Тайная жизнь Джейн. Призрак - Черненькая Яна - Страница 11

Изобретение кристаллов, способных аккумулировать и направлять личную энергию людей, стало одним из величайших открытий человечества наравне с паровым двигателем. Артефакты проникли во многие сферы жизни, потеснив неудобный телеграф, требующий прокладки кабеля; газовые фонари – небезопасные и слишком тусклые; фотографию, не позволяющую передавать естественные краски и объем.

Единственным, что сдерживало пока экспансию Общества, была высокая стоимость энергии и изготовления продукции. Зато зарядка аккумулирующих кристаллов позволяла даже нищим заработать себе на хлеб. Раз в неделю любой совершеннолетний житель Альбии мог прийти в специальную контору и, посидев около часа с опустошенным накопителем в руках, получить за его пополнение около двух солидов. Весьма приличная сумма, по меркам простого люда. К сожалению, больше раза в неделю так зарабатывать не получалось – слишком изматывало. Те, кто гнался за подобными «легкими» деньгами, быстро исчерпывали внутренние резервы своего организма и отправлялись в лучший мир от любой самой пустяковой болезни. По этому поводу в самом начале даже происходили волнения в низах общества, мол, заправочные конторы специально созданы, чтобы сводить бедняков в могилу. Однако постепенно люди стали более осторожными, и количество несчастных случаев уменьшилось.

До последнего времени у Общества было лишь два владельца – лорд Уинчестер и лорд Сеймурский, но из-за событий двухлетней давности компанию акционировали. Теперь Джеймсу принадлежало лишь тридцать шесть процентов акций, а графу Уинчестеру – тридцать четыре. Остальные тридцать процентов находились в руках богатейших людей Альбии – тех, кто нынешним вечером почтил своим вниманием офис компании, расположенный в специально построенном для этого монументальном здании.

Лорд Сеймурский взошел по лестнице, сменил перчатки, отдал слуге головной убор.

Весьма холодные приветствия свидетельствовали о том, что на совете Джеймса ждут неприятные вопросы. Даже герцог Эксетер, обычно весьма дружелюбный, сегодня хмуро посматривал на графа и был очень сдержан.

– Лорд Сеймурский, уделите мне несколько минут своего времени?

Джеймс вздрогнул и, повернув голову, посмотрел на высокого сухощавого мужчину с темно-каштановыми волосами и легким налетом благородной седины на висках. Умные серые глаза этого человека казались двумя острыми кинжалами. И причины для подобного взгляда были – не без участия лорда Сеймурского дочь и наследник графа Уинчестера отправились отбывать наказание в королевской тюрьме Гримсби.

– Извольте. – Джеймс без страха поглядел на своего компаньона.

Шагая по темному дубовому паркету, начищенному до зеркального блеска, они прошли в малый зал для переговоров. Граф Уинчестер закрыл за собой дверь.

– Присаживайтесь, – указал он на одно из кресел, расставленных вдоль длинного стола.

Джеймс последовал его совету, старательно пряча замешательство. На прошлом собрании директоров лорд Уинчестер не присутствовал, прислав вместо себя поверенного. И это можно было понять – вряд ли ему доставляло удовольствие встречаться с виновником своего горя.

– Думаю, Джеймс, нам с вами следует поговорить начистоту, – сказал Уинчестер, устраиваясь за столом напротив собеседника. – У меня было два года, чтобы смириться с тем, что произошло. И сейчас, когда ваши дела так же плохи, как и мои, нам следует объединить силы, чтобы не лишиться львиной доли наших состояний. По этой причине я решил поговорить с вами и объяснить свои планы и намерения. Во многом они зависят и от вашей доброй воли.

– Неужели?

– Именно так, – кивнул лорд Уинчестер, проводя рукой по инкрустированной золотом поверхности стола. – Вероятно, вы заметили, что я не слишком старался спасти Оливера и Розамунд от заслуженного наказания. Это неслучайно. Во-первых, мне известно о… порочных наклонностях Оливера и его пристрастии к… мужчинам… – Граф делал большие паузы между словами, и было заметно, как непросто ему дается этот разговор. – Во-вторых, попытка красть деньги из семейного бизнеса также заслуживала наказания. Подумав, я решил, что пребывание в тюрьме пойдет ему на пользу. Разумеется, в Гримсби были созданы все условия для его комфорта, но жесткое ограничение свободы должно сыграть свою роль. В любом случае я уже присмотрел Оливеру подходящую партию. Родители девушки будут рады породниться со мной, несмотря на… прошлое виконта. Примерно через год я намерен использовать все свои связи, чтобы его выпустили на свободу, поставив условием, что он женится и забудет о своих низменных развлечениях.

