Год Собаки I. Среди Теней (СИ) - Тай Алеш - Страница 19

Илья перестроил гитару, подключился и встал у края сцены. Лучи прожекторов сошлись над его головой.

Грег поднял микрофон и проговорил:

— Мы давно не наслаждались реликтовой музыкой древних цивилизаций. Наш гость с Земли приготовил сюрприз… Встречайте!

Илья ждал.

Конферансье объявил:

— Арпеджио. Си бемоль минор.

Прожекторы изменили цвет.

Абуминог начал играть медленное вступление с диссонансного перебора струн, в два такта развернул его в гармоническое. Сделал переход, и я понял, что это фрагменты мозаики: мелодии, ритма и баса сплетенные в аккомпанемент.

И узнал композицию: Илья играл «Единственного».

— О, боги… — выдохнула Фрея. — Как красиво…

Он исполнил несколько тактов и записал цикл, нажав ногой педаль. На полу загорелся голубой прямоугольник. Перебор продолжил звучать сначала, а Илья уже вплетал в него звенящую мелодию. Он снова нажал педаль, загорелся второй прямоугольник. Перебор и мелодия продолжили вместе. Абуминог записал бас и стал накладывать новую партию.

Через минуту звучал целый ансамбль.

Публика постепенно собиралась у сцены, подходя со всех сторон.

Это было любимым развлечением Ильи на Земле. Он мог играть так часами, перебирая в медитации струны.

Вскоре у его ног мигало несколько прямоугольников. Какие-то из них он останавливал, а потом запускал снова. Какие-то стирал.

На каждой новой композиции прожектора меняли схему освещения и окраску.

Это было попурри. Мелодия сменяла мелодию. Одна тема переходила плавно в другую.

Грег в пиджаке конферансье стоял с Принцем у кулис, и они о чем-то переговаривались, глядя на Илью.

Фрея отвела от сцены взгляд:

— Почему такое название?

— Си-бемоль минор? — спросил я. — Не знаю… Он не говорил.

Абуминог последовательно исполнял фрагменты рок-баллад двадцатого века, выдерживая их в одном стиле, словно играл одно большое произведение.

Это было воспоминанием, размышлением о Земле.

За тысячи световых лет от дома.

Здесь. В городе Снов.

#

4.

Мы смотрели на, стоящего в цветных лучах, Илью.

— Один раз я потерял его… — проговорил я.

Фрея вопросительно обернулась:

— Что значит потерял? Ты о своем друге?

Я молчал, глядя на Фрею.

— Что случилось? — спросила она.

— Умер у меня на руках.

— О, боже… — сказала Фрея. — Как?

— Ударили ножом. Истек кровью.

Она снова бросила взгляд на сцену, где абуминог в меняющемся перекрестии лучей, начал новую тему. Зазвучала «Дым опускается вниз». Мы молча слушали музыку, не в силах произнести ни слова.

Илья сыграл завершающее соло и перешел к следующей композиции. Прожектора в очередной раз сменили цвет и позицию.

— Источник вернул его… — прошептала Фрея и замолчала.

Спустя минуту заговорила. Видимо, мой рассказ разбудил в ней воспоминания:

— Знаешь, с этим местом связана грустная история…

Теперь я молчал, глядя в черные глаза.

— Одного Летчика прирезали прямо на балу… — тихо сказала она. — Грег всадил клинок ему в живот, выпустил внутренности, а потом отрубил голову.

Я замер…

Пятый сезон длился всего два дня. Вот почему.

— Он был просто доверчивым ребенком. Не владел никакой магией. Думал, что попал в сказку.

Запись сезона была скрыта, но я легко представил, как все случилось и пережил события, словно Пятым был я сам.

Фрея вздохнула.

— Следующий был взрослым… Сезон развивался неожиданно и интересно. У него были шансы пройти, даже победить… Узнал о случае с Пятым. Случайно… Стер с лица земли город. Перерезал всех, кто был приглашен, до кого смог дотянуться.

Я уже понял, что произошло… Словно ощущал ярость и леденящую скорбь Шестого.

Фрея посмотрела на меня:

— Извини… что говорю об этом.

— Чем закончилось?

— Ничем хорошим. Вмешалась стража Ритуала… Охота, суд, казнь.

