Не все НПС попадают 3 (СИ) - Войлошников Владимир - Страница 21

Доминико был чуть ниже нынешнего Петькиного роста и, по ощущениям, — в очень хорошей физической форме. Серо-стальные глаза смотрели внимательно и открыто.

— Итак, молодой человек, ваше желание овладеть искусством фехтования весьма похвально. Полагаю, вы уже имели счастье получить некоторые уроки?

Петька замялся, не зная: сто́ит ли сообщать мастеру об уроках, которые прошлой (и, видимо, позапрошлой) ночью решила ему преподнести игра. И не будет ли заявление о том, что он тренировался с самим Камиллой Агриппой* истолковано как шизофреническая мания? Хотя мастер, скорее всего, подразумевал школьный курс холодного оружия…

Камилло Агриппа —

знаменитый фехтовальщик XVI века.

Одним из первых начал применять

геометрическую теорию и логику

для вычисления

оптимальных направлений ударов

и сходных позиций

и для выработки точных способов обороны.

— Во всяком случае, сударь, я не перепутаю, за какой конец шпаги следует держаться, — неуклюже пошутил он.

— Что ж, — Доминико скупо улыбнулся, — давайте оценим ваш уровень на практике. Думаю, это будет куда полезнее словесных баталий.

— Как вам будет угодно.

Мастер приглашающе повёл рукой:

— Желаете воспользоваться тренировочным оружием?

Петька оглянулся. Тренировочные клинки были представлены в изобилии.

— Ваша школа относится к приверженцам обучения на затупленных клинках?

— Напротив, всё, что представлено вашему взору — боевое. Однако иногда, по разным причинам, ученики предпочитают пользоваться нашим арсеналом. В частности, когда некто хочет опробовать какие-либо типы клинков, иную форму гарды и так далее — чтобы подобрать наиболее для себя подходящее, прежде чем приобретать нечто подобное.

— Разумно. Однако, пока меня интересует шпага, и я предпочёл бы тренироваться со своей, дабы не попасть в неловкую ситуацию, положившись на привычную длину клинка или же его вес.

Мастер Доминико одобрительно кивнул:

— Могу я, в таком случае, познакомиться с оружием, которым вы предполагаете пользоваться регулярно или хотя бы чаще прочих?

— Конечно, сударь.

В нефэнтезийных локациях предметы из личных запасников тёмного властелина переставали нести поражающее магическое воздействие, преобразуясь в обычные изделия, пусть и очень хорошие, и Петька протянул мастеру свою шпагу безо всяких опасений. Однако, Доминико отнёсся к клинку очень внимательно и даже, кажется, узнал.

— Как давно она у вас?

— Недавно. Я получил её… в наследство.

— И как долго… — крошечная пауза показала, что мастер старается подобрать максимально нейтральные слова, — вы предполагаете ею пользоваться?

— На данный момент я не планирую менять оружие, — вежливо улыбнулся Петька.

Андреа сообразил, что под верхним слоем смысла скрывается ещё один, но сути уловить не мог и переводил непонимающий взгляд с отца на друга, не задавая, впрочем, неуместных вопросов.

— Что ж, прошу вас, — старший дель Конте вернул Петьке шпагу и указал: — красная дорожка.

Весь зал был разбит на узкие, метра по три, полосы. Никаких барьеров, впрочем, между ними не было — лишь цветные границы, обозначенные на белом мраморном полу. Сквозь рассыпанный песок они смотрелись хуже, но, тем не менее, проглядывали довольно отчётливо.

Петька прошёл на указанное место — практически в самый центр цветного солнечного пятна от витражной розы.

Придётся стоять против света — нарочно мастер его так поставил или совпало так?

Хотя — неважно.

Мысли стали спокойными и безэмоциональными. Петька внутренне отодвинул мастера Они — с гномом веселее будет выйти в бой на топорах. И даже память рыцаря Экберта, знатного бойца на мечах, сейчас не очень подходила. А вот немецкий парень, присланный отцом в Италию для овладения искусством шпаги — парень, имя которого никак не вспоминалось, но зато живо вставали в памяти зарисовки и записки (а ещё, особенно поначалу, многочисленные ноющие порезы, синяки и ссадины), проживший в разных городах восемь лет и в конце концов удостоенный чести учиться у самого́ Агриппы — он был здесь в самый раз.

