Тень темной королевы - Фейст (Фэйст) Рэймонд Элиас - Страница 98

Ориентируясь на шум и взрывы пьяного хохота, он без труда отыскал трактир

— продымленный и полутемный, пропахший элем и человеческим потом. На Эрика внезапно навалилась такая тоска по дому, по «Шилохвости», по матери и Розалине, что он едва справился с этим наплывом чувств.

Трактирщик, тучный мужчина с багровым лицом, хмуро посмотрел на него:

— Что угодно?

— Есть хорошее вино? — спросил Эрик. Трактирщик удивленно приподнял бровь

— здесь предпочитали напитки покрепче или же эль — и вытащил из-под прилавка темную бутылку. Прежде чем он ее откупорил, Эрик проверил пробку. Похоже, она была целая. Эрик по опыту знал, что ни одного трактирщика не убедишь в том, что старое вино нужно допивать сразу, иначе оно превратится в уксус с привкусом изюма, а не держать бутылку для редких ценителей, запечатывая ее по вечерам, а по утрам открывая снова.

Трактирщик поставил на стойку кубок и наполнил его. Эрик попробовал вино. Оно было слаще, чем он любил, но все же не таким приторным, как те десертные вина, что делались к северу от Джайбона. Эрик нашел его вполне приличным и заплатил за всю бутылку.

Оглядевшись, он увидел в дальнем углу трактира Бигго, который изо всех сил, но безуспешно, старался выглядеть незаметно. Он стоял прислонившись к стене у стола, за которым пятеро людей и два сааура резались в кости. Ящерицам было неудобно на маленьких стульях, но, находясь целиком во власти азарта, они этого, казалось, не замечали.

Среди играющих был и Давар. Увидев Эрика, он бросил игру и подошел к нему:

— Есть время поговорить?

Эрик жестом попросил у трактирщика второй кубок и наполнил его. Давар отхлебнул и сморщился.

— Ничуть не похоже на вино с больших виноградников дома, не правда ли? — сказал он.

— Где это — дома? — спросил Эрик.

— Далеко отсюда. Выйдем-ка на минутку. Эрик прихватил бутылку и вслед за Даваром вышел на свежий, прохладный ночной воздух. Давар поглядел в одну сторону, потом в другую и жестом поманил Эрика за угол, в самую темноту.

— Слушай, капрал, — начал он. — Давай поговорим начистоту. Вы — тот отряд, за которым должен был охотиться Нахут.

— С чего ты взял? — сказал Эрик.

— Я не вчера родился, — ответил Давар с ухмылкой. — И знаю, что ваш капитан — тот высокий блондинчик, а не тот, кто себя за него выдает.

— И чего же ты хочешь?

— Разбогатеть, — сказал Давар с жадным блеском в глазах.

— И как же ты собираешься это сделать? — сказал Эрик, незаметно двигая руку к эфесу меча.

— Гляди — я мог бы заработать пару золотых, сказав Муртагу, что вы не те, за кого себя выдаете, но это не деньги, да еще потом мне снова пришлось бы искать себе отряд. — Он вновь огляделся. — И мне не по душе то, что я вижу, весь этот большой поход. Слишком много людей гибнет за гроши. Если так будет продолжаться и дальше, нам всем достанется шиш, согласен? Вот я и подумал, не лучше ли мне помочь вам и вашему капитану? Но я хочу большего, нежели плата и жратва.

— У тебя будет хорошая доля в добыче, когда мы возьмем Махарту, — уклончиво сказал Эрик.

Давар придвинулся к нему почти вплотную.

— Ты думаешь, вам долго удастся притворяться? Вы не похожи ни на один отряд, который мне приходилось встречать, а я повидал их немало. Вы говорите не так, и у вас вид.., я не знаю.., настоящих солдат, без всей этой парадной чепухи, крепких, наемникам не чета. Но кем бы вы ни были, вы не хотите, чтобы вас раскусили, и мне должно что-нибудь перепасть за молчание.

— Поэтому ты прикрыл нас у ворот?

— Ну да. Для саауров мы все на одно лицо, а Муртаг просто дурак — только не думай, что все саауры глупцы, — поэтому он и застрял в этой дыре, а не воюет там, с главными силами. Я подумал, что выдать вас никогда не поздно, и решил сначала дать вам шанс сделать мне лучшее предложение.

— Я не знаю, — сказал Эрик, левой рукой поднося к губам кубок с вином, а правую опуская на рукоятку меча.

