Нейтралы (СИ) - Артемьев Роман Г. - Страница 138

Есть и ещё одно соображение. У меня и так репутация среди других студентов неоднозначная. Если вдруг вы сообщите о находке официально, неизвестно, что взбредет в голову нашим доблестным аврорам. Министерство сейчас ведет себя не во всём адекватно.

- Ваши рассуждения логичны, мистер Стивенс, - кивнул Флитвик. – Хотя сомневаюсь, что они верны. Вряд ли создатель крестража жив и пребывает в здравом уме.

- Почему вы так думаете, сэр?

- Деградация при расколе души неизбежна. Крестраж, он же хоркрукс, изначально создавался в качестве испытания для учеников египетских магов-жрецов, претендующих на переход на более высокую ступень. Им подкидывали методику и смотрели, как они распорядятся полученными сведениями. Разглядел ловушку, догадался, где подвох – молодец, достоин нового звания. Не сумел – сначала превратишься в раба, потом умрешь. Египтяне активно практиковали человеческие жертвоприношения.

Впрочем, я отклонился. Маг, изготовивший крестраж, неизбежно сходит с ума. Процесс можно замедлить или даже полностью остановить, но не обратить вспять. К тому же сильные потрясения, эмоции разрушают контроль, а отслеживать своё состояние непрерывно не способен ни один окклюмент. Реально продержаться тридцать, ладно, сорок лет, потом процесс пойдёт по нарастающей.

Мысленно прикинув хронологию, я с Фливиком согласился. Вроде бы первый крестраж Неназываемый создал ещё в школе, в начале сороковых. Он великий окклюмент, но и биография у него бурная, и душа нарезана больше, чем на два куска. Крышей он потек в конце первой войны, то есть тридцать пять – сорок лет как раз и выходит.

- Тем не менее, профессор – мне совершенно не нужна популярность такого рода. Неизвестно, чем она может обернуться, особенно на фоне политических событий.

- Вы демонстрируете редкую для своего возраста разумность, мистер Стивенс, - покивал Флитвик. – Что же, если больше вам показать и сообщить нечего…? Тогда предлагаю покинуть это место. У меня внезапно появилось много незапланированной работы.

- С вашего позволения, сэр – что вы намерены делать теперь?

- Для начала поставлю в известность коллег, потом посмотрим. Если диадема окажется подлинной, попробуем найти способ очистить её от лишнего. Всё-таки реликвия Основательницы Рейвенкло!

- Разве осколок реально удалить из предмета? Мне казалось, это невозможно.

- Невозможного в магии не существует, мистер Стивенс. Я тоже не читал об успешных попытках, но я никогда не увлекался темными искусствами, поэтому имеет смысл посоветоваться со специалистами. Они, как вы понимаете, о тонкостях своего ремесла не распространяются.

Меня будто током дернуло. Кажется, я сотворил большую глупость.

С кем пойдёт советоваться Флитвик, кто в школе лучший спец по черноте? Профессор Северус Тобиас Снейп! Который вполне официально батрачит на обе стороны текущего конфликта и регулярно отчитывается Неназываемому о школьных новостях. Как поступит Темный Лорд, услышав, что его крестраж попал в руки профессоров? Фантазия буксует, но ничего хорошего точно.

- Могу я обратиться с просьбой, декан?

Палево, конечно. Но лучше пусть подозревает, что я о чем-то умолчал, чем подставляется сам и подставляет всех.

- Слушаю вас, мистер Стивенс.

- Мне кажется, не стоит привлекать профессора Снейпа к исследованию. Понятия не имею о его истинной роли, подозреваю, он сам вряд ли скажет, на кого работает. Просто через него информация может утечь Неназываемому, а тому, уверен, совершенно незачем знать о внутренних делах нашего Дома.

Взгляд Флитвика кольнул остротой.

- Вот как? – мы в молчании подошли к дверям, и только там он продолжил. – Профессор Снейп на чрезвычайно высоком уровне разбирается в темных искусствах. С другой стороны, его уровень занятости и без того высок. Я подумаю, мистер Стивенс.

- Благодарю, профессор.

