"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Ворон Алексей - Страница 1247

В принципе я мог бы всего этого не устраивать. Используя систему защиты, сработанную на Кертории, я мог бы окружить замок непроницаемой сферой того, что мы дома называли “магическим пологом” и что в действительности являлось очень мощным силовым полем. Куда более мощным, чем те, которые научились создавать и, соответственно, преодолевать люди…

Или я мог бы, например, позвонить президенту Новой Калифорнии и попросить его перестать валять дурака, пригрозив в противном случае устроить ему веселую жизнь.. Кое-какие средства для этого у меня тоже, разумеется, были. Все это я мог бы, но не стал делать. Потому что мне было любопытно, каков же будет дальнейший сценарий развития событий, в частности насколько далеко зайдут .полицейские. Так что я плотно поужинал и отправился на боковую.

Спал я хорошо, как и обычно. Быть может, даже чуть крепче, чем обычно. Во всяком случае, когда я, разбуженный отнюдь не ласковой тряской за плечо, разлепил веки, то обнаружил своего дворецкого, на лице которого явственно читалось выражение человека, теряющего терпение. Однако, убедившись в появлении признаков жизни, он разжал хватку на моем плече и вытянул руки по швам, а я скосил глаза в сторону незадернутого окошка – было как-то подозрительно несветло…

– Тэд, а который вообще час?

На его лице отразилось недоумение, и я с добрых полминуты ломал голову, почему такой тривиальный вопрос поставил его в тупик. Наконец сообразил, что говорил по-керториански (спросонья со мной такое изредка случалось), и перевел вопрос.

– Четверть девятого, – сразу же ответил он.

– Да какого черта!.. – Возмутившись, я демонстративно перевернулся на другой бок.

– Прилетел министр государственной безопасности, сэр. Он настаивает на встрече с вами, – ровно доложил Тэд.

– Пошел он знаешь куда!.. – проворчал я в подушку.

– Да. Мы попросили вернуться чуть позже. Но он сказал, что либо вы его немедленно примете, либо он применит силу вплоть до точечной орбитальной бомбардировки.

– Пусть его!

– Но, сэр!..

Я в ярости подскочил на кровати, и Тэд отступил на шаг назад.

– Сэр, мы проверили – над нами действительно болтается один из армейских крейсеров.

Я хотел было заорать, что плевать мне и на орбитальную бомбардировку, но потом передумал. Чтобы включить силовое поле, придется тащиться в кабинет, да и грохот начнется… Скрипнув зубами, я вылез из-под одеяла и прошлепал к окошку. Оно выходило на юг, то есть в противоположную от города сторону, но и здесь виднелись полицейские флаеры, барражирующие под низко висящими тучами. В порядочном отдалении, правда…

– Что же это, они там всю ночь и шлендали? Вопрос подразумевался риторическим, но Тэд ответил:

– Нет, сэр.

Его голос звучал слишком уж бесцветно, и я обернулся:

– То есть?

– Они пытались устроить штурм с воздуха. Но мы сбили троих, и они успокоились.

Я попытался задать три вопроса одновременно и поперхнулся. К счастью, пока я прочищал горло, на два самых острых Тэд уже ответил:

– Они не посылали никаких предупреждений, сэр. Атаковали сразу с трех направлений, но мы первым же залпом сбили три машины и подбили еще две. После чего они… отступили, даже не успев ни разу выстрелить. Мы хотели разбудить вас, но потом решили: зачем, собственно? Если уж вы, сэр, можете спать под грохот плазменных орудий, то… – Он пожал плечами, с трудом скрывая иронию.

– Ясно… Тэд, а что значит “мы”? Слегка побледнев, он принялся изучать мыски своих до блеска начищенных ботинок.

– Ну, сэр, понимаете… Одним словом, майор Уилкинс счел возможным принять мою помощь.

– Вот как. А вы в каком чине вышли в отставку?

– Майора.

– И где служили?

– В армии Рэнда… – Приподняв глаза, он убедился, что подобная лаконичность меня никак не удовлетворит, и нехотя добавил: – Военная разведка. Диверсионный отряд.

– А Рэнд занимался диверсиями? Не знал…

Тэд красноречиво промолчал, и я направился к двери.

