Тайная жизнь Джейн. Призрак - Черненькая Яна - Страница 17

– Пятьсот кингов, и должно быть готово через три часа, – произнесла она, высокомерно глядя на ошарашенного мужчину. – Или мне зайти к Парсонсу?

Удивление сменилось задумчивостью, а затем настало время крайней деловитости. Еще бы, платье даже за сто кингов считалось очень дорогим, что и говорить о пяти сотнях.

– Дороти! Дороти! – крикнул управляющий.

Из мастерской вышла дородная женщина лет пятидесяти.

– Дороти, леди нужно бальное платье. Через три часа.

– Но… – Дама замолчала, увидев суровое и непреклонное лицо начальства.

– Через три часа все должно быть готово! – с нажимом повторил мужчина.

– Мы могли бы использовать заготовку, сделанную для леди Эшли, – спохватилась женщина. – У мисс похожая фигура, разве только в талии тоньше и сверху поизящней, но мы ушьем. Если цвет устроит…

Джейн провели в мастерскую. На манекен была надета заготовка платья из светло-серого майсурского шелка. Похоже, заказчица следила за модой, поэтому наряд во всем соответствовал последним веяниям, а заодно личным предпочтениям мисс Стэнли – никаких громоздких юбок и турнюров, свободно ниспадающая ткань… но какая ткань.

– Отлично. Цвет подойдет. А сверху нужно еще что-то… дайте подумать. – Джейн вышла обратно в торговый зал и походила вдоль рядов, разглядывая выложенный на прилавках товар. – Вот это, пожалуй, подойдет. – Она указала на два рулона тончайшего свизрийского кружева темно-синего и серебряного цветов. – И стеклярус.

– Леди придется долго стоять…

– Ничего, я справлюсь. Приступайте.

Они прошли в швейную мастерскую, и работа закипела. Отложив в сторону все свои дела, десять мастеров приступили к выполнению срочного заказа. Подгонку делали прямо на клиентке. Уколы булавками порой оказывались весьма чувствительными, но Джейн не боялась боли. Она хотела получить платье. И хотела быть красивой сегодня на маскараде – для себя самой. Потому что этого желала мертвая Фрэнни, спящая в глубине ее души. Мертвая принцесса хотела вспомнить свою утраченную жизнь.

Во время прогулки по пассажу артефакт был на девушке, но она не активировала его – мисс Стэнли берегла силы на вечер и решила, что вуали, прически и легкого макияжа более чем достаточно, дабы ее случайно не узнал кто-нибудь из знакомых графа Сеймурского. Тем не менее бархатное колье с кристаллом украшало ее шею. Одно прикосновение – и внешность изменится. А швеи… не те это люди, чтобы узнать в богатой посетительнице самого графа Сеймурского.

Заправлявшая процессом Дороти не забывала об удобстве клиентки. Она отвешивала комплименты, переставляла тяжелое зеркало так, чтобы Джейн видела изменения в наряде, во время кратких перерывов приносила чай, крошечные сэндвичи и булочки, печенье и джем – словом, как могла, облегчала ее жизнь. И все-таки время тянулось слишком медленно. Ноги затекли и болели, и Джейн пользовалась любой возможностью облокотиться о спинку рядом стоящего стула или хотя бы на минуту присесть. Уколы булавок во время примерок вызывали раздражение. На какое-то мгновение Джейн даже подумала, что переоценила собственные силы, но, взглянув на свое отражение, переменила мнение – из серебряной глубины зазеркалья на мисс Стэнли смотрела взрослая леди Франческа Гвиневра Кавендиш. Черные волосы, собранные в строгий узел, подчеркивали аристократичную бледность кожи, а темно-синие глаза так сильно напоминали глаза матери, что становилось страшно. Да. Ради этого стоило немного потерпеть. И где-то в самой глубине души шевельнулось сожаление – как жаль, что Ричард ее не увидит.

После того как бальное платье было готово, мисс Стэнли помогли подобрать сумочку, туфли и веер. А управляющий, мистер Дуглас, оказался столь любезен, что пригласил парикмахера, ведь леди нуждалась и в прическе.

Они уложились в три часа. Поглядев напоследок в зеркало, Джейн улыбнулась – сегодня мисс Стэнли будет работать, а Фрэнни – вспоминать жизнь. Этот вечер они обе запомнят надолго.

