Универсальные истины (ЛП) - "scullymurphy" - Страница 92

Прочитав это послание с растущей тревогой, Драко срочно послал сову, наказывая Лукреции прекратить любые попытки выдворить Уикхема. После он уведомил Министерства Великобритании и Испании, написал Чарли Уизли и договорился о том, чтобы лично отправиться в Монако.

По прибытии он встретился с Чарли и был допрошен властями, хотя в основном не участвовал в успешной операции по поимке Джека и Рона. Спустя несколько дней после ареста этих двоих, когда Чарли сообщил о масштабе финансовых потерь, Драко снова начал действовать.

Сначала Уизли было трудно убедить. Ему пришлось рассказать о всех вероломствах Уикхэма и о том, как Драко каждый раз смотрел в другую сторону или активно прикрывал его. Наконец, Артур устало уступил, и Драко встретился с банкирами Лукреции.

Последовало несколько дней переговоров и сложных трансферов, но в конце концов все было возвращено на свои места.

И вот теперь это позади. Сегодня он ненадолго встретился с Чарли и Хэмишем, чтобы сообщить подробности. Они выглядели такими же измученными, каким чувствовал себя Драко.

— Спасибо, — сказал Чарли, положив руку Драко на плечо. — От меня и моей семьи.

— Прошу, не надо, — ответил Драко, качая головой.

Чарли кивнул.

— И ты все еще не хочешь, чтобы об этом узнали?

Его взгляд был многозначительным, но Драко снова покачал головой.

— Нет. Я не хочу, чтобы кто-либо чувствовал себя обязанным.

Хэмиш хотел было что-то сказать, но Чарли взглядом заставил его замолчать.

— Хорошо, — пообещал Чарли. — Даем слово.

Они пожали друг другу руки, и Драко вернулся в отель, где остановился в номере Лукреции. Он собирался вскоре вернуться в Англию, а дальше не знал, что произойдет. Возможно, вообще ничего.

Он вырвался из воспоминаний и ответил на вопрос Лукреции:

— Я не знаю, тетя.

— Ты скажешь ей, что сделал для нее?

Драко допил свой мартини.

— Я сделал это не только для нее. Это было правильным решением.

— Хмм, — легкое недоверие отразилось на лице его тети.

Он вздохнул. Помнишь об открытости, Драко?

— Я не хочу, чтобы со мной общались из чувства долга.

— Я не думаю, что так будет.

— Когда я видел ее в последний раз, до того, как все это произошло, она сказала что-то о своем желании все уладить, все сделать правильно. Это не походило на признание в любви, — Драко прикрыл глаза. — Больше на желание закрыть главу. Как прощание.

— У меня сложилось впечатление о мисс Грейнджер, что для нее очень важно все сделать правильно. Это может быть частью ее любви.

Он покачал головой.

— Мне просто кажется, что уже слишком поздно.

Лукреция встала с места и подошла к Драко. Взяла его за руку и заставила посмотреть ей в глаза.

— Если я что и узнала за все мои много-много лет на этой земле, так это то, что никогда не поздно. Особенно для любви.

Он задумчиво посмотрел на нее и кивнул.

Комментарий к Глава 34. Но уже слишком поздно

Что думаете? Когда они уже встретятся так, чтобы больше не расставаться?

========== Глава 35. Да вы просто хотите навлечь позор на все поместье Пемберли! ==========

Да вы просто хотите навлечь позор на все поместье Пемберли!

— Черт, а квартиры дорогие, — негодовала Гермиона, сидя в своем офисе и просматривая объявления «Пророка».

Она почти десять лет делила квартиру с Гарри и Джинни и совершенно потеряла связь с текущими расценками, не говоря уже о том, что ей никогда не приходилось нести расходы на жилье в одиночку. Грейнджер отложила газету и уставилась в пространство.

Прошло несколько дней с тех пор, как появились радостные новости о Роне, и ее охватило странное состояние покоя. Живя так долго на постоянной диете из тех или иных переживаний, она совершенно забыла, каково это, когда ничего особенного не происходит. Даже работа замедлилась — по биллю кентавров оставалось только дождаться окончательных согласований, а с другими магическими существами переговоры начнутся уже после нового года — отсюда и возможность искать квартиру в рабочее время. А найти новое жилье сейчас являлось приоритетом.

Новое жилье. Гермиона едва могла осмыслить эту идею. Она рассеянно провела пальцами по газетной бумаге, вспоминая вечер накануне…

Гарри и Джинни приготовили ужин — пасту и салат, достали хорошее красное вино и усадили ее за накрытый стол. Она встряхнула свою салфетку и задумчиво посмотрела на парочку.

Они немного поболтали, обсуждая скорое возвращение Рона, все обвинения с которого были сняты, и нелепую идею Молли устроить вечеринку в честь такого события.

— Я сказала маме, что не понимаю, что тут праздновать, — возмущалась Джинни, накручивая спагетти на вилку. — Так и спросила у нее: «Разве не он сбежал со всеми твоими деньгами и потратил их на фальшивую схему инвестиций в недвижимость, из-за чего чуть не загремел в Азкабан и едва не лишил тебя дома?»

Гермиона усмехнулась, а Гарри покачал головой.

— Что?! Я просто не думаю, что вечеринка — уместная реакция! — воскликнула Джинни.

— Нет, я полностью согласна, — засмеялась Гермиона. — Что она ответила?

Джинни скривилась, хорошо имитируя обычно поджатые губы матери, и голосом Молли произнесла:

— Чепуха. Это поднимет всем настроение!

— Некоторые вещи никогда не меняются, — вздохнул Гарри. — А некоторые еще как… — он забавно приподнял брови и взглянул на Джинни. Та кивнула, и они дружно отложили вилки и повернулись к Гермионе.

— Итак, — Джинни нежно улыбнулась Поттеру. — На самом деле на этой вечеринке будет одна обоснованная причина кое-что отпраздновать.

— Да? — Гермиона переглянулась с друзьями и уже поняла, что те собирались сказать.

Лицо Гарри расплылось в широкой улыбке, когда он посмотрел на Джинни, а затем снова на Гермиону.

— Я попросил Джинни выйти за меня, и она сказала «да».

— Боже мой! — вскрикнула Гермиона, вскочила и, подбежав к ним, попыталась обнять их обоих одновременно. — Поздравляю! Я так рада за вас!

После множества взаимных объятий и слез все снова уселись. Джинни вытирала глаза, а Гарри не мог перестать улыбаться.

— Ты первая, кому мы сказали, — призналась Джинни. — Мама и папа узнают завтра, а остальным членам семьи мы сообщим на вечеринке.

— Мы просто подумали, что ждали достаточно долго, — добавил Гарри. — Все эти события помогли нам понять. Сейчас мы в подходящем возрасте, чтобы сделать следующий шаг, а за ним еще один. Возможно, в течение года расширить семью.

Гермиона кивнула, ее сердце было переполнено эмоциями.

— Но, — Гарри почесал затылок и отвел взгляд, — это предполагает некоторые изменения.

— Ты знаешь, как нам нравится жить вместе с тобой, — вмешалась Джинни. — Но мы чувствуем, что часть грядущих изменений потребует… большей самостоятельности.

Голос Джинни сорвался на последних словах, а лицо Гарри выражало вину, поэтому Гермиона поспешила их успокоить.

— Ну конечно! — она потянулась через стол и взяла их за руки. — По-другому и быть не может. Пожалуйста, не расстраивайтесь. Это естественно, и прекрасно, и хорошо. И я так невероятно рада за вас.

Гарри и Джинни вздохнули с облегчением, и в тот вечер было еще много разговоров. Гарри упомянул о разработке улучшенной квиддичной схемы в новом году, и они обсудили свадебные планы и даты. Джинни хотела небольшой и неформальный праздник — вероятно, в «Норе» в начале лета. Гермиона начала мысленно подсчитывать, когда ей следует съехать. Гарри и Джинни еще не решили, останутся ли они в этой квартире или будут искать что-то новое, но это место определенно слишком велико для одного человека.

Для одного человека. Гермиона выдохнула и огляделась вокруг, вернувшись мыслями в настоящее. Она, конечно, была невероятно счастлива за Гарри и Джинни, но их радостные новости ввели ее в своеобразную меланхолию. Где-то в глубине души Гермиона чувствовала себя покинутой — друзья двигались вперед по жизненным вехам, а она словно застряла на месте. И искать новое жилье, собирать вещи и переезжать в другой дом казалось сложной задачей после десяти лет пребывания в одном и том же месте. Она начинала все сначала — и в этот раз совершенно одна.