"Фантастика 2023-164". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Артемьев Роман Г. - Страница 80

Вывернувшего из пустующей гостевой комнаты Лотаря я поначалу не заметил. Понятия не имею, что он там делал. В последнее время я его избегал, чтобы не идти на конфликт, как и остальные домочадцы. Зато он при виде меня немедленно оживился и сразу нашел, к чему прицепиться.

— Ааа! — в голосе пьяницы многообещающе звучала радость. — Сынок! Вот ты где… Стой! Стой, кому говорю!

Попытка скрыться не удалась — прямой приказ скрутил мышцы, заставляя остановиться. Лотарь подбежал, безумно улыбаясь.

— Что, спрятаться от меня думал? Довольный ходишь? Бабка умерла, да? Умерла! На! Нна!

От первого удара я каким-то чудом увернулся, попытка защититься от второго не удалась из-за сведенной мышцы руки. В глазах полыхнуло, заболела скула. Я упал на пол, тут же сильный пинок под ребра отбросил меня в сторону. Тело инстинктивно свернулось в клубок, прикрывая уязвимые внутренние органы и голову.

Не знаю, сколько он меня пинал — потерял сознание. Когда очнулся, рядом находился Хремет. Призрак смотрел на меня с нечитаемым выражением лица. Я с трудом перевернулся на живот, оттолкнулся от пола, кое-как встал на четвереньки и добрался до стены. Хорошая стена, удобная, можно опереться на неё и сидеть, дожидаясь, пока не полегчает. Сверху донеслись эмоции лара — преданный раб сочувствовал младшему хозяину.

Кажется, ребра сломаны. Да не кажется, а точно сломаны. Зато позвоночник цел, уже радость.

— В библиотеке на столе лежит книга, — по полупрозрачному телу старика пробежала судорога. — Прочти её.

Больше ничего не сказав, он развернулся и исчез вдали. Как скажете, наставник. Прочту. Причем, судя по всему, прямо сейчас, иначе насмерть забьёт меня Лотарь. Только к себе в комнату забегу, выпью стимулирующее зелье. Природная регенерация уже начала действовать, но лучше помочь ей, подкинув дополнительного материала для лечения организма.

До библиотеки добрался только через час. Сначала ковылял к себе в комнату, по пути взглянул в зеркало и понял, что необходимо умыться и сменить одежду. На переодевание тоже ушло время. Библиотечный лар не любил, когда в его владениях принимали пищу, но считал моё состояние и смилостивился, в виде исключения разрешив подать чай с закусками. Жрать очень хотелось, несмотря на боль.

Прочтя написанную на латыни книгу, понял, что предлагает Хремет. Я обдумывал нечто похожее, только пришел к выводу, что с моими умениями задача нерешаема — раскопанное заклинание требовало пятьдесят два узла, столько мне ещё долго не потянуть. Будь узлов четырнадцать, то в идеальных условиях, на разгоне сознания, можно было бы попробовать. Однако если есть возможность использовать артефакты… В загашниках должны найтись подходящие, предки за тысячелетия чего только не создали и не отняли.

Кривясь и с трудом удерживаясь от стонов, дошел до старшего хранилища. У нас их три: общее, самое большое, старшее и закрытое, в которое мне доступа нет. В последнем собраны вещи бесценные, при правильном (или неправильном) использовании способные вызвать локальный армагеддон. Намерений баловаться с чем-то разрушительным у меня не было, поэтому я с облегченным вздохом растянулся на кушетке и принялся просматривать каталог, выискивая подходящую для моих целей вещицу.

Нашел, конечно же. Чего у нас только нет. Надо будет озаботиться созданием артефакта, позволяющего сортировку записей по выделенному признаку, потому что в нынешнем виде каталог чуть больше, чем бесполезен. Покряхтывая, встал на ноги и направился к полкам, выискивая указанный в описании номер. Сделав несколько шагов, с радостным удивлением понял, что тело болит намного меньше и, пусть я всё ещё кривлюсь на один бок, идти стало легче.

Артефакт, вернее, комплект артефактов в виде восьми трехгранных призм, нашелся на самом верху. Шкатулка стояла между рогом из кости какого-то животного и спутанного переплетения цепочек на предпоследней полке, пришлось возвращаться назад за лестницей. Чтобы взять комплект, сначала пришлось прошептать формулу деактивации и капнуть каплю крови на охранный контур — обычная мера предосторожности. Артефакты хранятся изолированно друг от друга, их влияние на посетителей или соседей, равно как и влияние на них, стараются свести к минимуму.

