Гнев короля демонов - Фейст (Фэйст) Рэймонд Элиас - Страница 118

— Вы отвечаете за крепость, и это ваше право, но я собираюсь руководить сражением отсюда.

Манфред поклонился.

— Ваше высочество.

Принц обратился к Эрику:

— Эрик, отправляйтесь на север и проверьте там укрепления. Если юг так слаб, как я опасаюсь, нам нужно убедиться, что нет брешей на севере. — Он посмотрел Эрику в глаза и добавил:

— Пока вас не отзовут, защищайтесь до последнего человека.

— Я понимаю, — кивнул Эрик и, не дожидаясь дальнейших указаний, поспешил прочь из комнаты, выбежал во двор, вскочил на коня и ускакал.

Часом позже он ехал по одной из недавно построенных дорог, проложенной по восточному склону гор на десять ярдов ниже линии хребта. На пиках гор были видны оборонительные сооружения, и Эрик мог бы доложить, что люди готовы к битве. Она еще не началась, но враг уже был близок.

Эрик скакал во весь опор и по пути осматривал каждый фут горного хребта над головой.

Протяженность фронта была около ста миль, приблизительно по пятьдесят миль с каждой стороны от Даркмура, но северный командный пост находился всего в двадцати милях к северу от города. Уже в полдень Эрик был там.

Джедоу Шати с несчастным видом стоял у маленькой командирской палатки. Рядом с ним Эрик увидел невысокого человека в плаще с гербом Лориэля. Когда Эрик спешился, Джедоу сказал:

— Дружище, хорошо, что ты здесь.

Отдавая поводья подбежавшему солдату, Эрик спросил:

— Что хорошего?

Джедоу кивком указал на невысокого человека. У того было широкое лицо, коротко стриженные седые волосы и квадратная челюсть. Человек посмотрел на Эрика:

— Во имя дьявола, кто вы такой?

Тут Эрик сообразил, что на нем по-прежнему голубая рубашка и лимонные панталоны. Свой мундир он второпях оставил в замке. Смерив взглядом коротышку, Эрик сказал:

— Я ваш командир. А кто, во имя дьявола, вы такой?

Человек заморгал.

— Я — граф Лориэль! — И спросил тоном ниже:

— А вы?

— Фон Даркмур, рыцарь-капитан особого отряда принца Крондорского. Направлен командовать северным флангом.

— Ну, это мы еще посмотрим, — с вызовом сказал коротышка. Лицо его начало багроветь. — Я приносил вассальную присягу герцогу Джайбона и подчиняюсь лишь принцу Крондорскому, а все эти особые отряды и сопляки-офицеры мне уже поперек горла! Я немедленно отправляюсь в Даркмур, чтобы лично поговорить с принцем.

— Милорд, — тихо, но твердо сказал Эрик.

— Что?

— Счастливого пути.

Коротышка уехал, а Джедоу засмеялся.

— Дружище, этот малыш доставил мне столько же радости, сколько чирей на заднице. Надеюсь, он проездит целый месяц.

— Ну, учитывая настроение, в котором пребывал наш принц, когда я уехал, подозреваю, что его милость не встретит в замке сочувствия. Ладно, как тут у вас обстановка?

— Насколько я могу судить, у нас примерно шесть полностью укомплектованных рот к северу отсюда. Среди этих мальчиков есть тертые парни, которые весь последний месяц воевали на северном фронте, но есть и свежее пополнение, так что в целом мы в хорошей форме. Плохо то, что нам предстоит встретиться с Дуко.

— Я о нем слышал. Что нам известно?

— Не много. В основном слухи. Кое-что мы узнали от пленных. Он умен, он выжил там, где не выжили другие, например, Гэйпи, и по-прежнему способен командовать большим количеством войск. Дружище, я не знаю. Но спросишь моего мнения, он у них лучший после Фейдавы.

— Ну что ж, — сказал Эрик, — значит, у нас есть работенка.

Джедоу ухмыльнулся.

— Вся прелесть в том, что мы там, где хотели бы стоять они, а они — не там.

— У тебя есть прекрасная возможность отличиться, — заметил Эрик.

— Какие будут указания? — спросил Джедоу.

— Простые. Убивать любого, кто полезет на склон.

— Люблю простоту, — сказал бывший наемник из Долины Грез. — Надоело уже пятиться назад.

— Больше не придется, — сказал Эрик. — Если мы начнем пятиться отсюда, то проиграем.

— Хорошо, — кивнул Джедоу. — Значит, надо твердо знать, что мы никуда не отступаем.

