Капитан - Перунов Антон - Страница 46

«Виктор, ты меня слышишь?» — попытался он связаться с Кимом.

«Слышу», — как-то чересчур буднично отозвался приятель.

«Чем занимаешься?»

«Да так, бумагу порчу», — отложил в сторону чертеж Витька.

«Поднимай дядьку Игната, собирайтесь и приготовьте оружие. У нас скоро будут гости. Обязательно прихвати меч из моего номера».

«Понял», — подскочил тот как ужаленный и помчался выполнять полученное столь странным образом поручение. И, как водится, немного перестарался.

Когда «Опель» Колычева подкатил к гостинице, его уже ждали вооруженные и тепло одетые члены экипажа, включая второго пилота Калашникову с ППК наперевес.

— Мы готовы! — немного срывающимся голосом сообщила она, преданно глядя на капитана.

— Ко всему? — на всякий случай уточнил Март.

— Так точно!

— Ну, тогда пошли в машину, — велел Колычев.

— Вот твой гун-то, — сунул Ким в руки друга клинок. — Мог про него не напоминать, он сам меня задраконил, мол, тревога, битва, скоро грянет битва! Чуть мозги не вынес, бешеный.

— По какому случаю сабантуй? — хмуро поинтересовался Вахрамеев, устраиваясь на заднем сиденье.

— Есть информация, что на «Ночную Птицу» в ближайшее время может быть произведено нападение. Как и что — пока не знаю. Сейчас доберемся до места и организуем скрытое наблюдение. Если засечем подозрительных — постараемся взять живьем. Огонь на поражение только в случае прямой угрозы кораблю или кому-то из нас. Вопросы?

— В оружейку наведаться время будет?

— Зачем? — не понял сначала Март.

— Затем, что арсенал у нас там. При себе только пистолеты, да вон ППК у Таньши. Слава богу, что Витька без автомата даже в гальюн не ходит, а то бы совсем остались голые и босые.

— Вот черт! — выругался про себя командир. — Возможно, за кораблем уже наблюдают, не хотелось бы спугнуть раньше времени…

— Пусть Степан принесет, — подала голос Таня.

— Как?

— Да так. Я его сменю, а он сунет за пазуху и притащит.

— А почему Хаджиева не берем? Он ведь и одаренный, и вояка… — спросил недоуменно Витька.

— Вот именно потому, что будет драка, он там и не нужен. Потом ведь придут сыщики, полиция, жандармы. И зачем нам его лишний раз «светить»?

— Тоже верно, — согласился с аргументами друга Ким.

Как по заказу начала стремительно портиться погода. Вот еще полчаса назад он гнал по трассе, и вовсю светило бледное, белесое северное солнце в ясной синеве небес. А сейчас шквалистыми порывами, с зарядами влажного, густого снега задуло с запада. Атлантика отправила в глубину материка могучий циклон, который стремительно продвигался вперед, «роняя» барометры.

— В такую погоду диверсантам самое раздолье, — выругался от досады дядька Игнат. — Аэродромную охрану и так службу тянуть не заставишь, а теперь и вовсе нос на мороз не высунут!

— Зато под ногами мешаться не будут, — мрачно усмехнулся Колычев. — Мимо нас с «Птицей» диверсантам все равно не проскочить, тут им метель не поможет. Так что ваша задача поддержать меня огнем в случае надобности, ну и пленных собирать, если будут.

— Не кажи гоп, пока не перепрыгнешь, — задумчиво покачал головой Вахрамеев, но крестник не обратил на его слова особого внимания.

Как известно, все планы действуют только до первого столкновения с реальностью, и этот не стал исключением. Припарковав машину у одного из ангаров, Колычев велел Калашниковой отправляться за оружием, а сам, скользнув в «сферу», принялся изучать окрестности. На первый взгляд, все выглядело как обычно, и Март почти успокоился.

С трудом добравшись по свежевыпавшему снегу до «Ночной Птицы», Таня принялась тарабанить по люку, стараясь привлечь внимание дежурного. Спустя некоторое время ей это все-таки удалось, и через обшивку донесся недовольный голос Дугина.

— Кого там черт принес?

— Это я, Степа, открой!

— Таня? — удивился механик. — Какая нелегкая тебя сюда принесла?

— Командир приказал. Да открывай же ты, холодно!

