Избранное (СИ) - Измайлова Кира Алиевна - Страница 313

– Ты – главная приманка, – спокойно сказала девушка. – И Хоуэллы об этом знают. Иначе сказали бы тебе не выходить больше на связь, верно?

– Ага, – скривился Генри, вытащил передатчик из вьюка и с удовольствием грохнул его оземь, раздавил каблуком хрупкие внутренности. – Сволочи двуличные… Время тянут!

– Зачем? – живо поинтересовалась девушка.

– Да я же говорил: пока время тянут, зашлют на место большой отряд, окопаются – уже и «ящерки» их черта с два выкурят! Кто первый, тот и прав… если удержит, конечно, а Хоуэллы ничего не пожалеют, чтоб удержаться! – процедил Монтроз. – Им даже менять ничего сильно не пришлось! Только в первом случае они б тебя показывали и магов мучили, чтоб подтвердили, кто ты такова… Ну теперь зато мы с тобой вместе подсадные утки: за нами гоняться будут, а Хоуэллы тихой сапой заграбастают твои земли. Не удивлюсь, если туда уже отряд вышел!

– Что же делать? – спокойно осведомилась принцесса.

– А не знаю, – обрадовал Генри. – Вообще-то, я уж сказал – надо уходить в глубь Территорий. Опасно, но не опаснее «ящерок». Встретим местных – прикроют, ничего. Им разборки белых вообще-то побоку, а я вроде как родственник… приемный, – поправился он. – А там дадим большого кругаля, может, к тому времени и искать нас перестанут. Но свой гонорар я с Хоуэллов все равно стребую! – возвысил он голос, вне себя от злости. Как же, использовали, будто пацана зеленого! Получат они свои камушки, пусть подавятся!

– И меня, – напомнила Мария-Антония. В холодных глазах по-прежнему плавали льдинки, только уже какие-то другие.

– А тебя… – Монтроз зло оскалился. – Если ты сама захочешь, а они очень хорошо попросят! – Он глубоко вздохнул. – Ладно! Что языками чесать… Поехали. Меняем курс, твое высочество. Нам теперь еще севернее…

…Да, Генри все понял. Просто принимать не хотел, это она увидела сразу. Мария-Антония хорошо знала такой тип людей. И нанимателей его, пусть не видев ни разу и располагая лишь крохами знания о них, она поняла быстро. Да не так уж сложна была интрига, честно признаться! Ложный след, приманка, вот и все. Они теперь нужны только для отвлечения внимания, и шумиха будет поднята изрядная. Может, Хоуэллы дадут просочиться сведениям о том, что Генри везет какие-то важные документы. Или некий артефакт из старинного замка. Или точную карту месторождения. Это вовсе не важно, принцип ясен. Она сама… ну кому она нужна, в самом деле? Генри точно обрисовал девушке ее роль – она лишь должна отвлечь внимание, с ней никто не будет считаться. Теперь она никто. Вернее, ее считают никем, ну и пускай: меньше станут ждать проблем. Конечно, сейчас у нее нет верной дружины, нет вообще никого, разве только Генри, но… на него вряд ли можно полностью положиться. Нестрашно. По меньшей мере, когда спасаешь собственную жизнь, нет времени думать о прошлом!

– Тони, – окликнул Генри. Девушка невольно вздохнула: так звали ее родители, так называл муж… И зачем она позволила этому человеку именовать ее именно так? Да что уж теперь! – Ты чего нос повесила?

– Так. Думаю, – усмехнулась она и поправила шляпу почти таким же жестом, как Монтроз.

– Много надумала?

– Немного. Ничего нового. – Она взглянула на мужчину. – Я совсем не знаю Хоуэллов и еще меньше слышала о «ящерках». Что уж тут гадать?

– Да ты хорошо соображаешь в таких вещах, – сделал он неуклюжий комплимент. – Уж получше меня. Я вроде нюхом чуял – неладно что-то, а что именно… проворонил, в общем.

– Ты, должно быть, слишком поверил нанимателю, – сказала Мария-Антония. – Это бывает. Это хорошо, когда наниматель достоин такого доверия.

– Да знаешь… Эти достойнее других, – невесело усмехнулся Генри. – Но я и впрямь расслабился. Не ожидал подвоха, дурак. Но знаешь, что?

– Что?

– Я сказал, что я тебя выведу, и я это сделаю, – сказал он непримиримо и нахлобучил шляпу на нос. – Что дальше будет, второй вопрос, но я от своего контракта не отказываюсь. И, в общем… если что, я тебя не брошу. Не обучен… бросать.

– Я слышала твое слово, – спокойно ответила она.

Все же, пожалуй, на Генри можно положиться. Жаль, она пока не видела его в деле, сказать-то можно все, что угодно… Но интонация тоже говорит о многом, Мария-Антония умела разбираться в чужих речах, чужих мыслях и поступках, и все, что делал и говорил Генри Монтроз, не давало пока что повода заподозрить его в исключительной низости. Воровство разве что, но это можно простить. Тем более сокровищницей он не соблазнился, значит, меру знает, это тоже немало. Из него получился бы неплохой вассал, усмехнулась принцесса. Очень даже неплохой!

– Стой!! – Генри вцепился в повод ее кобылы. – Не двигайся!

Девушка, очнувшись от размышлений, взглянула вперед. Псы жались к ногам лошадей, те прядали ушами и тревожно раздували ноздри, но Мария-Антония ничего не видела.

– Сиди в седле, – приказал Генри и спрыгнул наземь. – Не вздумай спешиться!

Мария-Антония не стала задавать вопросов – ему виднее, он знает, что может происходить в этих краях.

«Как жарко, – подумала она, глядя, как Генри осторожно пробирается вперед, чуть ли не каждую пядь под ногами рассматривая и едва ли не обнюхивая. – Ведь еще за полдень не перевалило! Почему такое пекло? Он сказал, будет жара, но чтобы такая…»

Монтроз замер с поднятой ногой, потом осторожно шагнул назад, уже не сторожась, добежал до лошадей, схватил их под уздцы, потянул вправо.

– Что случилось? – спросила девушка, утирая пот со лба.

– Потом скажу, – сквозь зубы ответил он.

Тяжелая, липкая какая-то жара, от которой мгновенно взмокла спина, рубашка промокла насквозь, вдруг отступила. Солнце припекало по-прежнему, вполне терпимо, подул легкий ветерок, высушил влажную ткань…

– Удачно обошли, – сказал Генри, вновь садясь верхом, посмотрел назад.

Мария-Антония тоже взглянула назад. Там над самой травой воздух словно бы плыл и подрагивал – так бывает в самую нестерпимую летнюю жару, но… вокруг-то ничего подобного не наблюдается!

– Территории, – пояснил Монтроз, проследив за ее взглядом. – Я ведь сказал, настоящей опасности ты даже заметить не сумеешь. Это так… мелочь еще. Влетели бы в нее на полном ходу, отделались бы ожогами. Ну, как если кипяток на себя вывернуть или вроде того… Если бы лошади не встали с перепугу, конечно, вот тогда сварились бы на месте. Это еще не самая мерзкая пакость, ее хоть звери чуют, да и разглядеть можно, – сказал он, – вот видишь, как воздух колеблется?

– Вижу, – кивнула она.

– Но если не знаешь, чего ожидать, не заметишь, – закончил мысль Генри и подхлестнул коня. – А бывает похуже. Если не повезет – увидишь. Вернее, увидишь, если повезет, а если нет…

Он не закончил мысль, но девушка поняла: Генри не шутил, когда говорил об опасности Территорий. Знать бы, с чем еще придется столкнуться, ведь путь предстоит неблизкий! Но Монтроз рассказать не мог, неважно у него было с искусством образного рассказа, вот показать – дело другое. Лишь бы не пришлось на себе показывать!

Но обратного пути не было. И никакого иного – тоже. Только вперед, на север, навстречу диким племенам и, должно быть, охотникам из «Черного дракона»…

7

– Что нового? – поинтересовался Ивэйн Хоуэлл, разглядывая брата. По лицу Рональда заметно было, что он недосыпает, но и только.

– Все то же, – пожал тот плечами и довольно улыбнулся. – Отряд идет с хорошей скоростью, пока никого не потеряли, только один мул захромал, но это ерунда. Еще пара недель, и они будут на месте.

– Сигнал перехватить не могли? – осведомился глава корпорации.

– Не могли, ибо его не было, – усмехнулся Рональд.

– Поясни, – потребовал тот.

– Старинные разработки подчас куда надежнее новинок, – ответил его близнец. – Я недаром кормлю стольких тоувов. Один мой затворник нашел очаровательную старинную штучку: послание превращают в птицу, которая дается в руки только адресату, а в ином случае рассыпается прахом. Недурно, а?