Безмятежный лотос 4 (СИ) - Го Алекс - Страница 47

Цун-Цун почувствовал, что потеет, несмотря на то, что был лишь ментальной проекцией в пространстве снов. Он знал, как Вика любила своего ручного монстра, и определенно не хотел быть тем, кто передаст ей дурные вести, особенно с учетом того, что это он сам и надоумил демона на опасную авантюру. Сунлинь был бы и рад соврать, только вот они с попаданкой слишком хорошо друг друга знали.

… Когда на следующее утро Цун-Цун проснулся, над его головой сияла тройная радуга, а во все стороны рассыпались разноцветные искры настолько яркие, что это было немного похоже на фейерверк. Поэтому никто не усомнился в его рассказе про то, что ему ночью явилось божество. Единственное, чего не могли понять люди, это почему он выглядит мрачнее тучи после столь радостного события.

Еще один феникс

— Цзе Минь, что это за уродина с тобой?! — Вика едва не подпрыгнула, услышав рядом слегка визгливое восклицание.

За последние месяцы она окончательно обжилась в новом мире и как-то уже отвыкла от такого отношения. С коллегами она установила положительные отношения, поддерживая их шкалы заполненными примерно на треть, так что на работе все было нормально. А за ее пределами попаданка практически ни с кем не общалась, если не считать редкие походы в магазин, чтобы полюбоваться на одежду и в очередной раз прицениться. Молитвы верующих понемногу копились, да и жалование добавилось, хотя его и выдавали всего лишь раз в три месяца. Поэтому нужная сумма уже почти набралась, и оставалось только определиться с моделью платья.

Продавцы в общении вели себя довольно профессионально, а вот прочие прохожие смотрели весьма недоброжелательно, но сразу с двумя богами войны связываться не рисковали, ведь Вика никуда без Синченя не ходила. Он мало в чем мог помочь при выборе одежды, потому что еще не отвык быть мечом, и будь его воля, запросто ходил бы голым. Но о существовании приличий он все-таки знал, поэтому даже не заикался о подобном. А еще он тоже, как и попаданка, терпеть не мог многослойные одеяния, считая их бессмысленной тратой времени.

Одним словом, Вика совершенно не ожидала, что кто-то вдруг начнет ее оскорблять, причем не за то, что она тут на Небеса "понаехала" и местным обитателям одним своим видом жить мешает, а за внешность. Себя-то она считала сногсшибательной красоткой, так что на внезапный наезд не обиделась, а просто удивилась. Она с Цзе Минем как раз обсуждала недавно доставленную из хранилища новую партию книг, которые надо было рассортировать, и вдруг в кабинет старейшины без стука вломилась какая-то девица, прямо с порога начав сыпать оскорблениями.

Неожиданная посетительница была одета в роскошное развевающееся на несуществующем ветру платье и множество драгоценностей. Красные волосы и золотистые глаза выдавали ее принадлежность к роду фениксов, и от одного взгляда на нее у Вики фантомно заныло все тело при воспоминании о недавней смерти в данже.

Клан фениксов правил на юге, и, судя по отсутствию перьев в прическе, эта девица явно принадлежала к главной его ветви. У небесных созданий считалось, что чем меньше у птичьих черт в облике, тем выше ранг, и раз уж эта небожительница еще и так бесцеремонно вломилась в библиотеку, то положение у нее явно не из низких.

А ведь местные боги знаний — это не ботаники с земли, они на Небесах пользовались немалым уважением. Благодаря доступу к самым редким книгам они могли так проклясть обидчиков, что мало никому не покажется. Правда, подобные книги хранились в запретных секциях, доступ в которые был только у старейшин, и Вике пока такое не светило. Поэтому она даже не стала возмущаться на оскорбления, раз уж остальные библиотекари не посмели задержать эту девицу на пути сюда.

— Молодая госпожа Ши, — мрачно произнес Цзе Минь, — я уже много раз просил вас не цепляться к моим сотрудникам.

