Год Собаки I. Среди Теней (СИ) - Тай Алеш - Страница 27

Лицо второго близнеца зеркально исказилось состраданием.

— Виновны ль мы… коль хрустнет… — бормотал Илья, перешагивая Марка, корчащегося на паркете, — …в тяжелых нежных…

Абуминог продолжал танец, ставя суставы на излом, и через секунду Марк лежал на животе, а Илья возвышался над ним, удерживая запястье.

По лицу Марка было видно, что он готов закричать в голос.

Фрея выбежала вперед:

— Хватит, хватит… Отпусти его… Пожалуйста.

Она подошла к Илье и коснулась его руки. Их взгляды встретились.

— Ладно… — абуминог мгновенно разжал хватку. Было видно, что он смутился и покраснел.

И подал Марку ладонь:

— Извини, грубо получилось… Давно не практиковался.

Марк, потирая плечо, морщась, поднялся:

— Красиво… Что за борьба?

— Рукопашный бой, с Земли.

— Покажешь еще?

— Обращайся…

В этот момент вернулись Принц с синеглазым, они вышли из коридора, в котором скрылся Синг. Вперед выступил Грег в темно-синем смокинге, и стало понятно, кто у абобусов главный.

Невозмутимый Грег выглядел будто вообще ничего не случилось, он умел держать удар.

#

12.

Сняв белые перчатки, Грег медленно хлопал в ладоши.

— Браво! — сказал он. — Принцесса, мое нижайшее почтение.

Грег поклонился Ма, прижав руку к груди:

— Ваш стиль безупречен, как и ваша красота… Приглашаю вас на вечернюю прогулку по историческим местам, закончим за полночь.

— Я занята, — сказала Ма, не глядя на Грега.

Она все еще сжимала в руке ножны, готовая в любой момент выхватить клинок.

— Жаль это слышать… — Грег не смутился прохладным ответом и посмотрел на меня.

— А ты занят?

— Занят… — с легким удивлением ответил я.

Он приглашал развлечься, как ни в чем не бывало… Будто не было намерений убить Ма, искалечить ее навсегда. Не было боя на отравленных клинках, магического поединка, яда на локте.

Будто не было стычек с близнецами.

Грег смотрел на меня с симпатией и интересом, он и правда этого хотел.

Поехать веселой компанией на побережье и гулять вдоль линии прибоя, пригубив силийское синее. Играть в бильярд, смеяться, болтать о пустяках…

Я не произнес ни слова.

Синеглазый отвел от меня взгляд и потрепал Илью по плечу:

— А ты… Пойдешь с нами?

Илья глянул на Фрею, потом на нас с Ма.

И просто сказал:

— Пойду.

— Тогда мы забираем его, — решил Грег. — Вы похитили нашу принцессу, мы похищаем вашего друга.

Я дернулся, но Ма мягко остановила меня.

— Пусть идет, — сказала она, а Илье махнула рукой:

— Иди… на три буквы, на стороны все четыре… Но возвращайся.

Илья просиял:

— В лес?

— В закат… — буркнула Ма.

— Это пять букв.

— Исчезни, пока не передумала…

Увидев на моем лице беспокойство, добавила:

— Мы не сможем удержать его в клетке… — она вздохнула. — Можешь мне поверить.

И положила палаш на пол.

Я огляделся, пытаясь отыскать взглядом Принца, но его снова нигде не было.

Он ушел, не попрощавшись… И я ощутил, что с очередным ходом мы стали еще дальше друг от друга на игровой доске Ритуала.

Интересно, чувствовал ли он ту же самую грусть, что чувствовал я?

Принц не врал.

Ходы были необратимы, ничего нельзя исправить. Сказанного не вернуть. Противостоять игре было невозможно. Можно было только полностью и без остатка подчиниться ей.

Ма уловила мое настроение:

— Давай уйдем отсюда… Как можно скорее.

— Давай… — прошептал я.

Илья стоял с абобусами и внимал живописному повествованию Марка о ночных руинах, в которых прямо сейчас начиналось шоу, посвященное открытию сезона. Они выступали на площадке через час, глаза Ильи горели…

Илья ощутил наши взгляды и, прощаясь, помахал рукой. Группа собиралась к отъезду. Он подхватил кофр и чью-то черную сумку с логотипами «Восемь из Восьми».

Отдав последние распоряжения музыкантам, Грег подошел к нам.

