Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 338

– Накануне «сезона бурь»? – прищурился Генри. – Они что, тронутые?

– А мне все равно, тронутые или нет, – хмыкнул Джо. – Посчитали, что успеем обернуться, а нет, так в одиночку я на Территориях не пропаду.

– Да кто б сомневался! – фыркнул Монтроз. – А они кто?

– Придурочные какие-то. В Барри их целая община: только и знают, что молиться. Говорят, господь их просветил и велел отправляться в путь, чтобы, значит, проложить белым людям дорогу на запад. Но платят хорошо. Не желаешь присоединиться?

– Не-а, – мотнул головой рейнджер. – Я как раз с одним дельцем разобрался, выпить тянет – страсть! А тут какие-то унылые тетки, у которых воды в половодье не допросишься!

– Это уж точно, – ухмыльнулся Джо. – Им вера пить не позволяет! Ну ладно, как знаешь…

– Говоришь, будут форт строить? – остановил его Генри. – Все с собой везут?

– А не видишь, что ли? – кивнул тот на кажущийся бесконечным обоз. – Всем запаслись!

– Угу, – непонятно ответил Монтроз. – А про аддагезов и прочих они знают?

– А что, озоруют? – нахмурился Джо.

– Есть немного, – уклончиво сказал тот. – Так что смотри в оба!

– Дошутишься, – беззлобно сощурился на него знакомый, и только тут Мария-Антония сообразила, что левый глаз у Джо затянут бельмом. – Ладно, бывай. Надо догонять…

– Бывай! – откликнулся Генри и ткнул коня каблуками.

Последний тяжело груженный фургон проскрипел мимо, и в прерии снова наступила тишина, нарушаемая только неумолчной песнью насекомых и шелестом ветра в сухой траве.

– Твой друг? – нарушила молчание Мария-Антония.

– Знакомый. Друзей среди белых у меня нет, – ответил Монтроз, что-то сосредоточенно обдумывая. Потом вдруг натянул поводья своего жеребца, заворачивая его круто к северу. – Не нравится мне эта встреча! Давай-ка лучше кругаля дадим…

– Думаешь, он нарочно тебя подстерегал? – Девушка прикусила губу, чтобы не рассмеяться. – Разве это возможно на такой огромной равнине?

– Не знаю, – мрачно ответил Генри. – Только мне его вьюк очень не понравился. Я в таком передатчик возил.

– Но мало ли…

– Да, переселенцам тоже нужны передатчики, – согласился Монтроз, кривя губы в нехорошей усмешке. – Только мощные, надежные, и повезут они их в фургонах, чтобы не растрясти ненароком. А таскать с собой такую бандуру парню вроде Джо вовсе ни к чему, уж поверь!

– Я верю, – сказала Мария-Антония. Подумала, спросила: – Значит, этот Джо и остальные – и есть наемники, о которых ты говорил?

– Ага.

– Я все равно не понимаю разницы.

– Я же говорил, – нахмурился Генри. – Рейнджер… ну, сам по себе. Вольный ветер. Если за что берется, больше из интереса, чем ради денег, хотя это тоже, конечно, дело не последнее. Компанией мы редко работаем, чаще поодиночке. И подличать не в нашем обычае, и я говорил, что я не перепродаюсь!

– Я помню, – остановила принцесса. – Но это такая тонкая грань…

– А то! – Мужчина посмотрел через плечо, туда, где уже скрылся за горизонтом обоз. – Черт, не люблю я такие совпадения!

– Неужели ты правда полагаешь, что тебя выследили?

– Нет. Конечно, нет. – Генри потер подбородок. – Но знаешь, будь я на месте тех, кто нас с тобою ищет, я бы запустил на Территории столько наемников, сколько смог бы нанять. И поодиночке, и с торговыми караванами, и с такими вот переселенцами… Или не запустил нарочно даже, это и правда бессмысленно, тут на милю разминешься – никогда уже друг друга не найдешь! Так… оповестил бы, мол, если встретите Генри Монтроза, сообщите… И награду бы назначил хорошую. А за деньги наемник не то что передатчик, бизона на себе потащит!

– Ты рассуждаешь логично, – согласилась Мария-Антония. – Но это ведь большие расходы! Наемников много, ты сам говорил, и если каждому…

– Для крупной корпорации это – мышиные слезки, – оборвал Монтроз. – Ерунда. И награда тому, кто нас с тобой выдаст, – тоже ерунда. Черт… приедем – надо будет переодеться и как-то замаскироваться! Ты не тянешь на мальчишку, хоть убейся, так скрываться глупо… Ладно, это я потом придумаю. Пока бы добраться хоть куда-нибудь!

