Сбой системы - Нуждин Андрей - Страница 60

Глава 7

Лаборатория гудела, словно растревоженное гнездо шершней. Толпа ученых со всех сторон осаждала стоящий посреди пустого пространства стол. На нем, не обращая никакого внимания на беснующихся научников, пировал Тушеныч.

Морок не отвлекался ни на вспышки фотокамер, ни на назойливые попытки как можно ближе поднести наладонники с работающими камерами к наслаждающемуся вкусняхами мутанту. Снедь исчезала на глазах.

Поначалу Тушеныч малость испугался людей. Привык, что они агрессивно реагируют, поэтому и навел мираж на вход в здание. Да еще с каким-то своим подвывертом, заставившим наемников страдать от галлюцинаций пополам с головной болью и тыркаться в стены, словно слепые котята. Ничего, Электроник друга успокоил, убедил в том, что вооруженные люди не желают зла маленькому комку молниеподобной субстанции, так что разобрались.

Наемники не обиделись, но предпочли держаться подальше от необычной живой штуковины, поэтому остались на блокпосту. Только Кельвин и любознательный Гигабайт присутствовали в ходящем ходуном помещении.

«Анархисты», освобожденные от караульной службы, прохлаждались в углу и грелись кофе. Их мороком было не удивить. Как заявил Капсюль: «Мы его уже видали». Только Чума поглазел недолго и присоединился к друзьям.

А вот Пальчикова еле оттащили. Профессор, когда увидел голубой шар, схватился за сердце. Но потом оказалось, что это он ручку в нагрудном кармане искал, записывать, потом очнулся, обозвал себя старым дурнем, тут же врубил камеру ПДА. Завлаб долго бегал с ней вокруг морока и что-то бубнил.

Тушеныч начальника лаборатории не испугался: почуял, должно быть, что этот человек опасности не представляет. Морок позволил сделать снимки, попозировал немного, лишь после этого писком заявил о голоде. Только-только смирившийся с невозможностью провести парочку экспериментов Евгений Сергеевич приободрился и выкатил из запасов все, что попалось под руку.

Галеты, сухие пайки, сладкие протеиновые батончики, шоколад – вот неполный список того, что впервые в своей жизни довелось попробовать мороку. Вишенкой на этом «торте» обжорства стало обещанное Инженером лакомство: две печенюхи, склеенные между собой толстым слоем сливочного масла.

– Не удержался, значит, ваш Демон, пошел атаковать, – подвел итог разговора с полковником возвратившийся в научный городок Фотон. Снайпер вовремя подошел к корпусу, наведенный мираж уже исчез.

– Он не наш. Да, решил провести разведку боем, – ответил Кельвин. – Жаль, сам не пожаловал. Ладно, еще встретимся.

Компания не участвовала в ажиотаже научников. Двое наемников сидели во главе стола, рядом расположилась перешедшая под начало Пальчикова секретарша. Как большинство женщин, она пугалась искрящих предметов, поэтому не отходила от полковника, опасливо косясь на мутанта.

Инженер с Фотоном и Электроник сидели с краю. Робот, правда, постоянно отвлекался, чтобы посмотреть, не обижают ли Тушеныча, а то малец перепугается и устроит что-нибудь в целях самозащиты.

– Да ест он, не верти башкой. Там профессор рядом, присмотрит! – ворчал на друга Инженер.

– Что-то я беспокоюсь. Как бы в Пальчикове ученый не пересилил здравый смысл. Я категорически против исследования Тушеныча. Никаких опытов!

– Пальчиков и здравый смысл – синонимы. Ладно, иди, проведай морока. Я же вижу, что тебе не терпится!

Электроник сорвался с места, через минуту его место занял взопревший Евгений Сергеевич. Глаза пожилого завлаба горели огоньком восторга.

– Умаялись, товарищ ученый? Передохните, обсудим, что дальше делать. – Сталкер подвинул пожилому научнику чашку кофе.

– Это просто уму непостижимо! – Морщинистая рука подхватила предложенный напиток, но вместо того, чтобы отхлебнуть черной жидкости, профессор взахлеб делился впечатлениями. – Морок! Живой! И в моей лаборатории! Это грандиозно!