Водитель графа Сеймурского в назначенное время ждал Джейн у выхода из пассажа. Экипаж доставил ее к герцогскому дворцу, куда со всех концов Ландерина стекались юные отпрыски благородных и богатых семейств. Ежегодный маскарад был тем самым мероприятием, куда молодые леди могли явиться без сопровождения матерей. Праздник юности, где все обращались друг к другу по именам, где редко звучали титулы и где все разговаривали и знакомились без лишних церемоний. Идеальное место, чтобы узнать сплетни. Идеальное место, где можно скрыться за маской, не привлекая к себе внимания.

Мисс Стэнли сегодня была весьма общительна, расточала улыбки направо и налево, «знакомилась» с нужными людьми, хорошо известными Джеймсу – большинство из них оставались узнаваемы даже под маской. Несколько подслушанных фраз тут, свежие сплетни там… И конечно, много пустой болтовни, заигрываний, шуток и смеха, совершенно немыслимых в иное время и иных обстоятельствах.

Закрывая лица, маскарад снимал тайные покровы с душ, позволяя выпустить на свободу свой истинный характер, свои истинные желания и стремления. Все то, что обычно прячется глубоко под толстой коркой льда приличий и воспитания, скрытое не только от окружающих, но даже и от самих себя. Девушки смеялись звонче и раскованней, джентльмены, забыв о чопорности и степенности, рассказывали шутки и анекдоты, открыто флиртуя с дамами.

Иной раз за пустопорожней болтовней Джейн приходилось старательно направлять нить разговора, чтобы выведать нужные сведения. Все веселились, а она работала. Время для Фрэнни придет позже, когда мисс Стэнли узнает все, за чем сюда приехала.

Улов оказался весьма недурен. О взрывах говорили охотно, как и о таинственной «Саломее». Высший свет был взбудоражен последними событиями. Нашелся даже человек, утверждавший, что видел лорда Сеймурского во время его встречи с управляющим. Герберт. Пришлось изрядно потрудиться, чтобы узнать, что за этим именем скрывается сэр Герберт Крэйг, баронет. Отдыхая в «Критерионе» с друзьями, Герберт приметил графа Сеймурского, обедающего с каким-то человеком среднего класса, судя по одежде, из числа джентри. Очевидно, вторым являлся ныне покойный Кроуфорд. Но кто был первым, ведь Джеймс в это время находился в Райли? Меж тем баронет клялся и божился, что узнал именно графа, только как такое возможно? Забавно, но Герберт не торопился являться в полицию со свидетельскими показаниями – не желал тратить драгоценное время на подобные безделицы. Мисс Стэнли вспомнила его – баронет был представлен Джеймсу три года назад на скачках. Весьма шапочное знакомство, чтобы узнать в лицо наверняка, хотя, конечно, сам факт озадачивал.

Герберт, как просил называть себя баронет, пригласил Джейн на полонез, и та охотно записала его в свою бальную книжку, рассчитывая подробней разузнать у него о встрече с двойником Джеймса. Устраивать сэру Крэйгу полноценный допрос сразу было бы опрометчиво, куда проще выведать все необходимое постепенно, прикрывая это досужими сплетнями. Ласково улыбнувшись Герберту, девушка покинула его и продолжила прогуливаться по бальному залу, прислушиваясь к беседам и заводя знакомства.

Как и планировалось, общительная и яркая Джейн пользовалась популярностью у молодых людей. Желая привлечь ее внимание, они готовы были говорить на любые темы. Довольно быстро ее бальная книжка заполнилась приглашениями, а заодно Джейн узнала адрес офиса «Саломеи», номер склада в доках, имена клерков… Даже подробности об изменении котировок акций Общества после первого и второго взрывов, а еще сведения о крупных покупках и продажах, которыми с мисс Стэнли поделился один из преуспевающих брокеров… Разумеется, все эти расспросы велись между делом, исподволь, а потому занимали много времени. Здесь улыбнуться, там – удивленно охнуть, тут – направить беседу в нужное русло, выказав интерес… Джейн осталась довольной. Таких обширных сведений она не получила бы ни в одном другом месте.

Время близилось к девяти вечера. Вот-вот должны были начаться танцы.

Продолжая собирать слухи, мисс Стэнли оказалась втянута в обсуждение подробностей лисьей охоты. Дэниел, очередной знакомый, напыщенный и самовлюбленный тип, никак не желал менять тему. Не спасал даже откровенно скучающий взгляд дамы и полное отсутствие интереса с ее стороны к россказням. Джейн давно бы ушла, если бы не надежда на сведения о настроении отца Дэниела – сэра Батлера, который являлся членом совета директоров Общества. В попытке вывести собеседника на разговор о почтенном родителе девушке пришлось выслушать весьма пространные рассуждения об охоте. Дэниел считал себя едва ли не героем на том лишь основании, что иногда попадал по добыче из ружья.