В сетях шпионажа, или «Час крокодила» - Резванцев Александр Александрович - Страница 63

— Кто же не мечтает об этом?

— Райское блаженство надо заслужить!

— Но как?!

Ибрагим обратил глаза к нему и нараспев произнес:

— И сражайтесь на пути Аллаха с теми, кто сражается с вами… И убивайте их, где встретите, и изгоняйте их оттуда, откуда они изгоняют вас. Кто же преступает против вас, то и вы преступайте подобно тому, как он преступил против вас.

Дервиш цитировал вторую суру Корана. Сулейман согласно кивал, перебирая четки.

Мимо прошел британский патруль.

— Ты знаешь, зачем они пришли?

— Была война, они победили нас.

— Американцы с англичанами пришли к нам, чтобы взять нашу нефть. Ради нефти они разорили нашу страну, убили тысячи правоверных мусульман. Здесь, в Бакре, хозяйничают англичане, в других городах — американцы.

— Отчего же Аллах не покарает убийц?

— Он это сделает. Время еще не настало.

Ибрагим умолк и вдруг перевел разговор в другое русло:

— Ты мне нравишься, парень! Хочешь, я устрою тебе одни сутки рая? Ну, чтобы тебе было о чем вспомнить. А то проживешь всю жизнь на мусорной куче, не вкусив блаженства.

— И такое действительно возможно?

— Все в руках Божьих. Но только на одни сутки.

— Я согласен!

— Он согласен! Да ты должен целовать мои чувяки за милость, тебе оказанную!

В конце дня Иса, помолившись, осушил пиалу пузырчатого белого настоя, приготовленного Ибрагимом, и через полчаса погрузился в мертвый сон. Проснулся утром следующего дня в раю…

Изнутри «рай» напоминал небольшой стадион, накрытый металлической сеткой. Это для того, чтобы диковинные птицы, порхавшие среди диковинных деревьев, не смогли покинуть Божьей обители. На лужайках, поросших невысокой мягкой травой, цвели и благоухали цветы чудесной красоты. Откуда-то сверху тихо лилась приятная спокойная музыка. По дорожкам, посыпанным красноватым песком, чинно разгуливали прелестные гурии в полупрозрачных одеждах. Но главной достопримечательностью «рая» был стол, уставленный дорогими яствами и напитками. Когда Иса окинул взглядом этот стол, его охватила тихая печаль. Он понял, что за сутки не одолеет и половины всей еды. Наскоро совершил омовение, помолился и набросился на изысканную пищу. Насытившись, обратил внимание на гурий, схватил одну из них за ногу повыше колена. Нога девушки была теплая, упругая. «Значит, они не бесплотные, живые. Это хорошо», − подумал Иса. Гурия присела за стол рядом с ним.

— Господин хочет меня? — спросила она.

— Я хотел бы отведать вас всех, — ответил он.

Девушка расхохоталась:

— А не подавишься?

— Ты не смотри, что я худой. Во мне силы на троих хватит.

— Ну-ну, посмотрим.

Он предложил девушке поесть, но та категорически отказалась.

— Мы диету держим. Нам нельзя прибавлять в весе.

Иса повел гурию в райские кущи, и там они предавались любовным утехам, пока ему не захотелось в туалет. Гурия Лейла показала ему дорогу. Это было в самом дальнем углу сада.

— Видишь те два домика в мавританском стиле, — пояснила Лейла. На одном из них написано: «Для гурий», на другом — «Для праведников». Ты праведник. Твой домик справа.

— Прощай, Лейла, — сказал Иса. — Я вернусь нескоро.

— Это твое дело. Я без работы не останусь. Ты тут не первый и, надеюсь, не последний.

Из «домика для праведников» Иса вернулся к столу и снова очень много ел. Потом он любил китайскую девушку Юнь, и русскую блондиночку Наташу, и черную, как африканская ночь, негритянку Нвангу. Эти путаны, навербованные в лучших борделях трех континентов, хорошо знали свое ремесло, поэтому на закате дня он уподобился спущенному баллону. После негритянки Иса не смог даже добраться до стола с харчами. Он растянулся на одной из дорожек и уснул, уткнувшись носом в красный песок. Проснувшись ночью, Иса поел, а затем отправился искать гурий. Но все они куда-то исчезли, вероятно, пошли спать. Он посетил «домик для праведников», еще раз поел и задремал на полянке у стола с остатками райской пищи. Ису разбудило солнце, брызнувшее своими лучами прямо ему в лицо. Он сел, потянулся, огляделся. Гурий не было видно. Кто-то убрал со стола еду и вместо нее поставил пиалу с шипучей белой жидкостью. Иса стал молиться, но в это время строгий голос, многократно усиленный мощным динамиком, повелел ему сверху немедленно испить пиалу до дна. Он вздохнул и выпил, после чего впал в забытье. А вечером того же дня пробудился под родной смоковницей в обществе двух дервишей.