— Думаешь, тут тепло? — пробурчал Дугин, раздраивая мудреный механизм люка.

Наконец ему удалось справиться с запорами, и дверь с металлическим лязгом отворилась.

— Заходи, — посторонился он и вдруг понял, что в лицо ему смотрит ствол пистолета.

— Тихо! — прошипел диверсант, зажимавший рот Калашниковой. — Будешь молчать, останешься жив.

— Ладно, — только и смог выдавить из себя никак не ожидавший подобного Степан и попятился внутрь корабля.

Злоумышленников было трое. Белые маскхалаты позволили им пройти мимо обычной охраны, а мощные амулеты смогли обмануть чувствительные артефакты летающей субмарины. Прибудь Колычев на место чуть раньше, он, возможно, сумел бы обнаружить диверсантов, но сейчас его внимание было целиком занято периметром, а враг был уже внутри.

Дугин никогда не был героем. Да, ему приходилось участвовать в боях и даже абордажах, но это никогда не являлось его главной задачей. Но кое-чему служба на рейдерах его научила. И главное — никогда не допускать врага внутрь корабля. Хунхузы пленных все равно не берут, так что, если хочешь жить — дерись до последнего. Поэтому, осторожно пятясь по коридору, он поравнялся с постом управления и, резко отпрыгнув в сторону, открыл клапан аварийного закрытия люков.

Ответом ему был выстрел и острая боль в боку, но это было неважно, поскольку только что раздраенный люк с каким-то инфернальным скрежетом вернулся на место.

— Ты что сделал, гад? — удивленно спросил диверсант.

«Сам-то как думаешь?» — огрызнулся про себя Дугин, пытаясь вытащить из сбившейся назад кобуры «смит-вессон».

За этим занятием его и застала смерть. Второй раз враг не промахнулся и остался совсем один внутри незнакомого ему корабля.

— Стреляют! — первым услышал шум Вахрамеев.

— Где? — встрепенулся Витька.

«Сокол, что происходит?» — послал мысленный запрос Март.

«Несанкционированное проникновение, — после небольшой заминки ответил ему искин. — Внутри корабля посторонний. Дугин убит. Пилот захвачен».

— Но как это возможно, черт побери! — выругался Колычев.

«Мощные маскировочные артефакты, — в металлическом голосе «Птицы» появилось что-то вроде раскаяния. — Мне до последнего не удавалось идентифицировать их как врагов».

— Сколько их?

«Я вижу троих. Один внутри. Двое снаружи. Возможно, еще несколько находится рядом».

«Блокировать противника внутри корабля. Ни в коем случае не допускать в рубку управления или отсек ГДК!»

«Принято».

— Все, пошли! — приказал подчиненным Март. — Диспозиция меняется. Я не вижу врага, поэтому сначала стреляем, потом разбираемся!

— Там же Таня! — простонал Витька.

— Главное про пленных не забыть, — язвительно пробурчал дядька Игнат, сбрасывая полушубок.

Немного подумав, Колычев последовал его примеру и тоже снял пальто. Затем, переложив пистолет в карман брюк, он обнажил меч и буквально почувствовал, как тот вибрирует в предвкушении боя.

«Гун-то, ты чуешь врага?»

«Да», — едва слышно отозвался тот.

Оставшиеся снаружи бойцы передовой тройки диверсантов застыли в нерешительности. Они должны были обеспечить подход к кораблю основной группы, шедшей с мощным зарядом взрывчатки, чтобы заминировать и взорвать непонятный корабль. Но внезапное появление девушки нарушило продуманный план. А теперь их старший оказался внутри, а они — снаружи с брыкающейся пленницей на руках.

— Эй ты, тварь! — злобно прошипел один из них Татьяне. — Как открыть эту проклятую дверь? Отвечай, сучка!

— Как она тебе ответит, ты ей рот зажал? — хмыкнул второй и хотел было подойти к «Ночной Птице», чтобы постучать по люку прикладом, но не успел сделать и пары шагов, как из снежной круговерти выскочила чья-то смазанная фигура.

Лезвие гун-то мелькнуло будто молния и чиркнуло диверсанта по шее, практически отделив голову от плеч. Та некоторое время еще бессмысленно хлопала глазами и шевелила губами, желая что-то сказать и не осознавая, что все кончено, а впитавший в себя дикое количество энергии Март уже стоял напротив второго злоумышленника.