Невеста. Последнее задание Энди (СИ) - Серебрянская Виктория - Страница 14

Едва мы только расположились за отдельным столиком, а я набрала полную ложку одуряюще пахнущей похлебки, как у меня над ухом раздалось вкрадчивое:

–  Дамы, добрый день!

Слава всем богам космоса, рука моя не дрогнула. И я сумела совершенно невозмутимо донести ложку до рта. Дарси по моему примеру решительно приступила к расправе над своей порцией, сумрачно поглядывая изподлобья то на меня, то на подкравшегося к нам старшего помощника капитана. И признавая за мной право самостоятельно разбираться с Вилсоном. Я заговорила только после того, как прожевала и проглотила пищу.

– Здравствуйте, Грегори. – Да, я восполнила пробел в памяти, заглянув в досье старпома. – Хотите составить нам компанию?

–  Я уже пообедал. Но с удовольствием с вами посижу. – Я улыбнулась. – А то с завтрашнего дня в вашу сторону нельзя будет даже смотреть.

Вилсон развязно мне подмигнул. А я внутренне содрогнулась. Почему-то поведение Грегори Вилсона настораживало меня и вызывало некую брезгливость. Из головы никак не шла наша незапланированная встреча у кают невест.

- К сожалению, да. Служба есть служба. У меня появилось задание, которое я обязана выполнить.

Вилсон широко улыбнулся, демонстрируя роскошный оскал молодого волка:

– Но ведь на службе мы только в рабочее время. А в свое личное вполне можем встретиться и отлично провести время! Что скажете, Андреа?

У меня внутри мгновенно все слиплось в тошнотворный ледяной ком. Он шутит так неудачно, да? Не может быть, чтобы не понимал всех рисков. Или взаправду такой дурак? Но как тогда умудрился дослужится до такой высокой должности?

–  Грегори, вы же не можете не понимать, - я очень осторожно подбирала слова, - что на этом задании у меня не будет ни выходных, ни личного времени.

– А почему? Скажете аргольцам: у меня сегодня выходной! Встретимся завтра.  – Грегори снова подмигнул.

А у меня отлегло от сердца. Шутит. По-дурацки, пошловато, но шутит. Я улыбнулась уже вполне искренне:

–  Грегори, я оценила ваш юмор. Но сомневаюсь, что его оценят аргольцы. И поэтому с завтрашнего утра надеюсь на ваше благоразумие.

Старпом скорчил рожицу и печально вздохнул:

– Вот чего-чего, а благоразумия у меня и нет. – И первый помощник рассмеялся, показывая, что он не серьезен.

Я не сдержалась и покачала головой. Все же Вилсон ведет себя очень странно.

Мы поболтали еще немного ни о чем. Вспоминали Землю и оставленных родных. Вилсон несколько раз плосковато пошутил на счет невест и аргольцев. Под этот безобидный треп и промелькнул мой обеденный перерыв. Пора было возвращаться к передаче дел.

Дарси первая встала из-за стола. Я еще торопливо дожевывала булочку, когда Вилсон склонился ко мне и, взяв за руку, горячо прошептал:

– Андреа, вы – шикарная женщина! Мне так безумно жаль, что я вас так поздно встретил. Чертово задание! Я понимаю, что вы не можете махнуть на него рукой. Как и не станете нарушать правила и встречаться со мною украдкой. Но я терпеливый. Я подожду. Только обещайте, что потом, по возвращении на Землю, мы обязательно встретимся. И проведем вечер только вдвоем. Клянусь, я вас не разочарую! Только пообещайте!

Наверное, это было какое-то наваждение. Или гипноз. Или я настолько была ошарашена лихорадочным блеском его глаз и его горячечным шепотом, что просто бездумно кивнула. Хватка на моей руке мгновенно ослабла. Грегори улыбнулся почти счастливо. Воровато оглянулся по сторонам и быстро поднес к губам мои пальцы. Движение было настолько молниеносным, что я даже не подумала сопротивляться, ощутив прикосновение чужих губ к коже.

Грегори отпустил осторожно мою кисть, выпрямился и с серьезной миной на лице пошел на выход. А я в ступоре смотрела ему вслед. Что это было? У меня был небольшой опыт по части амурных дел. Потому что солдаты редко умеют красиво ухаживать.  Даже бывший на меня так никогда не смотрел. Возможно, именно поэтому я и находилась сейчас в полном смятении. И даже позорно вздрогнула, когда позади меня прозвучало ворчливое:

– И что он от тебя хотел?

Я не сразу смогла подобрать слова для ответа. Наверное, поэтому Дарси удивленно вскинула брови, услышав мое блеяние:

– Да так. Ничего в общем.

И почему я промолчала? Ничего не рассказала помощнице? Дарси еще несколько секунд буравила меня взглядом. А потом пробурчала:

– Не нравится он мне. Мутный какой-то. Ты бы с ним поосторожнее.

Я, уже начавшая вставать со стула, плюхнулась обратно, во все глаза глядя на помощницу:

– Дарси, ты о чем? У меня задание! Я с завтрашнего дня даже с тобой видеться нормально не смогу!

Дарси вздохнула:

– Извини. Считай, это были мысли вслух. Я не сомневаюсь в твоем благоразумии. Наверное, у меня просто нервы на пределе. Вот и ляпнула вслух.

Я только головой покачала.

Остаток дня пролетел, как одна минута. Закончив с помощницей, я долго беседовала с Наташей. Мы даже поужинали вместе в ее каюте. Оказалось, что у ничем не примечательной девушки Ани в жизни было очень много разнообразных событий, о которых мне следовало знать. И если бы не моя тренированная память, мне бы пришлось очень туго. Но я и так возвращалась в свою каюту с головой, опухшей от массы новой информации. И предвкушая, как сейчас завалюсь отдыхать. Ведь официально теперь всем заведовала Дарси. Меня теперь ночью могут разбудить только если будет что-то совсем уж из ряда вон выходящее.

На пороге каюты меня поймал сигнал входящего сообщения. Это папа прислал обещанные файлы. Я едва не застонала. Но делать нечего. Начала читать. Хотя бы досье невест нужно изучить. Хватит уже сюрпризов.

Двадцать досье заняли у меня почти четыре часа. Да, я не поленилась пробежаться даже по досье погибшей Анны Клевцовой. Информация в общем совпадала с той, что я уже получила от Наташи Мазур. Но, естественно, нигде не было указано, что они подруги детства.

Из остальных восемнадцати девушек двенадцать принадлежали к таким известным фамилиям, что я озадаченно крякнула и в замешательстве почесала в затылке – давний жест, перенятый у одного из преподавателей академии. За него меня убивала аристократка-мама. И я долго его из себя изживала. Но в минуты крайней растерянности все равно забывалась и портила себе прическу самым неподобающим образом. Вот и сейчас, увидев имя Юлия Новак и приписку рукой отца, я на некоторое время впала в ступор.

Юлия Новак, восемнадцатилетняя темноглазая и темноволосая красавица, была незаконной дочерью президента Польши. При чем, это шило вылезло из мешка уже после инаугурации президента. Скандал был знатный. Я не разбираюсь в политике, но точно знаю, что рейтинги президента мгновенно рухнули. И, как мне кажется, Ян Новак может даже не надеяться на переизбрание на новый срок. Но откреститься от девушки он уже не смог – ее ушлая мамаша обнародовала результаты генетической экспертизы. Новаку пришлось смирится, и принять «дочь» в семью.  Президент на весь мир торжественно обещал позаботиться о ее будущем. Угу. Позаботился.

Я в некотором ступоре листала страницы, понимая, что у меня тут, как минимум десять поломанных судеб. Та же красавица Юлия вряд ли добровольно отправилась невестой к неведомым аргольцам. Это означало, что от девушек-невест можно ожидать всего, чего угодно. Остается только надеяться, что до суицида дело не дойдет.

Перелистнув последнюю страницу последнего досье невест, я устало потерла глаза. Часы беспристрастно показывали половину первого ночи. Надо ложиться спать. А то мое задание медленно, но верно из разряда «томное дефиле» переквалифицируется в «прогулку по террариуму с ядовитыми змеями». Укус если и не убьет, то из строя выведет надолго.

Утром я проснулась совершенно разбитой. Болела не только голова, но и все тело. К сожалению, для меня это была обычная реакция на стресс. Если нервное напряжение не отпускало меня сутки или более, то в итоге я превращалась в двухсотлетнюю развалину. Хотя, почему двухсотлетнюю? Я усмехнулась глупости, пришедшей в голову.