— Ну, как тебе рай? — поинтересовался Ибрагим.

— Здорово! Спасибо тебе, святой отец! Я был счастлив!

— Ты мог бы поселиться в раю навеки.

— Что я должен совершить для этого?

Ибрагим загадочно улыбнулся, а Сулейман сказал строго:

— Иди-ка ты пока к лавочнику Рашиду. Он тебя спрашивал. Работа есть.

Иса разгрузил машину товара в подсобку Рашидовой лавки, за что ему дали хлеба, вяленой рыбы и пластмассовый пузырь с водой. Тут к парню стала лепиться базарная шлюшка Зульфия, однако он с отвращением прогнал прочь некрасивую замарашку. Куда ей было до обольстительных гурий, чистых, ухоженных, надушенных, умащенных благовонными кремами.

Заработанные продукты он принес под смоковницу и предложил дервишам разделить с ним трапезу. Спать лег с ощущением пустоты в желудке. Прежде чем уснуть, еще раз спросил Ибрагима, что надо сделать, чтобы снова попасть в рай.

— Для этого надо совершить великий подвиг во имя Господа.

— Я должен умереть?

— Ты не умрешь, ты просто уйдешь в другой мир, где обретешь вечное блаженство.

— Пожалуй, я соглашусь, — ответил Иса, засыпая.

Во сне он видел много жареного мяса, обнаженных гурий и похожий на маленький дворец туалет с надписью: «Для праведников».

Утром Ибрагим спросил Ису, не изменил ли он своего решения.

— Я готов выполнить любой твой приказ, святой отец.

— Хорошо. Сегодня же мы отправимся в американскую зону. Здесь тебя все знают…

Когда Ису нарядили в форму сержанта арабской полиции, он расплылся в улыбке от удовольствия. О такой красивой одежде парень прежде не мог и мечтать. Ибрагим в мундире майора смотрелся великолепно. Казалось, дервиш всю жизнь был офицером. Они вышли во двор и сели в «фольксваген» с полицейской символикой на капоте — Ибрагим за руль, Иса рядом. Автомобиль сильно проседал. Видимо, его багажник был загружен чем-то очень тяжелым. Иса дивился тому, как ловко Ибрагим ведет машину по огромному городу с густыми и стремительными транспортными потоками. Ехали долго. Наконец дервиш свернул на довольно тихую улочку и припарковался у небольшого магазина метрах в трех от полотна дороги. Отсюда хорошо просматривалась вся улица.

— Видишь то белое здание с американским флагом? — спросил Ибрагим.

— Вижу.

— Это американская комендатура. Личный состав комендантского взвода меняют каждый понедельник в десять часов утра. Это чтоб солдаты не успели снюхаться с местным населением и заняться мелким бизнесом.

— Так это как раз сегодня, — сообразил Иса.

— Совершенно верно. Через двенадцать минут мимо тебя пройдет крытый автофургон с американцами, и когда он поравняется с тобой, ты нажмешь эту кнопку.

— И что будет?

— Через мгновение ты окажешься в раю, а остальное тебя не касается. Мне пора уходить. Не думай, что я трус. Просто у меня еще много дел на этой грешной земле. Когда настанет мой час, я тоже совершу свой подвиг во имя Всевышнего. Прощай, друг! Аллах велик!..

Взрыв чудовищной силы потряс город. На месте «фольксвагена» образовалась глубокая воронка. Фургон с американцами обратился в прах. Соседние дома либо рухнули, либо остались без крыш и окон. Душа Исы стала облачком пара и понеслась винтом неизвестно куда. Господь пока не решил, что с ней делать, ибо Иса, нажав кнопку, погубил праведных куда больше, чем злейших врагов арабского и всего прочего мира. Мы не знаем, где теперь Иса, ибо в четвертой суре Корана сказано: «Аллах велик! Не следует верующему убивать верующего, разве только по ошибке… А если кто убил верующего умышленно, то воздаяние ему — геенна, для вечного пребывания там. И разгневался Аллах на него и проклял его, и уготовил ему великое наказание!»