– Барри – это город? – уточнила девушка.

– Ну так, городок. Есть полицейский участок, есть церковь, трактир и прочее, что требуется. Раньше был небольшой форт, теперь разросся. Но нам туда не нужно, – заключил Генри.

– Но собирался ты именно в это место, – задумчиво сказала Мария-Антония. – А если этот Джо и впрямь тебя выдал, разве преследователи не решат, что ты должен теперь миновать Барри и ехать куда-то еще?

– Именно так они и решат, – заверил Монтроз. – Поэтому мы сейчас сделаем крюк, а потом снова поедем в этот чертов городок, чтобы ему провалиться! И пусть ищут нас…

– А такого от тебя разве не могут ожидать? – усмехнулась принцесса.

– Могут, – кивнул он. – Но так можно продолжать до бесконечности. Ехать в Барри или еще куда… везде одинаково опасно, везде могут ждать. Но до Барри ближе всего. И я очень надеюсь, что мы успеем проскочить, так что пришпорь-ка эту ленивую клячу!

Надежды Генри не оправдались, это Мария-Антония поняла на четвертый день, минувший после встречи с переселенцами и улыбчивым Джо.

Сперва заволновались собаки, потом начал оглядываться сам Генри, все прибавляя и прибавляя ходу, и на лице его читалась искренняя обеспокоенность.

– Что там?.. – спросила девушка, понимая уже, что рейнджер оказался прав и встреча с его улыбчивым приятелем ничем хорошим не обернулась.

– Кто-то позади, – отрывисто ответил он. – И я даже догадываюсь, кто именно. Ходу!..

– А собаки?

– Потом догонят!

– Но кто мог нас нагнать? Как?!

– Не только делакоты умеют ходить по Пустырю! – отозвался Генри, безжалостно шпоря коня. – Тони, нам не уйти! Если… Короче, когда я скажу, скачи что есть силы, тут уже недалеко… аддагезы не сунутся… Я сам разберусь, ясно? Ты просто погоняй и не оборачивайся, всеми богами тебя заклинаю, и… вот, возьми!

Он перебросил ей сверток, и по угловатой твердости Мария-Антония поняла, что это – ожерелье ее матери, не иначе, а может, еще что-то.

– Никому не достанется, – сказал Генри сквозь зубы. – Давай, гони! Насколько сможем, оторвемся, а там…

Мария-Антония послушно пришпорила мерина, прекрасно понимая, что долго ему такого темпа не выдержать. А если вдруг ловушка, о которых предупреждал рейнджер?

– Генри! – крикнула она. – А как же… ты говорил, Территории опасны, а мы сломя голову…

– Это уже конец Территорий! – ответил он, на ходу проверяя ружье. Что-то он с ним делал, передвигал какие-то рычажки, Мария-Антония не могла рассмотреть. – Здесь особых подлостей не жди, а через всякую мелочь лошадь проскачет! Не оборачивайся, Тони! Видишь, впереди земля вниз пошла?

– Вижу!

– Туда скачи! Скоро граница, туда им нельзя, так шаманы сказали! – Генри поперхнулся встречным ветром, выругался. – Да скорее же! Сбрасывай вьюки, черт с ними!..

– Я не могу… на ходу… – Девушка пыталась отстегнуть ремни, но у нее не получалось разом делать и это, и удерживать поводья мерина. Хорошо еще, большая часть поклажи оказалась на бурой кобылке, которая уже безнадежно отстала – Генри отвязал ее поводья от луки своего седла, что зря мучить животное!

Последовало еще более изощренное ругательство.

Мария-Антония все же не удержалась и посмотрела через плечо. Сперва ничего не было видно, а потом в жарком трепещущем мареве, укрывшем прерию, будто кисть художника прорисовала темные фигуры, и фигуры эти быстро оформились во всадников, летящих во весь опор, и ветер донес звуки выстрелов…

– Да гони же! – взвыл Генри и огрел чем-то ее мерина, так что тот заржал возмущенно и вырвался вперед на целый корпус.

Высокий переливчатый крик полетел над равниной, и слышался в нем охотничий азарт: волки прерий увидели добычу и теперь не жалели конских ног, чтобы загнать ее!

Мария-Антония не различала лиц, да и понимала прекрасно: она не отличит аддагезов от тех же делакотов. И это ей ни к чему, достаточно знать, что расстояние между ними неуклонно сокращается: у охотников были свежие лошади, и шли они налегке…