Услышав эти в высшей степени разумные рассуждения, Джеймс решил, что, пожалуй, зря сомневался в партнере. И пусть далеко не все его действия в прошлом выглядели благовидно, однако понять их было вполне возможно.

Между тем граф Уинчестер, убедившись, что его внимательно слушают, продолжил:

– Что касается Розамунд… Неудачное стечение обстоятельств. Королева благоволит сэру Артуру Грею, дяде погибшей девушки. Два года назад я решил, что не следует пытаться идти против воли ее величества. Однако время прошло, королевский гнев улегся. Поэтому в ближайшие месяцы мой поверенный наймет лучших барристеров для подачи апелляции. Вне всякого сомнения, Розамунд выпустят. В конце концов, она лично никого не убивала и не нанимала для этой цели. То, что случилось несчастье, – не ее вина. В обычной ситуации она отделалась бы небольшим штрафом в пользу семьи погибшей девушки. Не сомневаюсь, что апелляция увенчается успехом и мою дочь оправдают. Главное, чтобы опять не вмешался сэр Артур Грей. С этим я очень рассчитываю на вашу помощь.

– При всем уважении к вам, милорд, вынужден отказать, – тут же ответил Джеймс. – Ваша дочь виновна в гибели моей невесты…

– Поэтому будет очень справедливо, если она сама займет ее место, – нетерпеливо перебил его лорд Уинчестер. – В этом случае мы сможем забыть обо всех наших разногласиях, а сэр Артур слишком вам благоволит, чтобы отправиться к ее величеству с протестом против освобождения вашей нареченной. Как видите, я все учел…

– Кроме того, что я ни за что на свете не соглашусь на брак с Розамунд. И… граф, у вас очень странные понятия о справедливости… мягко говоря. – Джеймс решительно встал и вышел из-за стола. – Еще раз повторяю – ваша дочь виновна в гибели моей невесты…

– Анна Кавендиш не была вашей невестой. Приберегите эту версию для посторонних, но я-то знаю, что никаких разговоров о помолвке между вами не велось. Да, иногда вы присоединялись на прогулке к ней и ее матери, но делали это, исключительно чтобы позлить Ричарда Кавендиша. Как видите, я навел все необходимые справки. – Граф Уинчестер последовал примеру Джеймса, подошел поближе и теперь высокомерно взирал на собеседника сверху вниз.

– Я сказал – нет! – От злости Джеймс даже голос повысил. – И еще раз повторяю: Розамунд не станет моей женой.

– Что ж, хорошо. К этому разговору мы можем вернуться позже, – равнодушным голосом произнес Уинчестер. – А пока затронем последний вопрос. Джеймс, «Саломея» – ваша компания? Если да, скажите сразу. Несмотря на… некоторые разногласия, в этом вопросе я на вашей стороне и помогу уладить скандал. В конце концов, проблемы не нужны никому из нас.

– Неужели, – скептически хмыкнул лорд Сеймурский.

– Видите ли, молодой человек, я очень четко разделяю личные дела и бизнес. В договорах, заключенных с «Саломеей», прописаны баснословно низкие цены на заготовки. Если вашей компании удалось найти более дешевую технологию выращивания кристаллов, это будет настоящий прорыв, который сулит огромные деньги. Да, пока изделия из этих заготовок взрывоопасны, но их можно усовершенствовать. Представляете, какой успех ждет Общество, да и всю Альбию в целом?! Неужели вы думаете, что ваше упрямство в вопросе женитьбы способно заставить меня отказаться от таких денег?

– Из-за взрывов погибли люди, – напомнил ему Джеймс.

– Эту неприятность скоро забудут. Я найду способ отвести от вас подозрения, а взамен вы передадите Обществу технологии «Саломеи». Соглашайтесь, вы сами от этого выиграете. Я вообще не понимаю, зачем понадобилось создавать эту компанию, если можно все сделать на базе наших цехов. В конце концов, вы крупнейший из акционеров…