– Мы разделяем ваши чувства, но обстоятельства не терпят отлагательств, – прервал старика Кельвин. – Западники форсируют события, и нам нужно реагировать быстрее. Я послал своих людей на Искорку, чтобы они взяли под контроль проникновение в Зону иностранцев. Хоть частично перекроем возможность доставить подкрепление.

– Вот ведь напасть! – кивнул профессор, бесшумно отпивая кофе. – Нет, были, конечно, на моей памяти попытки использовать Зону в милитаристских целях. Поначалу военные вывозили живых мутантов за Периметр, но эти существа почти тут же погибали, будто рыба, вытащенная из воды на берег. И это к лучшему, я считаю! Кто знает, что бы учинили, например, над мимиками, поместив их на какую-нибудь секретную базу.

– Вас, профессор, больше волнуют мутанты, – улыбнулся Гигабайт. – Представьте, что они могли бы натворить, вырвавшись на свободу.

– Меня волнует эта проблема в целом! Опасность использования аномальных существ в качестве оружия невозможно переоценить! Погибнет много невинных людей! К счастью, Зона продумала возможность не допустить такой катастрофы.

– А что насчет артефактов? Их ведь наверняка вывозят в «мир»? – спросил Инженер. – И зная свойства некоторых таких игрушек, я начинаю беспокоиться!

– Понимаешь, сталкер, все известные мне артефакты за Периметром теряют львиную долю своих свойств. Причем, и это очень любопытно, именно тех свойств, которые мы считаем вредными. То есть все виды пагубных излучений или подобных эффектов просто-напросто нивелируются.

– А медицинские свойства? Защита от ожогов, например?

– Подобные эффекты снижаются лишь частично, но их воздействие настолько слабо, что я бы не взялся вне Зоны лечить людей, скажем, «таблеткой».

– Помню, в прошлый раз вы говорили об опасности для жителей, если эти штуковины попадут не в те руки. А теперь выходит, что артефакты теряют свои свойства. Я запутался.

– Инженер, разве можно что-то утверждать, если эта тема еще недостаточно изучена? И как себя поведут аномальные образования в дальнейшем, я уверенно предсказать, увы, не могу. Конечно, артефакт, утративший свои свойства, положения не спасет.

– Один не спасет, а если их много? Накопительный эффект может восстановить уровень воздействия до первоначального?

– Теоретически может, однако потребуются немалые объемы. Столько артефактов так просто не вывезти.

– Именно поэтому наши враги решили прибрать к рукам главный источник поставок за Периметр – ИИЗ, – кивнул полковник. – Ну Генрих Трифонович, ну сучий потрох. Нашел кому помогать! Знал бы он, кто такой Демон на самом деле. Хотя мне кажется, ему все равно.

– Так ты нам расскажи, чем знаменит этот Демон. Чтобы понимать, с кем мы тут имеем дело, – подал голос Фотон.

– Только без кровавых подробностей, пожалуйста, – попросила Бэллочка.

– Боюсь, без этого не получится. Я столкнулся с этим уродом лет девять назад…

В одной африканской стране с неплохим набором земельных ресурсов царил полный бардак. Жители постоянно разворовываемой «цивилизованными государствами» территории влачили нищенское существование.

Команду Кельвина нанял один из коммерсантов, имевших в той стране легальный бизнес. Оплачиваемые неуемным Западом «повстанцы» то и дело грабили купца, вредили работе, уничтожали оборудование. Бедолага заинтересовал полковника тем, что не хотел крови, он лишь просил отпугнуть разбойников суровыми действиями и попутно создать его предприятию славу опасной организации, чтоб неповадно было.

Полковник, не связанный более ни присягой, ни долгом, отныне руководствовался лишь свободой выбора да собственной совестью. Теперь он сам выбирал, кому помогать, кого защищать, а кого – наказывать. И брал за это деньги. Зато не шел к цели по трупам. И никогда в выборе клиента не ошибался.

Вот уже месяц наемники успешно отбивали атаки подготовленных западными инструкторами хулиганов. Психологическое давление оказалось настолько эффективным, что количество желающих таяло быстрее стаканчика крем-брюле в руке местного чернокожего пацана. Очень мало было желающих идти против неведомых бойцов, наводивших ужас на идиотов, ошибочно продавшихся жадным иноземцам. Вроде и не любят пришельцы убивать, только вот после встречи с ними черные волосы быстро превращались в седые. Ну на фиг.