Всё, что нужно, имеется. Приступать сейчас?

— Лютик! — спустя пару вдохов лар появился поблизости. — Лотарь где?

В ответ пришло ментальное послание, наполненное ощущениями расстройства, утешения и любви. Он, конечно же, знал и о моём избиении, и о том, где сейчас глава рода. Тот предсказуемо находился спящим в собственной комнате.

В комнату входить нельзя. На спальнях столько всякой защиты наверчено, что неизвестно, как она отреагирует на любого постороннего, неважно, какие у того намерения. Придется подождать.

— Лютик, если Лотарь заснет где-нибудь в доме, не в своей спальне, не переносите его туда, а сначала позовите меня. Что значит зачем? Ты же видишь — с ним не всё хорошо. Я бы даже сказал, с ним всё плохо.

С данными утверждениями лар спорить не мог. Интеллект у него своеобразный, не особо развитый, однако умишка хватает понять, что Лотарь деградирует. Домовые духи хотели бы помочь, это в их сути, только не знают, как. Чем я и планирую воспользоваться.

Рано или поздно Лотарь свалится где-нибудь по пути в спальню. Не думаю, что придется ждать долго. Причинить вред я ему не способен, но помощь — она тоже разная бывает.

Как предполагал, так и вышло. Вечером следующего дня наш глава заявился с Перекрестка, что называется, в дупель пьяный и, не добравшись до спальни, свалился в холле. Просто великолепно. Придя на зов Лютика, я с омерзением осмотрел похрапывающее тело на полу, затем, более внимательно, оценил удобство для предстоящего действия. Лар обеспокоенно наблюдал, кружа в невидимости рядом.

Главное — не сомневаться и не испытывать агрессии. Стоит допустить хотя бы плохую мысль в адрес Лотаря, как подействуют клятвы верности, мгновенно сковав меня приступом боли, а благожелательно на данный момент настроенные духи дома просто не позволят приблизиться к бессознательной туше.

Мысленно повторяя себе, что желаю Лотарю только добра, я вытащил из кармашка загодя заготовленное зелье сна. Практически никакой магии, только успокаивающие травы. Несколько капель упали на грязный ворот, впитавшись в засаленную ткань и начав испарятся, наполняя воздух погружающими в сон ароматами. Мы же не хотим, чтобы Лотарь проснулся, верно? Ему от этого станет плохо, начнет болеть голова, а мы ему зла не желаем… Спустя пару минут десяток капель того же отвара, сладкого и теплого, пролились в приоткрытый рот. Нашейный амулет не среагировал — угрозы жизни нет, ни яда, ни магии в составе артефакт не обнаружил.

Подождав для верности пяток минут, вытащил другой флакон. Это уже полноценное зелье, тоже сонное, но при большой дозировке им легко отравиться. Очень аккуратно, стараясь не спровоцировать носимые артефакты, кончиком платка смочил Лотарю губы. Через пару минут, когда удостоверился, что первая порция впиталась в слизистую — ещё раз, и ещё. Последняя доза погрузила Лотаря в беспробудный сон окончательно, теперь, чтобы его разбудить, надо постараться.

— Лютик! Позови Мерри и Фебу в Склеп, скажи, я буду ждать их там. Да, и Лотарь тоже, я заберу его с собой. Всё хорошо, Лютик, не переживай.

Переносил спящего в Склеп со всей возможной осторожностью, я сестру так на руках нежно не держал, как Лотаря телекинезом. Мне совершенно не хотелось, чтобы он проснулся. Около массивных дверей пришлось остановиться и подождать. Склеп представляет собой длинное строение, в отдельных комнатах которого существуют наши родственники. Не живут — именно существуют, потому что жизнью их бытие не назовешь. Почти все они находятся в стазисе, в надежде дождаться того, кто сумеет решить причиняющую им страдания проблему. Кто-то проклят, другой смертельно ранен, отдельная группа изменилась ментально и не способна испытывать желания, они живы только благодаря заботе ларов. У некоторых от человечности осталось только внешность, на других невозможно смотреть без содрогания, хотя внутри они по-прежнему люди.