Она подошла так близко, что твердое под ее платьем уперлось мне в живот. На секунду показалось, что это не меч…

Ее лицо было совсем рядом с моим, я ощущал анисовое пьянящее дыхание.

— Ты сказала, что Грег твой брат? — спросил я.

— Да.

— И что он убил Пятого прямо здесь…

— Да… — удивилась она.

— Как это возможно? — спросил я.

— Что возможно?

— Ритуал проводится раз в год… Но, бывает, и реже. Сейчас тридцать первый сезон. Ты смертная, обычный человек… Тебе должно быть около пятидесяти.

Фрея странно посмотрела на меня.

— То, что я говорю — правда… — спокойно ответила она, но в голосе звенела обида. — Мне столько, на сколько выгляжу.

Я сместился чуть выше к магическому уровню и прошел сквозь Фрею. Задержавшись в ее пространстве на долю секунды. И теперь достоверно знал, как минимум, три вещи.

Она говорила правду. Ее помыслы были чисты. Это в самом деле был меч.

Сердце девушки билось чаще обычного, она была взволнована. Похоже, я ей нравился.

Фрея охнула, обернулась, в глазах мелькнул страх:

— Ты прочитал меня…

— Обычно я так не делаю, — сказал я. — С теми, кто мне нравится.

Она покачала головой.

— Мне пора… А тебе надо переодеться. Для дуэли.

Внутри пробежал неприятный холодок, но я не боялся. Ждал чего-то подобного. Заглянул прямо в глубину ее черных глаз:

— Этого не случится.

— У тебя не будет выбора… — тихо сказала она.

Уходя, Фрея повернулась и бросила тот самый взгляд, от которого волнуются и тают сердца мальчиков:

— Еще увидимся…

Я отвернулся и направился по проходу мимо колонн, огибая пространство зала по периметру. Шел вдоль стены с магическими бра и поглядывал на сцену.

Я хотел зайти со служебного хода, чтобы попасть за кулисы.

И в этот момент в зале погас свет. Остались только бра на стенах и прожектора. Зрители издали крики восторга. Некоторые зажигали в руках магические огни и поднимали их над головой.

Илья начал играть следующую композицию, и я с первых тактов узнал «Страх темноты». Я ожидал привычное вступление, но вместо второй гитары зазвучала скрипка.

Я остановился у колонны и стал смотреть на сцену.

Из ее глубины, из темноты, медленно шла на свет девушка с белой скрипкой, она постепенно подхватывала мелодию. И вот, уже всю без остатка забрала у Ильи.

Он встретил ее, улыбаясь.

Девушка вошла в лучи прожекторов, ее светлые волосы были собраны в хвост. Белый брючный костюм и скрипка меняли свой цвет с каждым тактом в прожекторном свете.

Скрипка словно дышала в ее руках, рассказывая историю странника, блуждающего во тьме.

Илья уступил тему, увел гитару на второй план. И со следующим тактом вступила бас гитара и ударные, а еще через некоторое время рояль.

Музыка закружилась вихрем.

Это подключились музыканты местной рок-группы, незаметно ожидавшие момента в полной темноте.

Сумасшедший вихрь продолжался еще минуту, а потом оборвался. Остались только скрипка и гитара, выхваченные из тьмы лучами прожекторов, они заканчивали свой рассказ, повторяя вступление.

Зрители в такт мелодии качали огнями в воздухе над головами. Скрипка и гитара все больше замедляли темп.

И остановились…

В зале зажегся свет, публика закричала. Музыканты вышли на край сцены и дважды поклонились. Конферансье выкрикнул их имена.

Я не запомнил всех, но обратил внимание, что девушку со скрипкой назвали как-то необычно.

Принцесса Ма.

Илья с девушкой спустились со сцены под рукоплескания. Их окружили зрители и репортеры. Сверкнули вспышки, прозвучали вопросы.

Принц взял у ведущего микрофон и объявил:

— Под волнующую скрипку завершилось выступление наших гостей с Земли… Они отправляются в путь в кромешной мгле… Смогут ли они преодолеть страх темноты? Не погаснут ли в ней юные сердца?

Он подождал, когда смолкнут крики толпы:

— Страх темноты… Куда он приведет их?

И добавил:

— Совсем скоро узнаем… А мы продолжаем нашу программу реликтового андеграунда. Бессмертная группа «Восемь из восьми» подхватывает знамя тридцать первого сезона.