Судя по тому, с каким напряженным лицом говорил старейшина, он тоже не имел права высказать этой девице все, что о ней думает. Жестом показав Вике, что можно уходить, Цзе Минь больше даже и не глянул в ее сторону, сосредоточив все внимание на молодой госпоже. При этом вид у него был такой, будто он едва сдерживается, лишь бы не придушить ее. Однако девица, кажется, этого вообще не замечала, и щебетала так радостно, словно пришла на свидание.

Когда Вика отошла от кабинета, ее знаками поманила к себе одна из коллег, показавшаяся между рядами книжных шкафов.

— Как же тебе не повезло, — запричитала она, как только они оказались достаточно далеко, и в кабинете их уже нельзя было услышать. — Это же была Ши Линцю!

— Да в чем дело-то? — не выдержала попаданка. — Я вообще не понимаю, что происходит.

— Эта Линцю — вторая дочь верховного судьи. Она творит вообще все, что ей только в голову взбредет. Однажды Цзе Минь случайно ей помог, и она с тех пор решила, что влюблена в него. Уже триста лет его преследует, все никак не угомонится. А старейшине приходится терпеть эту выскочку, потому что, сама понимаешь, без последствий отвергнуть дочку судьи не выйдет.

— Триста лет?! — поразилась Вика. — И до нее все никак не дойдет, что пора бы уже сдаться?

— Ее так сильно избаловали, что она вообще не прислушивается к словам других людей. Боюсь, если бы Цзе Минь ей в лицо сказал, что ненавидит ее, она бы даже это проигнорировала и продолжила к нему липнуть. Но ладно бы только это! Стоит ей подумать, что у нее появилась соперница, как эту несчастную ждет незавидная участь. Знаешь, почему у нас в библиотеке всегда есть свободные вакансии? Потому что эта бешеная курица уже семнадцать сотрудников убила! Просто увидела, как они с Цзе Минем разговаривали, и решила, что надо их за это наказать

— Ты шутишь? — потрясенно спросила Вика.

— Если бы! Ума не приложу, как тебя теперь от нее защитить. На территории библиотеки она вряд ли что-то сделает, а вот за ее пределами — запросто.

— Да быть такого не может. Она правда может просто взять и убить библиотекаря посреди улицы?

— Да! Такое уже не раз случалось. Старейшины пытались призвать Ши Линцю к ответу, но улики исчезали, а свидетели умирали или пропадали без вести. Дело даже до суда не доходило, потому что у ее отца слишком много связей.

— И что мне теперь делать?

— Не знаю. У этой Линцю хватает мозгов не связываться с теми, у кого есть могущественные покровители, вот и сейчас она сразу поняла, что тебе не к кому обратиться за помощью.

Вике поначалу как-то не верилось, что она действительно вляпалась в смертельную опасность на ровном месте, но ее коллеги, среди которых быстро распространилась весть о визите Ши Линцю, начали смотреть на нее так, будто она уже при смерти. Когда пару часов спустя Цзе Миню наконец-то удалось выпроводить молодую госпожу из библиотеки, попаданка тут же поспешила к нему. Она надеялась, что тот развеет ее опасения, но старейшина был необычайно мрачным. С ним отношения у Вики были выше, чем со всеми остальными — шкала была заполнена примерно на половину, поэтому он так сильно за нее переживал. Он и до этого пытался защищать своих сотрудников от сумасшедшей девицы, но так и не сумел спасти ни одного из них. Линцю оказалась на диво мстительной и злопамятной, она не отставала, даже если ей требовалась пара десятилетий на то, чтобы расправиться с мнимым обидчиком. Цзе Минь перепробовал уже все, что мог, но ничего не сработало. Наверное, только Нефритовый Император мог бы успокоить эту злобную фурию, но какое дело владыке до судьбы простого библиотекаря.

— Не покидай пока пределы библиотеки, — настоятельно произнес старейшина. — Я попробую кое-что сделать, но это может занять много времени.

Вике только и оставалось, что согласиться. Однако вечером, вернувшись в свою тесную комнатку, она поняла, что это будет сложнее, чем ей представлялось. Они с Синченем уже привыкли к активному отдыху по вечерам, и тело буквально требовало движения. Только вот занять его было нечем — на ночь залы с книгами запечатывали, и во всей библиотеке свободными для передвижения оставались лишь несколько коридоров.