— Лучше не скажешь, — согласился Эрик.

Пропела труба, и Джедоу сказал:

— Похоже, они идут.

Эрик обнажил меч.

— Пойдем поприветствуем.

Когда они поднялись гребень хребта, Эрик спросил:

— Кто еще на этом фланге?

— Твой старый приятель Альфред. Он получил роту и находится севернее. Потом стоят Харпер и Джером, на краю фланга. Тернер с юга от нас, за ним — Фрэйзер, а дальше уже армия принца в городе.

Эрик улыбнулся.

— Как можно проиграть с такими сержантами?

Джедоу ответил ухмылкой:

— И правда, как?

Глядя вниз вдоль западного склона, Эрик сказал:

— Сколько людей придется положить ради каких-то двадцати ярдов грязи.

— Это точно, — кивнул Джедоу. — Но если то, что говорил нам капитан Кэлис про это суку в Новиндусе, правда, то это очень важные двадцать ярдов.

— Ты прав. — Эрик обернулся и посмотрел на людей, поднимающихся к нему по склону. Лучники начали стрелять, и Эрик почувствовал, как напряглись все его мышцы в ожидании первого противника. Внезапно словно из-под земли на него хлынуло целое море врагов. Эрик взмахнул мечом.

Пуг нахмурился.

— Открыть Камень Жизни? Как ты собираешься это сделать?

— Что это значит? — спросил Томас, поглядев на сына. — Выпустить валхеру?

Кэлис покачал головой и вздохнул, словно очень устал.

— Пожалуй, я не могу ответить ни на один из этих вопросов. Я не знаю, как освободить силы, сокрытые в этом камне. — Он указал на мерцающий изумруд, из которого торчал золотой меч. — Я только знаю, что, как только я начну, я должен суметь управлять его энергией.

— Откуда ты это знаешь? — спросил Накор.

Кэлис улыбнулся ему и сказал:

— Как ты любишь говорить: «Я просто знаю». Но коли я начну, я могу уже не остановиться, поэтому мне надо твердо знать, что я действую правильно. — Он указал на камень. — Это ни в коем случае нельзя было создавать.

Томас потер подбородок.

— Ашен-Шугар говорил Дракон-Корину примерно то же самое.

— Это и вызвало Войны Хаоса, — сказал Накор.

Все дружно посмотрели на него. Томас спросил:

— Откуда у тебя такая уверенность?

— А ты подумай. У тебя же есть память валхеру. Почему был создан Камень Жизни?

Томас мысленно обратился к прошлому, вспоминая то, что он впервые пережил пятьдесят лет назад, но сами воспоминания принадлежали существу, которое уже несколько столетий было мертво. Внезапно он вспомнил.

Раздался зов. Ашен-Шугар сидел один в своем зале, глубоко в толще гор. Его скакун, золотой дракон Шуруга, спал, свернувшись калачиком под огромной вертикальной шахтой, через которую он поднимался в небо Мидкемии.

Это был странный зов, не похожий на те, что он слышал прежде. Это был клич, но не тот, которым Повелители Дракона созывают друг друга, чтобы полететь в далекие миры на грабежи и разбой. Сидя в своем зале, Ашен-Шугар изменился, когда в его мысли откуда-то издалека вклинилось существо по имени Томас. По своей природе он должен был воспринять это как произвол, рассвирепеть в ответ на присутствие в его сознании постороннего, однако Томас казался такой же естественной и неотъемлемой его частью, как левая рука.

Мысленным приказом он разбудил Шуругу и вскочил ему на спину. Дракон подпрыгнул вверх и, взмахнув мощными крыльями, взвился в небо. Они направлялись туда, где высилось владение Повелителя Орлиных Просторов.

Они летели на восток над горами, которые потом будут называться Серыми Башнями, потом над массивом гор Каластиус, к широкой равнине, где собиралось его племя. Он прибыл последним.

Он развернул Шуругу и приказал ему спуститься. Все валхеру ждали, пока к ним не присоединится самый могущественный сородич. В центре круга стоял Дракен-Корин, в великолепной черно-оранжевой броне. Он называл себя Повелителем Тигров. Два его тигра, обученные с помощью магии ходить на задних лапах и говорить, стояли по обе стороны от своего хозяина, скрестив на груди мощные передние лапы, и рычали. Повелитель Орлиных Просторов не обращал на них внимания, поскольку, несмотря на грозный вид, эти твари не представляли никакой опасности для валхеру.