Играть, чтобы проснуться. Первая книга (СИ) - Сотник Глеб - Страница 6

Лаки осознал, что план изначально заключался в этом.

— То есть ты хотел обмануть их… с самого начала? Ты же сразу знал, что двух выстрелов на всех огров не хватит! — Лаки продолжал кричать.

— Я знал, что делаю. Я всегда знаю, что делаю.

— Даже в том данже знал? — Лаки сказал что-то, о чем не подумал сначала. Как только это прозвучало, он громко сглотнул и с ужасом посмотрел на мага. Он не хотел так давить на него, но это уже произошло.

Лион встал и показал на Лаки пальцем. Потом спокойным голосом сказал:

— Ты со мной так не разговаривай. Я совершал ошибки в прошлом, но сейчас я их не допущу. Я все сделал правильно! Мой план сработал! Посмотри на свой уровень. — Лаки увидел цифру шесть и почти заполненную до семи полоску, — тебе что-то не нравится? Ну извини, нам придется терпеть друг друга.

Лион опустил палец. Лаки кивнул и поплелся за удаляющимся магом. Они долго шли в сторону города. Путь казался еще дольше оттого, что всю дорогу они молчали. Уже стемнело, и без того тихое поле как будто стало тише в несколько раз. Появилось множество светлячков, освещая путникам дорогу. Лион смотрел прямо, высматривая город на горизонте, и, нахмурившись, мысленно рассуждал. Он, естественно, переживал из-за случившегося… Но он же был прав! Лаки зря сказал про данж. Он не знает, что там произошло. Появился недавно и что-то предъявляет! Вдруг он станет продолжать в том же духе? Будет неудобно.

Лаки пинал камни, глядя себе под ноги, но, к собственному удивлению, ни разу не запнулся о них. Изредка он поглядывал на идущего в пяти метрах впереди Лиона. На земле было много интересного. Пару раз он заметил ящерку, пробежавшую между его ног так, что он чуть не наступил на нее. Обувь позволяла чувствовать все, что находится под подошвами, и это ему нравилось. Ощутимо пахло полевыми цветами. Или с наступлением вечера этот запах стал сильнее, или Лаки только сейчас обратил на него внимание. Растения подсвечивались надписями, и Лаки с интересом отражал эти названия в своем разуме.

Через какое-то время парни вышли на вымощенную камнем дорогу. По обочинам качались фонари на железных столбах, вокруг которых роились тучи светлячков. Лаки пытался поймать их рукой, но они юрко ускользали из его ладони. После этого он бросил свою затею, снова сделался тусклым и серым, подобно Лиону. Камни на дороге были гладкими, как от дождя, хотя его, естественно, не было, да такими, что иногда Лаки казалось, будто сейчас он поскользнется и упадет. Но этого не произошло.

Они дошли до города ночью. Лаки смотрел под ноги и совершенно не обращал внимания на людей и дома, на таверны и лавки со всевозможным товаром. Он уперся взглядом в спину Лиону. А тот зашел в таверну, название которой Лаки тоже не прочел. Лаки не заметил совершенно ничего. Как же много он упустил!

Весь город светился магазинными вывесками, освещавшими улицы ярче фонарей. Изредка попадавшиеся игроки наполняли Начало своеобразной жизнью. Каждый из них был индивидуальностью, несмотря на некоторые внешние сходства. Со стороны можно было не отличить одного орка от другого, но приглядись — и увидишь, что, не говоря уже о разных размерах и одежде, у одного сильно выражены морщины на лбу, глаза очень узкие, а у другого рот искривлен сильнее, чем у первого. Большинство игроков никуда не спешили — они гуляли в свободной одежде, которая, в отличие от доспехов, была куда удобнее для повседневной жизни. Только некоторые не оставляли все-таки своего оружия, но в мирном городе оно было скорее аксессуаром, чем средством защиты. На улицах иногда попадались таверны, бары и кафе, не закрывающиеся всю ночь, и игроки, сидя под красивым звездным небом, болтали непринужденно о том о сем. Они пили что-то: кто чай, а кто и что покрепче. На столах можно было увидеть еду и закуски, поражающие взгляд. У одного эльфа, утонченного на вид, на столе лежал огромный кусок свинины на вертеле, на который он смотрел, как дикий зверь на истекающую кровью добычу. А за соседним столиком два орка запивали чаем одно пирожное на двоих. В городе будто исчезли все предрассудки! Здания были самыми разными — где-то таверна была выстроена полностью из бревен, так что от нее до сих пор пахло свежей древесиной, а один из баров — из нарочито неаккуратно сложенных камней. Мостовая громко и гордо звучала под ногами игроков, отбивавших нечеткий ритм своими каблуками.

