Невеста верховного мага (СИ) - Озерова Татьяна - Страница 29

Я закусила губу и подалась вперёд, вцепившись подрагивающими пальцами в каменную ограду стены. Всем существом я потянулась к нему.

Стой, муж. Стой. Ты выстоишь. Я знаю. Стой.

Дарио распрямил спину, развёл плечи, вскинул голову и снова твёрдо шагнул к океану.

Моё сознание будто раздвоилось. Одной частью я ещё стояла на стене, подрагивая от морозного ветра, вцепившись ледяными пальцами в шершавые камни. А другой прыгнула вниз со стены, побежала к нему, к Дарио.

Мои полупрозрачные руки скользнули по широкой спине вверх, на его плечи.

Дарио замер. И затем я услышала его шёпот, будто я и правда стояла за его спиной:

— Моя Велия. Не бойся. Ты под моей защитой.

Он остановился, раскинул руки и заговорил, повышая голос, на незнакомом мне языке.

Дарио говорил всё громче и громче, угрожая, подчиняя, утверждая своё право требовать. А я стояла бесплотным силуэтом у него за спиной, протянув вверх руки и прикасаясь невесомыми ладонями к его плечам.

Вокруг Дарио вспыхнуло свечение, я заморгала и осознала себя на крепостной стене.

Сзади в замке раздались радостные крики.

Я подалась вперёд и вгляделась.

Мирно светило солнце, освещая убранное тёмно-коричневое поле.

Океан отступил, ни следа волны, всё небо было таким же голубым, как и раньше.

Лекари трясли руками рядом с защитниками — кто-то из магов стоял, кто-то сидел сгорбившись, держась за голову. Трое неподвижно лежали в скрюченных позах.

Далеко впереди возвышался Дарио. Даже на таком расстоянии вся его поза дышала хищным величием, ввергавшим в трепет.

Он стоял спиной к замку, глядя на океан.

Меня тронул озноб — рядом с Дарио прямо из воздуха проявилась высокая тонкая женщина в чёрных одеждах с развевающимися белыми волосами. Она коснулась его плеча и о чём-то заговорила.

Глава 30. Дарио. Награда

Океанская бездна и все мои предки, как же я задолбался.

Как же я устал от всего этого дерьма.

Всё. Поговорить с людьми, обнять жену и спать.

— Ты снова справился, сын, — шёпот рядом.

Твою мать! Точнее мою. Надо же, даже не вздрогнул.

Ощущение ладошек Велии на плечах растворилось, а вот плечо и всю руку сковало холодом.

Я повернул голову.

— Говори быстро и сваливай.

Исток сложил губы моей матери в знакомую улыбку, и сердце зашлось от застарелой боли.

— Ты давно не прикасался к невесте, — прожурчало в ответ. — Через два месяца я сниму с неё брачную печать. Король согласен взять её себе.

Я смотрел в залитые чёрнотой глаза Истока, ощутив нечто вроде благодарности, ну хоть притворяться перестал. С этим глазами и с этим голосом легче осознавать, кто на самом деле передо мной.

Я расставил ноги устойчивее, чтоб не пошатнуться — разговор с океаном в этот раз дался особенно тяжко — и сказал:

— Смотрю тебе полюбился образ моей матери. Оделся бы хоть раз в белое. И в молодое. Ты же помнишь её молодой.

— Мне нужен наследник.

— Я услышал.

— Ты слышишь не то, сын. Не то. Плод истинной любви стихийного мага и невесты с чистой кровью. Красная книга с черным тиснением.

По родному лицу пробежала рябь, искажая черты, проступило мужское лицо. Так-то лучше. Нестерпимо хотелось вдарить Истоку в челюсть. Без всякой магии. Кулаком. Как в одной из драк с городской стражей в кабаке, куда мы в юности таскались с Тео.

— Я услышал, — повторил я.

Женский силуэт поплыл и растворился в воздухе.

— Все вы, сыновья, слышите. Веками. Но слышите не то, — прожурчало напоследок.

Я нахмурился, устало прикрыл глаза и чуть не пошатнулся.

Стоять! Не время растекаться, ещё есть дела.

Взвинчивая себя злостью на Исток — как ни странно, это давало силы — я зашагал к своим.

Перехватил встревоженный взгляд Луиджи, мотнул головой на лежащих без движения магов. Старый лекарь поджал губы, отрицательно дёрнул головой.

Ещё трое магов мертвы.