– Теперь же вы работаете у меня дворецким… – Развернувшись в дверях, я постарался добавить в голос побольше металла. – Тогда передайте господину министру, что я согласен дать ему аудиенцию! Он сядет во дворе один, без эскорта, после чего вы проводите его в кабинет… Как, кстати, его зовут?

– Дирк Абрахамс, сэр. И он порядочная свинья… Хотя это, конечно же, мое личное мнение, сэр.

Поискав следы улыбки на его лице и не найдя таковых, я последовал в ванную.

Все последующие действия – душ, бритье, гардероб – я проделывал с максимальной медлительностью, затратив на них полновесный час. По моим представлениям, это время, проведенное мистером Абрахамсом в ожидании в моем кабинете, было достаточным для доведения его до состояния белого каления, что отчасти компенсировало неудобства, причиненные мне столь ранним подъемом. Но лишь отчасти, а я пообещал дать ему полный расчет.

Поэтому, вырядившись в наиболее мрачный вариант фамильных цветов (не черным был только галстук), я не торопясь поднялся по лестнице, вошел в кабинет, рассеянно посмотрел на стоящих столбом посреди комнаты министра и его адъютанта, сел за стол и стал закуривать…

Дирк Абрахамс был грузным седеющим мужчиной лет около пятидесяти, и даже пошитый на заказ мундир не мог скрыть объемистого живота, нависающего над брюками. Выстоять на ногах три четверти часа ему явно было тяжеловато, и это доставило мне определенное удовольствие. Лицом же министр безопасности и вправду напоминал раскормленного борова, за исключением разве что цвета, радовавшего мой глаз своей кирпичной краснотой…

Когда я наконец закурил, добавился еще один добрый знак – у министра задергалось веко. После этого я со спокойной совестью спросил:

– Ну?

Абрахамс распахнул рот, потом в некоторой нерешительности покосился на высящихся по разные стороны двери и вооруженных до зубов Тэда и Уилкинса, но все же не выдержал и начал орать.

Целиком приводить сию пламенную речь, длившуюся без малого десять минут, смысла не имеет в силу скудости использованного лексического запаса и бесконечных повторов. Суть же ее сводилась к набору типичных идиотских вопросов типа: “Кто ты такой, чтобы вести себя так?” В “так”, насколько я понял, входили многократные нарушения закона, открытое неподчинение властям, непозволительно долгое выдерживание министра госбезопасности в ожидании аудиенции и прочие способы антиобщественного поведения… Меня немного удивило отсутствие в реестре моих прегрешений столь важного пункта, как вооруженное сопротивление, но в остальном было скучновато.

От нечего делать я принялся разглядывать лица прочих находящихся в комнате. Тэд демонстрировал обычное румяное спокойствие; Уилкинс хмурился, по-видимому не в последнюю очередь озабоченный перспективой ухудшения наших взаимоотношений с властями после убийства министра госбезопасности; больше же всего меня позабавила метаморфоза, происшедшая с адъютантом во время тирады своего шефа. Розовый, бодрый и довольный своим местом в жизни вначале, он стал как-то уменьшаться в размерах, достигнув к концу речи состояния полуматериальной тени, едва высовывающейся из-за плеча командира.

Сам Абрахамс почуял неладное, только когда прошло несколько минут после окончания разноса (как он, видимо, себе это представлял), а я все молчал. Тогда он сощурил глазки и сбавил пары:

– Что же вы молчите, Гальего? Я затянулся и постучал сигарой о край пепельницы, после чего он вновь взорвался:

– Тысяча чертей, да у вас такой вид, будто вы собираетесь взять меня в заложники и шантажировать правительство!

Вот это уже было оскорбление, которое невозможно спустить с рук. Отложив сигару, я встал, краем глаза заметив, как Тэд и Уилкинс переглянулись и последний закатил глаза.

Однако, сделав первый шаг к министру, я решил ограничиться банальным ударом по морде, а сделав второй, и вовсе передумал его бить. Меня всегда поражало удивительное мастерство Принца в манипуляции людьми, и я в порядке эксперимента попытался скопировать его манеру. Поэтому, остановившись в ярде от министра, я скрестил руки на груди и тихо сказал: