Серебро и тайны (ЛП) - Мерседес Сильвия - Страница 17

Нардуал была сильной. Я подняла ее через туман Инопутья, искала камень выше, на котором раньше был Келлам. Был лишь туман. Келлама не было видно.

Сколько еще ждать? Я не знала, как время тут отличалось от реальности. Может, я вошла в Инопутье несколько секунд назад, а, может, прошли часы, а я и не поняла. И если Игендорн забрал меня в мир фейри, как я подозревала, что это означало для крайнего срока? Время тут шло в том же темпе, что и у смертных?

— В любом случае, лучше не медлить, — буркнула я, невольно подражая матушке Улле. Я посмотрела наверх, все еще надеясь заметить Келлама. А потом, вздохнув, стиснув зубы, я повернулась на камне и послала руну зрения перед собой в поисках сна фейри.

Он был недалеко. Нардуал летела впереди меня, озарила еще три парящих камня и замерла. Она вспыхнула чуть ярче, сжигая туман. Я погналась за ней, прыгая с камня на камень, и увидела перед собой золотой лес разума фейри.

Я замерла, с тревогой сжимая посох. У меня не было плана лучше прошлого раза. Моя боевая руна биторис почти не помогала против монстра — носрайта, как его звал Келлам. Да, я пережила два столкновения, но это не помогало. Мне нужно было как-то избавиться от существа.

Я взглянула на угасающие руны, отчаянно размышляя, что попробовать. Что угодно. Может…

— Фэррин?

— О, семь богов! — выдохнула я, не зная, была это молитва или ругательство. Я повернулась, послала нардуал сквозь туман.

Камни появились над моей головой. Келлам сел на корточки и выглянул из-за края, его свеча озаряла его черты. Я выдохнула с облегчением, отогнала ощущение. Я не дам ему думать, что рада видеть его.

— Долго ты, — рявкнула я, яростно глядя туда. — Я уже думала, что ты забыл обо мне, — я чуть не добавила горько «Не в первый раз», но закрыла рот. Не время трогать старые раны. Мне было все равно, что он не писал мне эти годы. Я жила дальше.

— Прости, — ответил Келлам, его тон был слишком поспешным, чтобы быть кающимся. — Я не хотел отсутствовать так долго. Но у меня хорошие новости! Я нашел… точнее, твоя наставница, матушка Улла, нашла книгу носрайта.

Я склонила голову и приподняла бровь.

— И?

— У нас есть шанс! — глаза Келлама сияли в свете свечи. — Носрайт, с которым ты имеешь дело, заклинание мифато. Творение старого мага Висаменора, если точнее. Нужна магия мифато, чтобы сковать его, но я видел заклинание, думаю, что справлюсь. Это…

Он помедлил, склонился сильнее с края камня, и я отчасти боялась, что он потеряет равновесие и рухнет. Это было бы глупо делать в мире пустоты и тьмы.

— Я не могу колдовать прямо, — сказал он. — Я не могу попасть в сон с тобой, не отсюда, и я не смогу работать над путами. Но, думаю, я смогу создать связь с тобой. Нить души. И, может, так я смогу передавать заклинание, чтобы ты работала на своем конце.

— Что? — мое сердце дрогнуло. — Ты хочешь, чтобы я работала с магией мифато? — идея была тревожной. Да, матушка Улла всегда говорила, что мои способности лучше подходили заклинаниям мифато, чем низкой магии ведьм. Но я училась работе ведьмы. Я не изучала язык высшей магии, не знала сложные техники записи заклинаний.

— Ты можешь, — настаивал Келлам. Ладонь со свечой подрагивала, свет колебался на его лице. — Ты — сильная колдунья, одна из самых сильных из всех, кого я видел. Я знаю, ты сможешь.

Он снова говорил легко слова, не понимая, как они били меня, каждое было кулаком. И каждый удар заставлял сердце теплеть так, как я не могла позволить, на это не было времени. И он говорил не всерьез. Я была для него лишь диковинкой? Вся эта ситуация была для него не больше, чем интересная проблема.

— Хорошо, — я стиснула зубы. — Как нам создать эту связь? У тебя есть для нее заклинание?

— Да, я его записал, — его лиц пропало из виду. Я видела сияние свечи над парящим камнем, но туман стал сгущаться. Я повернула руну зрения, отгоняя туман, ощущая напряжение магии.

Вдруг вспыхнуло что-то мелкое и голубое. Я вздрогнула и чуть отодвинула руну, не зная, что увидела, что ожидать. Через миг лицо Келлама вернулось. Он склонился над краем камня, уже без свечи. Он держал длинную сияющую нить магии, намотанную на его ладони. Она трещала, как молния, сделанная осязаемой, но не обжигала его.

— Я передам это тебе, — сказал он. — Попытайся поймать посохом, ладно?

— Да, — я кивнула, приготовилась, двигая руны за себя, чтобы они не помешали заклинанию.

Келлам встал и взмахнул голубой нитью, как лассо. Она вспыхнула в пустоте, сжигая туман. Он отпустил конец с петлей, и он полетел вспышкой во тьме ко мне, почти слишком яркой, чтобы смотреть туда. Я взмахнула посохом. Петля зацепилась за край посоха и затянулась.

— О! — охнула я, чуть не подавилась от удивления. Вспышка силы пробежала по моему посоху, по пальцам, рукам и взорвалась в моей голове — не только в Инопутье, но и в темной камере, где сидело мое физическое тело. Я ощутила, как сила обвила мое сердце, наполнила силой кости, соединяя меня чрез много миль, границы реальностей с мужчиной на другом конце заклинания. — Сработало! — завопила я, сосредоточившись на Инопутье. Я посмотрела на Келлама, на сияющую нить магии на конце моего посоха. — Я ощущаю это. Мы связаны.

Келлам кивнул. Он тоже это ощущал, будучи на другом конце заклинания.

— Я попытаюсь кое-что тебе послать, — сказал он. — Хочу убедиться, что связь работает, перед тем, как посылать заклинание, сковывающее носрайта. Матушка Улла дала мне руну для тебя.

— Что? — я удивилась бы меньше, если бы матушка Улла его поцеловала! Старая ведьма не любила делиться своими рунами. Я четыре года выведывала каждую из рун своего круга у Уллы. — Она дала тебе руну? Тебе?

Он пожал плечами, скривил губы в горькой улыбке.

— Я был убедительным.

— Угу, — не стоило задавать вопросы. — Ладно. Отправь ее мне.

— Готовься.

Я не помнила, как готовилась. Я никогда еще не получала знания таким образом. Но отличалось ли это от обычных способов учиться? Передача знаний от разума к разуму всегда была чудом. Может, этот метод был прямее, чем обычно. В один миг в моем разуме был участок пустоты, о каком я не догадывалась. А потом сияющие нити вспыхнули, и что-то замерцало там. Я ощутила руну, поняла ее форму, даже не видя ее перед собой. Она просто была в бесформенном пространстве в моей голове, готовая быть использованной.

Я чуть пошатнулась, оказалась опасно близко к краю камня. Разум гудел, и в камере сильно дрожало мое тело. Я опустила посох, искала равновесие, пыталась дышать.

— Фэррин? Ты в порядке?

— Да, — я кашлянула, покачала головой, посмотрела на тропу сверху, моргая. — Да, все хорошо. Я получила его.

— Сработало?

Я кивнула. Руна была сильной, сильнее боевой руны биторис, которую я всегда считала самой сильной в своей небольшой коллекции. Такая руна могла помочь против носрайта. Я поняла со смущением, что матушка Улла была колдуньей куда сильнее, чем я думала. Я всегда видела в ней наглую старуху. Она такой и была, но она была с кучей тайн и знаний, которые скрывала за морщинистым лицом.

— Ты можешь попробовать руну? Убедиться, что она работает? — спросил Келлам.

Я коснулась робко знаний в голове, словно котенок, осторожно тянущийся лапой к огню свечи.

— Лучше нет, — сказала я. — Руна сильная. Я не смогу поддерживать ее долго. Лучше выждать, пока она мне не понадобится, и использовать все сразу.

Келлам хотел возразить, но от моего резкого взгляда сдержался.

— Теперь связь установлена, и ты должна смочь получить от меня книгу заклинаний, — сказал он. — Но придется присылать ее тебе по кусочкам, ведь это большая магия. Чтобы смочь применить заклинание, нужно сначала оглушить носрайта. Для того и новая руна.

— Точно, — я покрутила посох, сильнее обвила нитью связи конец. — Ничего не поделать, — я посмотрела на Келлама, нахмурилась, а потом помахала, ощущая себя глупо. Я тут же пожалела, зная, что выглядела для него как ребенок. Тихо ругаясь, я отвернулась, посмотрела на лес сна фейри.