Я сжал челюсти. Не надо было их пускать, видел же, что колдуны их сильно потрепали. Не восстановились ещё после зачистки черного гнезда. Мне тоже досталось, но я покрепче буду.

Хотя, что значит, не надо было? А кого вместо них? Слишком мало времени оказалось на сбор.

Пришлось спешно ломать печати на свитках и перемещаться магической вспышкой.

Выбора не было, если бы они не встали рядом сейчас, нам бы не хватило сил.

Скольких я потерял за эти годы? Каждого помню. Скольких ещё потеряю?

Так. Эти мысли сейчас лишние.

Молодняк рвётся в ряды защитников, придётся быстрее их натаскивать.

Следовало подумать о другом.

В этот раз океан вёл себя иначе. Атаковал злее.

И с чего он изменил привычкам и ударил днём? Да ещё и с этой стороны.

Всегда же по ночам являлся.

Люди спали спокойно, не видя водяную стену, закрывающую звёзды, доверяя защитникам.

Я глянул на стихийных магов, только что державших со мной океан: спокойные взгляды, даже улыбки. А когда шагали навстречу волне — не могли не понимать, что дело дрянь.

Торжество в их глазах и взгляды на меня с надеждой с лихвой вознаградили за каждое мгновение под давлением океана.

Ирдел махнул мне рукой и продолжил отдавать распоряжения. Я благодарно ему кивнул, зная: он позаботится о людях.

Убедившись, что здесь всё под контролем, я бросил Ирделу пару фраз, и направился к замку.

Велия всё ещё стояла на крепостной стене. Я шёл и чувствовал, как она на меня смотрит.

Злость полыхнула с новой силой, на Исток, на океан, на колдунов, из-за которых я неделями мотаюсь среди скал, на брата, который сбежал в кузню на южном побережье, бросив на меня дела.

Как там Луиджи говорил? Если надорвусь, даже у меня будут проблемы?

Я тогда подумал, что проблемы будут у того, из-за кого я надорвусь.

Вот тому, из-за кого я точно надорвусь, я прямо сейчас устрою проблемы.

Чувствуя, как по губам поползла злорадная усмешка, я вытянул руку и прямо на ходу отправил десяток вестников.

И ещё трёх с особым удовольствием. Придётся Теодоро поменять кузню, когда к нему припрутся магические вестники — изображать из себя подмастерье он в ней уже не сможет. Ничего, это не единственная дочка кузнеца в королевстве.

Я снова глянул на крепостную стену, Велии там уже не было. Вот и хорошо, ветер холодный, а она и так недавно мёрзла.

Не обращая внимание на мертвенную усталость, сковывающую спину, и на тянущую боль, сдавившую обручем голову, я обошёл замок, поговорил с людьми, выслушал Манфредо.

Я смотрел, как тревога слетала с нахмуренных лиц. Люди видели: хозяин замка не только прогнал океан, но даже после этого держал спину прямо, ходил, разговаривал и вникал в дела.

Вот и славно.

Манфредо ещё что-то говорил, а я поднял глаза на окно спальни, выходящее во двор. И забыл как дышать: на меня смотрела Велия.

Я остановил Манфредо, отдал несколько быстрых распоряжений и пошёл в замок, не отводя от неё взгляд ни на секунду, пока навес над крыльцом не скрыл её от меня.

Вошёл в спальню и застыл на пороге. Она была в длинном нежно-голубом платье, с распущенными волосами, струящимися по плечам. Смотрела встревоженно. Дверь за моей спиной закрылась с мягким стуком, а я смотрел, и не мог двинуться с места.

Она долго смотрела на меня, а потом улыбнулась и сказала:

— Здравствуй, Дарио.

Её голос, мягкий, низкий и хрипловатый, и эта улыбка. Я ни шевельнуться не мог, ни слова сказать. Предки и все духи океанической бездны, как же я хотел тебя услышать, моя нежная. Как же я ждал, когда ты заговоришь!

Велия смущённо улыбнулась.

— Я ещё хриплю.

Хрипит? Да я в жизни ничего чувственнее не слышал.

Я молча смотрел на неё, не зная что сказать, как выразить этот ураган эмоций от неё, и могу ли вообще хоть что-то произнести. Может Исток меня самого лишил дара речи?

Я стоял, любовался ею, и тут уже меня повело. Самым позорным образом я пошатнулся и прислонился к стене. Добегался.