Но ни одному из обоих наших героев не было ни весело, ни тепло на душе сейчас. Таверна, в которую они зашли, гудела оживленными разговорами, в ней витали запахи алкоголя. Смех наполнял помещение, отчего Лаки стало не по себе. Таверна, как и одна из тех, что были по пути сюда, была отделана деревом. У самого потолка висели огромные люстры со свечами, которые непонятно кто и как менял. Около барной стойки, возле стены, начиналась лестница, уходящая на второй этаж, где было заметно тише. Там и располагались комнаты для гостей.

— Здравствуйте! — поприветствовал Лион гномку, которая работала в таверне директором. — Нам нужны две одноместных комнаты на ночь.

Он протянул ей пятьсот золотых. Та дала ему два ключа, один из которых Лион передал Лаки.

— Спокойной ночи! — пожелала гномиха, но Лаки уже уходил в свою комнату. Он сбросил с себя броню и завалился спать.

«Вот такие приключения! Захватывающие, блин… Но все-таки надо обязательно извиниться перед Лионом завтра. Что-то я перегнул…». С этими словами он заснул, так и не заметив очень важную деталь. А следовало бы заметить…

Глава 4. Удачное утро

Утро не задалось. Лаки спал на деревянном полу, ибо не заметил, как ночью свалился с кровати. Чувство вины даже во сне не оставляло его. Стыд накрывал с головой. Ему снился тот же самый лес, в котором он появился, но теперь там была ночь. Он сидел на земле голый, скукожившийся, обхватив руками согнутые ноги. Рядом стоял Лион и что-то объяснял ему, но слов Лаки не понимал. Маг видел, что его речь не доходит до адресата, поэтому с каждой минутой все сильнее жестикулировал и кричал. Вдруг он устал, выдохнул тяжело, отпил из неожиданно появившейся в его только что пустой руке кружки и ушел куда-то в глубь леса, оставив Лаки одного.

Тьма сгущалась, и все меньше деревьев виднелось вокруг, будто бы дымка накрывала землю метр за метром. В какой-то момент Лаки показалось, что это происходит лишь в его голове, что он медленно слепнет. От страха он еще сильнее сжался, и вдруг его кулак засветился ярким желтым светом. Тьма рядом с ним рассеялась и снова начала отвоевывать территорию. И вновь он сжал кулак, вызвав волну света, разгоняющую пелену вокруг. Но тьмы было больше, и сил у нее было больше. В третий раз, когда он сжал кулак, ничего не произошло. Рука не засветилась привычным светом. И тьма налетела с неистовой скоростью, схватила его, начала душить.

Неожиданно из-за дерева появился Лион — в руке посох, рука источает кипяток, пока он отбивается от невидимой силы. Он брызгал им в разные стороны, отгоняя тьму. У него получалось слабо, но все же получалось. Но вот и Лион перестал выпускать кипяток из руки, его посох треснул в одном месте, затем в другом и через мгновение рассыпался на тысячи щепок. Он удивленно посмотрел на руку, где только что находился посох, затем на деревянную руку — она тоже треснула. Через несколько секунд и она рассыпалась. Он оказался без плаща, так что его торс было полностью виден.

Вдруг его будто бы что-то проткнуло. Он упал на колени в полуметре от Лаки. Лаки посмотрел на него, впервые подняв голову. Лион испуганно глядел на него. «За что ты?..» — лишь успел проронить он, как из его рта прыснула кровь на единственную руку. Из носа потекла тонкая багровая струйка. «Ты…» — вновь не договорил он, упав на землю. Лаки попытался растолкать его, но безуспешно. Теперь тьма не душила Лаки. Она окружила его, будто наблюдая, как окружают люди двух соперников на дуэли. Во тьме открылся коридор. Он не светился, но придерживал тьму снаружи. Оттуда вышел один силуэт, потом второй, третий, пока их не стало столько, что они слились в один. Часть силуэта заговорила обычным человеческим голосом: