Кровь за кровь (СИ) - Абабков Андрей Сергеевич - Страница 64

— Ну, Ебург с Константинополем сюда мало подходят. Просто в первом правят маги и город построен для магов, а во втором всем заправляют бладианцы, но правят там они по законам Элура, а в Уре и Александрии есть свои собственные законы, отличные от королевских.

— И ты предлагаешь провернуть нечто подобное в Залоне, еще одном стратегическом для страны городе.

— Именно.

— А зачем? Древние ограничения, касающиеся Залона, и так дают ему особый статус. К чему менять то, что работает?

— А мы этот статус подтвердим. Почешем пузико местному чувству собственного величия. Нам это ничего не будет стоит, а народ успокоится, замурлычет от удовольствия…

— И начнет резать эльфов.

— Эльфы тут не при делах. Претензии к ним большей частью надуманы. Они там давно живут.

— И многих раздражают своей непохожестью на людей. А этого более чем достаточно.

— И что? Будто мы не знаем куда преступников девать? Тем более наши планы по набору военнопленных провалились, а на новых рудниках кому-то работать надо. Почему не заполнить эту лакуну за счет внутренних ресурсов? Чтобы бабы новых человеков нарожали нужно время, вот разного рода маргиналы* нам его и дадут.

(* Не знаю надо ли пояснять, но на всякий случай:

— Лакуна это пустое место, незаполненность.

— Маргиналы это люди живущие по принципу «и нашим и вашим», а также люди, которые не могут определиться со своим местом в обществе или профессиональной деятельности и мечущиеся от одного направления к другому. Преступники и бунтовщики это частный случай маргинализации.)

— По мне — так себе идея, — признался Александр после небольшого размышления.

— Поэтому я ее и думаю, а не осуществляю. Но Залону, Касу и Гуяну надо дать какие-то особые права, выраженные в официальных постановлениях и законах. Без этого волнения будут продолжаться. Несильные, но неприятные и периодические. К тому же, лет через сто весь север и так будет нашим в том плане, что людей везде заменят вампиры. Почему-бы заранее не подготовить себе теплые места и оградить людей от разного рода соблазнов?

— С этого бы и начинал, а то «стратегический город», «особые законы», — проворчал Александр, — Даю разрешение на проработку темы.

— Вот спасибо, отец родной, не оставил своими милостями холопов своих, — шутливо склонился в поклоне Константин, так и не оторвав задницу от кресла, — Я к тебе не за разрешением зашел, а за дельными мыслями.

— Извини, — повинился перед триумвиром и соправителем Александр. — Привычка. Всем нужно мое одобрение и…

— Да понял я, — махнул рукой Константин, — Мысли есть?

— Нету. Идея правильная, но сырая. Думай дальше.

Немного расстроенный вампир покинул королевский кабинет и следующие пару часов Александра никто не беспокоил. Благо на дворе была ночь и люди, доставляющие алукарду и королю больше всего проблем и забот, пока сладко спали и видели десятый сон. Лишь с первыми лучами рассвета внезапно активировался артефакт связи, сигнализируя, что главный вампир опять кому-то понадобился.

— У нас бунт, экселенц, — безэмоционально сообщил алукарду новость главный жандарм, и в эту самую минуту в кабинет Александра ворвался взволнованный Константин, но видя, что хозяин занят, говорить ничего не стал, а молча занял кресло, но в этот раз даже и не думал в нем разваливаться, а сидел ровно, будто в него вставили кол.

— Кто взбунтовался на этот раз? — поинтересовался Александр отмечая необычное и даже странное поведение гостя и на всякий случай готовясь к бою.

— Обращенные ородские дети, экселенц.

— Это которые фанатики с сильным родством душ?

— Да, экселенц, они самые.

— И как они взбунтовались? — немного успокоился Александр, поняв почему так взволнован Константин, — Они же были раскиданы по разным подразделениям и за ними пристально следили.

— Вот в разных подразделениях они и взбунтовались. Внезапно стали вести себя неадекватно, будто пьяные, а затем с криками «умри порождение Мур» попытались убить тех вампиров, кто был рядом с ними.

— И как результат?

— Все дети захвачены и нейтрализованы. Потерь нет. Но…

— Надо решить, что с ними делать дальше, ведь по закону их необходимо казнить, но это же дети.

— Да, экселенц, — смущение главного жандарма чувствовалось даже через артефакт.

— Жди, — распорядился Александр и посмотрел на Константина, — Идеи есть?

— Мне неприятно это говорить, но их надо отдать Марии, — тяжело, будто заставляя себя выдавливать каждое слово, произнес Константин.

И Александр сразу понял старого друга и соратника.

Фанатично воспитанные в вере в Демура дети изначально не могли обладать родством душ, этим странным феноменом позволяющим вампирам находить среди людей будущих верных членов своей общины. Верных не только из-за шаблона, а прежде всего благодаря убеждениями. Тому самому родству душ.

Но дети обладали родством и согласно закону были обращены. И именно среди них были первые казненные обращенные вампиры обладающие родством. Уже одно это заставляло держать группу ородских детей на особом положении и, как выяснилось, все было не зря. Они предали и восстали.

Только вот вампир существо магическое и против своего шаблона они ничего не может, а шаблон, в том числе, оберегает общину от таких вот неожиданных выступлений, если произошла эмоциональная привязка обращенного к группе. А у детей она произошла. Это специально проверяли несколько раз.

И это означает, что в работу шаблона вмешались внешние силы и внесли в него изменения. Что приводило триумвиров к осознанной необходимости не просто казнить бунтовщиков, а отправить их в Корпус Науки на «вскрытие» и тем самым обречь их на долгую и мучительную смерть. Детей…

— Мария нам этого не простит, — пробормотал Александр.

— Есть такое слово «надо» и Маша его понимает лучше многих. Мне самому противно, но это наш шанс не тыкаться вслепую, проводя эксперименты на преступниках, как твердолобые этого и хотят, а сразу понять что и как надо поменять в нашем шаблоне. Это ведь оно, внешнее изменение магического шаблона. То, что мы так страстно желаем.

— Всех захваченных бунтовщиков доставить в Корпус Науки, — бросил в артефакт связи алукард и зло откинул от себя ни в чем не повинный прибор, — Почему судьба раз за разом ставит перед нами дилемму: дадим ли мы детям жить или убьем их? Почему нельзя просто давать им жить?

— В прошлый раз это были вурдалаки.

— И что⁈ — почти накинулся на собеседника Александр, — Это что-то меняет.

— У нас очень простые законы и их трактовка двояких смыслов не подразумевает. Да и не так часто мы решаем подобные моральные задачи. Закон суров, но это закон.

— Оправдание моральных уродов, — сквозь зубы процедил Александр.

— Ты не в духе.

— Будешь тут в духе, — зло бросил алукард, — Подставил детей Демур, или еще кто из их божественной семейки, но под нож их отправлю… отправил я.

— Зато предложил это я! Думаешь мне сейчас легко? — голос Константина сорвался.

— Извини, — тут же повинился Александр, понимая, что соратник чувствует себя ничуть не лучше его самого.

— Забыли, — отмахнулся Константин и поднялся на ноги направляясь к выходу, — Обо всем забыли. Прошлое в прошлом.

Но не успел триумвир покинул королевский кабинет как дверь открылась и на пороге появилась секретарь Юлия с несколько задумчивым выражением на лице, что для девушки было крайне непривычно.

— Что еще случилось? — интуиция Александра буквально вопила, но о чем именно понять вампир не мог.

— Со мной только что связался Леопольд из Корпуса Разведки. По его данным, дракониды атаковали Песчаные рудники и прорвали оборону людей.

— Как? — только и смог вымолвить из себя алукард, пораженный новостью сильнее чем громом среди ясного неба

— Подробностей Леопольд не знает, — развела руками вампиресса, — Обещал сообщить их через пару часов.

— Черт знает что, — ошеломленный Константин вновь вернулся в кресло, — Мы знали, что у ящериц готовится еще одна атака, но… Как⁈