Наложница. Жизнь на цепи (СИ) - Совушкина Лия - Страница 40

— М-р-р-р? (А что было в прошлый раз?) — невинно мурлыкнула Сяомин, подходя к мужчине и потираясь о его плечо головой. Ей жизненно необходимо втереться ему в доверие, иначе доступа к гарему не видать как своих ушей.

— Перестань, — отпихивая большую черную голову от своего лица, попросил Юйлун. — Ты не должна в этот раз бросаться на гостя, иначе мне придется отправить тебя на псарню.

— М-р-р-р (Да ладно тебе, та наложница сама виновата) — мурлыча ответила Сяомин, припоминая как одна из незнакомых ей девиц убегала из покоев Повелителя, сверкая голой задницей. Не стоило ей начинать сюсюкаться с Сяомин, а тем более протягивать ручонки к черной шерсти.

— Я предупредил, — строго сказал мужчина, словно ставя точку в разговоре.

Откинув с лица черные пряди, он небрежно заправил их за ухо, открывая вид на идеальный профиль. Разложив перед собой пергаменты с указами, Юйлун погрузился в чтение бумаг. Сяомин же села рядом, ненавязчиво посматривая в документы. Ничего интересного, одна сплошная скукота из смеси прошений, указов и отчетов. Зевнув, пантера пошла в сторону кровати, легко запрыгивая на возвышение и устраиваясь поудобнее на мягком покрывале. Немного покрутившись, перевернувшись на спину, она всё же нашла самое удобное положение. Хоть в этом теле, но она полежит на этом месте, раз не смогла в прошлой жизни.

Сяомин вспомнила, как когда-то лежала рядом на полу, не смея лечь на эту кровать. Смотря новым взглядом на привычные вещи, она поражалась своему поведению. Возможно, в ней играла кошачья гордость, однако теперь ей было противно вспоминать свои унижения. По-другому и не назвать её жизнь в гареме. Череда постоянных унижений, поклонов и лести перед другими наложницами, что были выше её рангом. Даже мысль об этом вызывала дрожь в теле и глухое рычание. Никогда более она не станет перед кем-то на колени, ни в этой жизни, ни в последующих.

Прикрыв глаза, пантера начала строить последовательный план действий. Первым пунктом, самым важным на данный момент, было получения разрешения на свободное передвижение дворцовым комплексом. Только получив его, она сможет двигаться дальше, выискивая своего убийцу. Вздохнув, пантера признала, что это будет непростое расследование. Кто бы не был причастен к её смерти, он имел достаточно влияния и силы, чтобы убрать одну из высокоранговых наложниц. Ведь даже впав в немилость, Сяомин оставалась некогда любимой женщиной Повелителя. Её исчезновение должны были расследовать, проверяя слуг и окружение. Однако за этот месяц она ни разу не слышала о происшествиях в гареме, даже болтливые слуги держали рты закрытыми.

Посмотрев на сосредоточенного Юйлуна, пантера признала, что он по-прежнему привлекателен. Даже не так, он красив, как описывают богов, и вызывает желание даже сидя за столом в окружении бумаг. Она облизнулась, вспоминая насколько поджарое тело у мужчины, с тугими мышцами и нитями вен на холеных руках. Идеальный мужчина, который знает себе цену. Игривая мысль так и не покидала голову Сяомин, становясь всё более привлекательной в исполнении. Что будет, если она станет его наваждением? Ночным сном, дымкой, приходящей по ночам и терзающей при свете дня. Превратится в демона-искусителя, подобно Юйлуну в прошлом, и с лихвой отплатить за бессонные одинокие ночи.

Эта мысль настолько захватила разум Сяомин, что она больше не могла думать о другом. Потянувшись на кровати, она предвкушающее сверкнула золотыми глазами, смотря на мужчину неподалеку. Теперь то она сможет утолить свой голод, возникающий каждый раз при взгляде на него. И никто, даже он сам, не сможет помешать ей. Осталось лишь дождаться ночи, когда тьма опустится на дворец. Конечно, он упоминал какого-то гостя, но это не станет преградой. В этом дворце все боятся пантеру, что прибыла из Заповедного леса. Нет такого человека, который стоически выдержит её внимание и не сбежит, сверкая пятками.

***

К приходу этого гостя Сяомин не была готова. Она ждала кого угодно — наложницу, советника или даже Великого учителя, что не покидал своих владений в отдаленном дворце. Реальность оказалась совершенно непредсказуемой, приведя в покои Повелителя этого мужчину. Он склонился в глубоком поклоне, опуская голову и скрывая лицо короткими прядями черных волос. Массивная фигура, выдающая искусного воина, внушала трепет одним своим видом. Перевязь меча, сейчас пустая, приковывала взгляд простых слуг. Те быстро расставляли блюда на столике, приносили кувшины вина и нефритовые бокалы.

Юйлун расслабленно сидел, спокойно смотря на склонившегося гостя. Одетый в простое одеяние, без излишеств и помпезности, он напоминал обычного сановника. Когда объявили о прибытии гостя, Сяомин не поверила своим ушам. Даже спустя несколько минут, что она в немом изумлении рассматривала мужчину в доспехах, ей казалось, что это чья-то злая шутка. Не мог этот человек так спокойно стоять здесь, кланяясь с благородством вояки. Пантера даже протерла лапами глаза, воспользовавшись моментом, когда на неё никто не смотрел. Картинка не менялась, всё указывало на реальность происходящего.

— Приветствую, мой Повелитель, — громко произнес воин, чеканя слова.

— Подними голову, Чэнь Юншэн, — спокойно сказал Юйлун, окончательно выбивая дух из Сяомин. Пантера пошатнулась, глядя как медленно разгибается гость. — Присаживайся, испей вина, прежде чем мы начнем.

— Как прикажете, — отрешенно ответил Юншэн, проходя мимо застывшей пантеры и даже не глядя в её сторону. Сев напротив Повелителя, он легко взял нефритовый бокал и отсалютовал Юйлуну. — Тысячи лет жизни Повелителю.

Мужчины залпом выпили вино и аккуратно поставили бокалы на столик. Закусив мясной нарезкой, они на некоторое время замолчали. Сяомин медленно, едва переставляя дрожащие лапы, подошла ближе. Ей казалось, одно неверное движение и образ гостя развеется по ветру. Не доходя несколько шагов, она осторожно заглянула в лицо воина, наклоняя голову к плечу. Невероятно. Он почти не изменился, лишь глубокие тени залегли под карими глазами, да прибавилось седины на висках. Рано, слишком рано, она окрасила прекрасные черные волосы. Длинный шрам пересекал некогда красивое лицо, уродуя своими рваными краями.

— Р-р-р (Бр-рат) — тихо прорычала Сяомин, с трудом справляясь с собственным голосом.

Мужчина удивленно повернулся к пантере, приподнимая аккуратные брови. Скосив глаза на Повелителя, он сжал ладони в кулаки, словно пытался сдержаться от необдуманных действий. Сяомин видела, как правая рука Юншэна дернулась к пустой перевязи, замирая в нескольких сантиметрах от неё.

— Мой Повелитель, этот зверь… — хмуро начал Юншэн, отворачиваясь от пантеры. Он не видел, как заблестели золотые глаза, пристально скользящие по его лицу.

— Она безобидна, — хмыкнул Юйлун, разливая вино. С нечитаемым выражением лица, он кивнул в сторону груды металла, что некогда была цепями. — Больше цепь ей не нужна, главное не провоцировать. Ей, кажется, не нравятся прикосновения.

— Вы рискуете, — хмуро пробормотал вояка, смотря на своё отражение в стакане. Кашлянув, он неловко потёр пальцами шрам на лице. — По поводу расследования… мы зашли в тупик.

— Это плохо, — тяжело вздохнув, произнес Юйлун. Подняв стакан, он продолжил, глядя на пантеру: — Мне не нравится, что кто-то смеет распоряжаться моими вещами безнаказанно.

— Вещами? — дрогнувшим голосом переспросил Юншэн, крепко сжимая в ладони свой бокал с вином.

Сяомин прикрыла глаза, услышав слова Повелителя. Верно. Даже если речь не про неё, все в этом мире для этого мужчины — вещи. Только он имеет право распоряжаться ими без ограничений, в его руках вся власть в царстве. Глупо считать, что кто-то способен растопить ледяное сердце Юйлуна и превратится в значимого для него человека. Даже его собственный ребенок не смог заполучить кроху любви, не тронул струны души.

— Не придирайся к словам, — сказал Юйлун, усмехаясь и пристально наблюдая за мужчиной напротив. — Ты заслужил право находится подле меня, но не стоит забываться.