Будем надеяться на лучшее. В конце концов, имя создателя крестража точно неизвестно. В книгах Роулинг им посчитали Неназываемого, только это ещё бабушка надвое сказала. Канон вообще все события сводил к противостоянию Мальчика и Лорда. У нас же – реальный мир, темных магов соответствующей квалификации всяко больше одного, так что запихнуть кусок души в диадему мог кто угодно.

Вряд ли Томас Риддл является первым магом, посчитавшим легендарный артефакт достойным стать вместилищем его частицы. Самомнение у темных ого-го, по прадеду знаю. Правда, поиски диадемы не увенчались успехом, поэтому некто изготовил точную копию и спрятал её в школе. Позднее её нашли домовики и, повинуясь своей причудливой логике, закинули на склад. Диадема ведь не фонит; пока её не начинаешь всерьёз проверять, она кажется простым слабо зачарованным украшением. Возможная версия? Да, вполне.

В конце января сбылось обещание Грейнджер. Газеты запестрели сообщениями о пересмотре дела Сириуса Блэка, на специальном заседании Визенгамота сидельца торжественно оправдали, полностью реабилитировали и назначили компенсацию. Должен признать, Министерство выжало из процесса весь возможный пиар. Косяки свалили на покойного Крауча, населению напомнили о Блэках, о том, что теперь наследник древнего рода на правильной стороне. Лендлордов-аристократов поманили морковкой, показали готовность к диалогу и уровень допустимых преференций. Благодаря Сириусу возник повод для пересмотра и других дел, что в условиях политической нестабильности открывает просто безбрежные возможности.

В другое время газетная трескотня долго служила бы источником школьных пересудов. Сейчас, увы, хватало других поводов для волнений. Вылазки Пожирателей проходили успешно, количество некрологов не уменьшалось, дети беспокоились о своих близких. Гражданская война тем и ужасна, что затрагивает всех. Даже отшельники, сторонящиеся магического общества и живущие обычаями тысячелетней давности, не застрахованы от случайности. Оказаться между сводящими счеты группировками может каждый.

В начале февраля мы наконец-то приступили к изучению аппарации. Умение полезное, сложное, статусное. Применяют его потому, что существующие аналоги опаснее. «Туманные тропы» иногда заводят идущих по ним путников в странные места, где местная живность с удовольствием закусит свежим мясцом; порталы труднее изготовить, они менее мобильны; духов с подходящими способностями подчинять в Британии не умеют. С потусторонними сущностями вообще лучше не связываться, капризные они.

Недостатки у аппарации терпимы и хорошо известны. Во-первых, ограниченность расстояния. Переместиться из Лондона в Шотландию намного сложнее, чем из Лондона в предместья. Силенок не хватает. А уж аппарировать сквозь барьеры или через большое водное пространство – вовсе занятие для суицидников. Во-вторых, опасность расщепа. Должный уровень сосредоточения доступен не всем, отдельные творческие личности из-за плохого контроля тела и магии перекидывают себя частями, забывая кое-что в точке отправления. У изучающих окклюменцию проблем не возникает. В-третьих, для перемещения нужна палочка. На короткие дистанции можно прыгнуть и без неё, хотя рискуют немногие – слишком сильные нагрузки на тонкое тело, при неудаче легко остаться сквибом.

Достоинств у аппарации намного больше, изучать её стоит. Тем более в тепличных условиях Хогвартса, под надзором замковых чар, в присутствии опытных колдомедиков и под руководством столь же опытного инструктора. Уилки Твайкросс учил ещё родителей моих сокурсников. Волшебник он не особо сильный, просто талант у человека к работе с пространством. Короче говоря, двенадцать галлеонов за курс – совершенно мизерная плата за столь шикарные условия.

На занятия ходили практически все шестикурсники. В Хогвартсе после сдачи СОВ почти нет тех, кто не потянет аппарацию по силе – всё ж таки элитная школа. Есть те, кто не потянет по уму, но даже их Твайкросс основам научит. Используемые им на уроках артефакты сильно помогают на начальных этапах, с ними даже полный тупица додумается, что и как делать. Они же уберегут от серьёзных ошибок, впрочем, не спасая от мелких.