Петька отсалютовал мастеру Доминико шпагой и отвёл клинок вниз и немного в сторону…

— Приступим, — голос мастера дель Конте достиг ушей как будто сквозь кокон.

Поединок, поначалу медленный и неторопливый как ученический спарринг, постепенно набирал обороты, становился резче, агрессивнее — и быстрее, быстрее, ещё быстрее!

В какой-то момент их скорость превысила нормальную. Петька понял это по деталям, отпечатавшимся на краю сознания — песку, разлетающемуся медленными фонтанчиками, пылинкам, застывшим в воздухе, словно тусклые искры. Доминико дель Конте в боевой фазе мог разгоняться ничуть не хуже тёмного властелина, и при этом имел реальный опыт ежедневных многочасовых тренировок на протяжении нескольких десятилетий!

Петька допустил ошибку.

Одно неверное движение — и клинок мастера чиркнул его по кисти, обратным движением раскроив колет и оставив в боку неглубокую, но очень неприятную кровоточащую рану.

Поединок прекратили.

На рукаве Доминико виднелись следы крови — где-то Петька всё-таки слегка его достал, и хотя повреждения были несопоставимы, эти несколько капель, казалось, произвели на Андреа глубочайшее впечатление.

Откуда-то появился человек в рубашке с подвёрнутыми рукавами и с кожаной сумочкой-лентой, в кармашках которой было рассовано множество странного вида инструментов. Медик! Он наложил Петьке швы и бинты — здесь же, на одной из стоящих в ближайшей нише лавок. Выпитая лечилка умерила боль, но принесла лишь частичное облегчение.

— Следовало предупредить тебя, — извиняющимся тоном пояснил Андреа, пока лекарь накладывал небольшую повязку его отцу, — у нас мгновенное исцеление невозможно. В локации как бы настоящее средневековье, частичная модуляция тяжёлых условий жизни. Но всё же не так печально, как это было на самом деле.

Ну, естественно! Кто бы согласился неделями терпеть боль и неудобства?

— И сколько заживают раны?

— Быстрее, чем можно было бы предположить. Подобные твоим — за пару дней. И тем не менее, находятся такие господа, кто не желает терпеть и этого.

Интересно…

— И что же они предпринимают?

— Различное. Кто-то покупает медальоны святых целителей и заказывает молебны об исцелении в храмах.

— Помогает?

— Коне-е-ечно! Кто-то обращается за снадобьями к алхимикам. Дело это рискованное и результат порой непредсказуем.

— Чувствую, это не всё?

— Говорят, иные господа прибегают к помощи заговоров и колдунов, но стоит помнить, что сей путь чреват общением со святейшей инквизицией.

Однако.

Мастер Доминико подошёл и присел на скамью напротив.

— Великолепный уровень, молодой человек — и похвальная скромность! Однако, я вынужден спросить: вы действительно считаете, что вам необходимы уроки фехтования?

Петька попытался сесть прямее и поморщился от саднящей боли.

— Да, и сейчас я ещё более утвердился в своём намерении, чем прежде.

Ну, что ж, давайте назначим дату следующего занятия…

Андреа явно был не прочь прогуляться с Петькой лифтовой кабинки, однако на верхней галерейке уже толпилась группа учеников, которая пришла к нему как к младшему наставнику.

— Если тебя не затруднит подождать, пока закончится мой урок, мы могли бы прогуляться вдвоём, — предложил он. — Через час я освобожусь. Я бы показал тебе пару достопримечательностей.

— Возможно, в другой раз, — вежливо откланялся Петька. — Полученная рана всё-таки доставляет мне определённые неудобства. Да и к свои обязанностям пора возвращаться.

— Я велю слуге сопроводить вас, — предложил Доминико.

— Не стоит, я прекрасно помню путь, и здесь совсем рядом.

К тому же, он вовсе не собирался идти пешком. Петька спустился по лестнице, вышел в дверь, заботливо распахнутую одним из слуг — и тут же воспользовался этой же дверной створкой, шагнув к Яге в избушку.