— Слушай, фон Даркмур. Я буду с вами до конца, если мне заплатят по совести. Почему бы тебе не сказать об этом капитану Кэлису…

Внезапно за спиной Давара из темноты возникла чья-то фигура, и огромные руки рывком развернули его. Одна легла ему на затылок, другая — на подбородок, и с громким хрустом шея его сломалась.

Эрик выхватил меч, но из темноты вышел Бигго.

— Вот и шпион, — прошептал он.

— Ты уверен? — прошипел Эрик, с колотящимся сердцем опуская меч в ножны.

— Я уверен лишь в том, что никто не называл тебя фон Даркмуром с тех пор, как мы взяли их в плен — так же, как никто не называл по имени Кэлиса. — Эрик кивнул. На этот счет Кэлис отдал недвусмысленные распоряжения. — Откуда же он мог знать твое имя?

У Эрика екнуло сердце.

— Я даже не обратил внимания…

Бигто улыбнулся:

— Не дрейфь, я никому не скажу.

Он поднял тело Давара и взвалил его на плечо.

— Что будем с ним делать? — спросил Эрик.

— Отнесем назад в лагерь, и все дела. Готов спорить, это будет не первый пьяный, которого таким путем возвращают в казарму.

Эрик кивнул, подобрал упавшие кубки и жестом велел Бигго уходить. Потом поставил кубки и пустую бутылку у двери трактира и поспешил следом.

У ворот ему стало не по себе, но, как и предполагал Бигто, караульные не обратили внимания на одного пьяного, с веселыми песнями несущего другого обратно в лагерь.

Тело Давара Бигго опустил в пруд недалеко от стоянки и забросал камнями, а Эрик рассказал Кэлису о том, что случилось. Они быстро обсудили, что делать дальше, и Кэлис сказал, что, какими бы ни были дальнейшие действия, осуществить их лучше подальше от саауров и других наемников.

С рассветом они покинули форт. Перед самым уходом к ним подошел сааур и спросил, куда они направляются, но де Лонгвиль просто повторил, что им приказано присоединиться к основной армии, и зеленокожий отошел, видимо, вполне удовлетворенный таким ответом.

В полдень, когда они остановились на привал, Кэлис велел привести к нему пять человек из отряда Нахута. Когда наемников привели, Кэлис сказал:

— Ваш товарищ, Давар, вчера вечером подрался из-за какой-то шлюхи. Ему сломали шею. Я не желаю, чтобы повторилась подобная глупость.

Все пятеро кивнули, но, судя по всему, не слишком расстроились, и Кэлис отпустил их. К нему привели еще пятерых, потом следующих. Наконец перед Кэлисом предстали последние четыре человека, и он повторил свое предупреждение. Трое никак не отреагировали на известие о смерти Давара, а четвертый напрягся, и кинжал де Лонгвиля мгновенно оказался возле его горла.

— Остальные свободны, — сказал сержант Эрику, а сам, вместе с Кэлисом и Грейлоком, увел шпиона для допроса.

На обратном пути наемники засыпали Эрика вопросами о том, что происходит.

— Схватили шпиона, — коротко отвечал он.

Лазутчика увели за небольшой пригорок. Мгновением позже оттуда донесся пронзительный крик, и Эрик похолодел. Крик повторился, потом еще и еще. Эрик огляделся: в лагере не было, наверное, человека, который бы с ужасом не смотрел в ту сторону.

Наконец крики затихли, и через несколько минут вернулись де Лонгвиль, Кэлис и Грейлок. Лица у них были мрачными. Де Лонгвиль огляделся и тихо сказал:

— Эрик, привала не будет. Нам предстоит долгий путь, а времени мало.

Не спрашивая ни о чем, Эрик побежал поднимать людей:

— По коням! Шевелитесь!

Крики умирающего под пыткой шпиона стояли у него в ушах, пробуждая в нем дикую ярость. Эрик нарочно старался двигаться резко и быстро, чтобы дать этой ярости выход или по крайней мере другую направленность.

Вскоре все были в седлах, и отряд Кэлиса во весь опор поскакал к Махарте — туда, где сосредоточились главные силы саауров.

Глава 23. СХВАТКА

Эрик прищурился.

Едкий дым застилал горизонт, и разглядеть сквозь него что-то не было никакой возможности. Колючий ветер доносил вонь горелого мяса и горящего дерева. К Эрику подошел Накор: