– Что было дальше, герцог, вам известно не хуже моего, поэтому позвольте поинтересоваться: ваше любопытство удовлетворено?

– Более или менее, – честно признался я. – Я бы не отказался узнать, что сегодня происходило на «Прометее».

– Понятное желание, – кивнула она и вздохнула. – Да и у меня, между прочим, есть к вам парочка вопросиков… Но, как вы изящно выразились, «может, как-нибудь потом»? А то я уже еле сижу, мысли совсем путаются – день был чертовски длинный…

Несмотря на то что про себя я так сказать не мог, а мы как будто прибыли из одного и того же места, в это можно было поверить: в изолированной камере я жил в режиме, отличном от всего корабля. И даже то, что внешний вид Гаэли не выдавал повышенной усталости, меня не настораживало: керторианцы очень выносливы, а организм наш устроен так, что до предела функционирует без видимых отклонений, потом же просто выключается без дополнительных предуведомлений… Мне было досадно прерывать беседу на самом интересном месте, но не спорить же?

– Ладно, тогда последний вопрос?.. Гаэль коротко рассмеялась.

– О, вы сегодня весь вечер мне льстите!.. Нет, герцог, в разительных переменах, которые с вами происходят, определенно есть и положительная сторона. Валяйте!

– Вопрос довольно скучный. И все же: почему вы не рассказали мне все это раньше?

– Могли бы догадаться, – поморщилась она. – Что вам ответить?.. Задать встречный вопрос? А зачем?.. Или сослаться на то, что я тоже недостаточно вам доверяла? Наверное, это была бы уважительная причина?

Я пожал плечами:

– Это уж вам виднее.

– Возможно. Поначалу так и было, но потом я руководствовалась другими соображениями… Разумеется, я всегда считала свою тайну важной – как же иначе! – но только после нашего с вами ужина в «Уединенных грезах» осознала, насколько она важна по-настоящему. Я внезапно обнаружила, что быть керторианкой, хоть и наполовину, не только… гм… весьма необычно, но и небезопасно. И самым разумным выглядело держать свои истории при себе, ведь иногда чужой секрет можно выдать и невольно. Вы согласны, герцог?

Честно говоря, у меня мелькнула шальная мысль: уж не понимает ли Гаэль по-керториански? Совсем ведь только что я аналогичными причинами объяснял собственное поведение Креону, и вот получился своеобразный бумеранг…

– Полагаю, эту тему можно считать исчерпанной.

– Что само по себе подразумевает целый список тем, которые считать исчерпанными нельзя, – подхватила Гаэль. – Трудно было ожидать чего-то другого.

Обычно в такие фразы она старалась вкладывать побольше язвительности, но эта прозвучала достаточно бесцветно. Видно, и вправду устала…

Я вызвал дворецкого и поинтересовался, хорошо ли ее разместили. Гаэль столь же официально ответила, что не жалуется, встала, взяла со стола сигареты, а потом лукаво улыбнулась:

– Ну и что у нас завтра, герцог? – Я как-то не сразу нашелся, и она с напускной жалостливостью попросила: – Только не говорите, что с утра отправите меня домой, поскольку все происходящее меня совершенно не касается.

– Ладно уж, не буду, – кисло согласился я. – А вообще-то, завтра в полдень состоится Совет, после которого будет видно.

Гаэль отлично поняла, какой именно Совет я подразумеваю, и у нее явно зародились сомнения – не рано ли заканчивать беседу… Но тут появился Тэд, она утвердилась в прежнем решении, пожелала мне спокойной ночи и отправилась в спальню…

Мне же спать вовсе не хотелось, и я принялся бесцельно блуждать по замку, рассеянно отвечая на приветствия постоянно попадавшихся то тут, то там телохранителей – очевидно, после моего прибытия Тэд поднял по тревоге весь личный состав и удвоил караулы. Очень предусмотрительно. Особенно если учесть, что я его об этом не просил…

Собственно, мои мысли занимал только что завершившийся ужин. Еще накануне, сидя в камере, я прямо-таки мечтал, чтобы Гаэль объяснила мне некоторые вещи. Ну, сбылось… И что? Стало легче? Проще? Черта с два! Только еще больше запуталось. Даже не хочется приводить несметное количество новых вопросов, вертевшихся в моей голове, потому как наибольшая проблема носила иной характер…