— Благодарю вас за участие в турнире, за увлекательные поединки, за ваше великодушие и благородство… Принцесса Ма, может, передумаете?

Ма смотрела в сторону, она словно не замечала Грега. Но потом вдруг в упор глянула ему в глаза:

— Не сегодня.

Ма подала руку, и Грег, склонившись, поцеловал ее. Затем приложил ладонь в перчатке к своей груди.

«Вы разбиваете мне сердца…» — понял я и сказал.

— Ма остается со мной.

Он снял перчатку и протянул руку:

— Мир?

Я молча пожал сильную ладонь. Грег в ответ сжал мою и, подойдя вплотную, прошептал:

— Спасибо за урок… И что не выдал.

И добавил:

— Обидишь ее, наваляю…

В глубине сцены барабанщик ударил по тарелкам, вступила скрипка, а контрабас с виолончелью подхватили ритм, и вальс поплыл волнами в воздухе.

Закружились пары.

Я вел Ма среди вальсирующих, оставив Грега одного.

Мы направлялись к балкону, откуда я появился несколько часов назад. Раздвинув портьеры вышли в сгущающиеся сумерки.

— И что теперь? — спросила Ма.

В ее голосе не было сомнения. Просто нетерпение.

— Летим… — сказал я и передал ей кванты воздуха.

Гравитация исчезла.

Глаза Ма округлились от изумления и неожиданности. Она приоткрыла рот и схватила меня за плечо.

Мы воспарили над лепными перилами и поднялись в вечернее небо к огненному разрыву в черно-синих облаках. Ветер относил их в сторону моря.

До ночи небо должно полностью очиститься, и стать таким, каким оно бывает в августе — полным звезд.

У облаков я посмотрел вниз на гостиницу и разглядел на балконе маленькую фигурку в белом костюме.

Принц смотрел, как мы — два легких силуэта — влетаем в пламенеющий разлом в небесах, переходя из области тьмы в область света, исчезая в последних лучах.

Мы пересекли эту границу, и солнце ослепило нас…

Снова был закат. Такой же, как и вчера.

Мы летели к другому берегу залива над холмами облаков. В оранжевом свете вечернего солнца, под темнеющим небесным сводом.

Ма несколько мгновений смотрела на меня, а потом спросила:

— Что-то случилось?

Я отрицательно покачал головой.

И вдруг рассказал…

Про рог морского льва и разумных рыб. Как нес Кэна в небесах, и как он уснул. Как падали в бушующий океан.

Ма взяла меня за руку, и мы какое-то время летели молча. После паузы я продолжил. Рассказал весь вчерашний день, кроме событий в спальне.

Мы никогда не говорим о некоторых вещах. То, как мы применяем свой дар, спасая жизни, исцеляя… или убивая… остается исключительно внутри нас.

Ма слушала не перебивая. В ее глазах, пронзенными оранжевыми лучами заката, блестели маленькие солнца.

— Положил рог на стол и прошел сквозь стену? — Ма рассмеялась. — Илья, наверное, подпрыгнул и сказал: «эй, бро… через дверь не пробовал?»

— И едва не уронил гитару… Как ты узнала?

Она стала серьезной, но глаза еще улыбались.

— Илья мой брат.

И я неожиданно вспомнил, кто был третьим в нашей банде.

Это была Ма.

Как я мог забыть? Как я мог не понять этого сразу? Просто поразительно…

Ма была третьим приглашенным. Третьим участником Ритуала.

— Мой братик… — задумчиво сказала Ма. — Но будто не совсем мой. Лицо немного другое, и напряженный какой-то. Ты об этом не говори ему, ладно?

— Почему? — спросил я.

— Отличия не имеют значения. Он моя семья, моя кровь… А остальное неважно.

Облака расступились, образуя провал.

Мы несколько минут летели смотря вниз, виднелся берег залива и редкие огоньки.

Я размышлял о любви и верности Ма к своему брату, которые никак не проявлялись внешне.

Потом спросил:

— А что за странная фраза про три буквы?

Ма улыбнулась.

— Это тайный язык… «Иди, но будь осторожен». «На три буквы» — отпускаю на три часа. «Пять букв» — пять часов.

— А «четыре стороны»?

— Места, где буду искать. В клубе, у друзей… — рассмеялась Ма. — Ты выведал все наши тайны.

— А если послала в туманность, то это на всю ночь?