"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Ворон Алексей - Страница 1225

– Да! – Я обернулся к нему. – Я заплатил за, как вы метко подметили, “сраное дело” десять миллионов. И что?

– Нет. Ничего… Просто не забудьте меня в своем завещании, сэр!..

– У меня его нет! И ваш похоронный юмор действует на нервы!..

– Повышает бдительность, сэр.

Вздохнув, я закрыл глаза и попытался расслабиться. В принципе все получилось неплохо. Конечно, я немного переплатил – раз в десять против намеченного, – и эта сумма не была каплей даже для моего состояния, но когда-то же можно и потратить деньги. К тому же капитан Браун показался мне симпатичным… И вернулся очень скоро. С тоненькой папкой в руке, которую, подойдя, положил на стол передо мной.

– Вот, мистер Гальего.

Раскрыв папку, я обнаружил в ней три листа компьютерной распечатки…

– Из нашей базы данных я всякие упоминания о деле убрал, – сообщил капитан. – Мы, правда, отсылали копии в Главное полицейское управление, но там у меня есть друзья… Одним словом, вам не стоит беспокоиться.

– Я беспокоюсь о другом. – Я щепотью приподнял бумаги. – И это все?

– Да. – Он пожал плечами с видом: “А что, собственно, вы хотели?” – Стандартная документация. Описания места происшествия и трупа, заключение врача. За эти два дня не было еще ни одного обращения по этому делу… Да что там, мы даже опознание произвести не смогли.

Я захлопнул папку.

– Черт с ним! Все в порядке, капитан.

– И что теперь?

Подозреваю, он опасался услышать: “Ну все, мы пошли”, однако, предупрежденный дядей, я еще собирался кое-что уточнить;

– Мне надо осмотреть тело и место убийства. Это возможно?

Капитан одобрительно хмыкнул:

– Да. Тело внизу, в морге. Пойдемте, я вас провожу… Я встал:

– Не трудитесь. Мы и сами вполне…

– Нет уж, – серьезно заявил Джеймс X. Браун. – Я тоже хочу посмотреть на покойника, который стоит десять миллионов. Новыми глазами, так сказать…

Выйдя в установленном порядке из кабинета, мы проследовали к расположенному рядом в коридоре лифту, где капитан, извинившись, ненадолго нас покинул. Пока мы спускались на скоростном лифте к подножию небоскреба – морг находился чуть ли не в подвале, – он поведал причину отлучки:

– Тело случайно обнаружил патруль, и я приказал лейтенанту Гарсиа, который был там старшим, встретить вас в парке на берегу озера и показать, что и как…

– Спасибо, вы очень любезны. Но не слишком ли много чести…

– Я же сказал – не беспокойтесь… – подмигнул капитан. – Да на это убийство никто и внимания не обратил…

– Конечно, – флегматично отметил Уилкинс, – у нас на Новой Калифорнии трупешники так и падают с деревьев, как перезрелые груши в урожайный год.

– Не падают. – В голосе капитана впервые появились типичные начальственно-язвительные нотки. – Но людям нужно знать, за что они стараются. А тут ни родственников, никого… И кто был этот покойник? Послушный налогоплательщик и почтенный отец семейства или отъявленный мерзавец?

– Второе, – зачем-то сообщил я, и тут мы приехали. Выходя из лифта, капитан наградил меня странным взглядом.

Несмотря на свою долгую по людским меркам жизнь, я впервые оказался в морге и не могу сказать, что был сильно захвачен новизной ощущений.

Тускло освещенное, холодное помещение с большим количеством металла и запахом” да, смерти, наверное”. навевало одно желание – побыстрее очутиться на свежем воздухе…

Капитан же, однако, чувствовал себя здесь вполне комфортно. Отослав дежурного – унылого молодого человека – попить кофе, он полистал журнал, бормоча себе что-то под нос, потом достал из ящика на стене ключ и двинулся к одному из боксов. Не дожидаясь нас, он открыл замок, выкатил тележку и отдернул простыню, так что, приблизившись, я мог полюбоваться редкостным зрелищем мертвого герцога Вольфара Рега.

Да, несмотря на зловещий намек моего дяди, это действительно был Вольфар. В этом у меня не было ни малейших сомнений, и не требовалось даже, например, пересчитывать ему зубы (которых должно было быть тридцать шесть). Просто, знаете, свой свояка узнает издалека… Так что уже после мимолетного взгляда я мог присягнуть, что передо мной лежит, по определению Бренна, “один мертвый керторианец”. Но для очистки совести я проверил и особые приметы – все они совпадали. Родимое пятно кляксой на левой щеке, сломанный нижний клык, шрам вдоль правого предплечья – я помнил, как давным-давно он его заработал от герцога Венелоа… Да, это был Вольфар, причем в самом наилучшем, с моей точки зрения, виде.

Однако причина, приведшая его в такое состояние, вызвала у меня изрядное удивление. У Вольфара было перерезано горло, широко и аккуратно. Само по себе это не удивляло, хотя и требовало огромной физической силы, но для нанесения такой раны требовалось, чтобы жертва, по сути, не сопротивлялась.

Больше ничего интересного мне заметить не удалось, поэтому я решил поинтересоваться мнением человека, повидавшего трупов побольше моего, и повернулся к стоящему напротив Брауну.

– Что скажете? – Я забыл добавить “капитан”, поэтому они ответили оба, причем с завидным единодушием:

– Десять миллионов баксов не стоит! Уилкинсу удалось сдержаться, но капитан не выдержал и мелко рассмеялся.

Я разозлился и, улыбнувшись, похлопал капитана по плечу:

– Не хотите зубы покойничку пересчитать? Неожиданно охотно последовав сему странному совету, капитан поморщился и взялся за работу. Когда он закончил и выпрямился, лицо у него было вытянутое.

– Ну что? – поинтересовался Уилкинс.

– Тридцать шесть.

– А сердце у него здесь. – Я похлопал по правой половине омерзительно холодной груди. – Четырехкамерное. А печень, соответственно, слева. Почек три. А ребер в грудной клетке шестнадцать. Но, чтобы это выяснить, патологоанатому пришлось бы забивать в эту кожу скальпель молотком. Ясно?

– Они лазером режут, – тихо, будто извиняясь, сказал капитан и переглянулся с моим телохранителем. Тот прочистил горло:

– Ну, босс, многого тут не скажешь. Работал профессионал. В спокойной обстановке и хорошим оружием. Единственная заметная индивидуальная особенность: если судить по направлению раны, это был левша.

Я фыркнул. Хороша подсказка – девяносто процентов керторианцев от природы левши, хотя обычно руки у нас развиты примерно одинаково. Единственное исключение, которое я мог сразу вспомнить, как раз передо мной и лежало…

Задернув со вздохом простыню, я с затаенной надеждой спросил у капитана:

– Ничего не добавите?

– Да нет, пожалуй. Я вдруг насторожился:

– Послушайте, а почему вы тогда назвали это убийство странным?

Капитан неопределенно помахал в воздухе рукой:

– Да, знаете, как говорят, интуиция, богатый опыт… Чушь на самом деле.

– То есть?

– Равнодушие, – он ткнул пальцем в простыню, – очень равнодушно сделано.

А вот это было тонкое наблюдение, если, конечно, соответствовало действительности, но я решил обмозговать его попозже, а пока развернулся и направился в сторону свежего воздуха. Но был остановлен.

– Тут есть один моментик, – заметил капитан.

– А вы ничего не забыли, сэр? – спросил одновременно с ним Уилкинс.

Не оборачиваясь, я вздохнул:

– А что, обязательно обсуждать это здесь? – и, не получив ответа, продолжил движение.

У лифта мне пришлось еще немного подышать отвратительным воздухом покойницкой, дожидаясь, пока капитан приведет все в порядок после нашего осмотра, но наконец мы отправились наверх… Я почему-то вспомнил, как во времена первого знакомства с двухсотметровыми небоскребами испытывал жуткие приступы акрофобии, но ничего, привык, потом мне даже стал нравиться образ жизни, где первым этажом считается крыша…

– Итак? – Когда мы остановились напротив кабинета капитана, я вопросительно глянул на Брауна.

Но тот кивком переадресовал меня Уилкинсу со словами:

– Начинайте, майор, – он подмигнул, – как старший по званию, так сказать.

Я оглянулся на Уилкинса, невозмутимо бросившего: