"Фантастика 2023-163". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - "Amazerak" - Страница 261

Однако сила воли Антеро была настолько велика, что он не превратил животное в прах, он сумел остановиться сразу после того, как медведь умер. И должен сразу заметить, что это невероятный подвиг. Если бы он не остановился, то превратился бы в Пожирателя. Но парень сумел не просто остановиться, но и выдержать ту ломку, которая у него началась после того, как медведь умер.

Элиас, так зовут отца Антеро, оказался менее волевым человеком. Он испугался того, что если узнают о том, что в клане Охотники состоит Пожиратель, то клан уничтожат. Поэтому он принял решение убить своего сына, несмотря на все его доводы. И клановая сеть позволила ему это сделать, поскольку вероятность того, что из-за Антеро могли уничтожить весь клан равнялась вероятности того, что он сможет ее возвысить была одинаковой.

Разумеется, Элиас уверился в своей правоте, но ему было очень больно от совершенного им поступка. Он ожидал проклятья, которое должен был наслать на него сын. Вот только, сын очень сильно любил своего отца и не держал на него зла. Но он был настолько зол на этот мир, что проклял его. А сила воли парня была настолько велика, что он создал проклятье мирового уровня.

Его-то и перехватила моя Хранительница. Она отправила мою душу в этот мир в тело Антеро, чтобы я исполнил последнюю волю этого парня, а если говорить конкретнее, то моя задача состоит в том, чтобы в этом мире раса тех, кого вы называете Пожирателями, смогла жить на равных правах со всеми. И я знаю, как этого добиться, но сделать это будет не просто.

Во-первых, в этот мир чуть позже меня был призван мой антипод. Очень опасный маньяк, который погрузит этот мир в хаос и войны, если ему удастся победить меня, а, во-вторых, представителей моей расы здесь ненавидят и есть за что. Дело в том, что жители этого мира знают только о тех, кто убил живое существо путем вытягивания из него энергии. Таким образом мы превращаемся в энергетических наркоманов, не способных больше себя контролировать. Но это лишь малая часть того, что вы видите.

На самом же деле наша раса называется Владыки, и мы невероятно сильны. Ты убедилась в этом уже много раз. Я, как и все мои Владыки умеем находить себе подобных и всех их я вербую. В этом мире не останется ни одного Владыки не подконтрольного мне. Я не хочу, чтобы те, кто обладает такой силой, уничтожили этот мир, и у меня есть возможность держать каждого из них под контролем.

— Другими словами, имея такую силу ты не собираешься использовать ее для того, чтобы захватить этот мир? — наконец отошла от шока Ксения.

— Все верно, я не собираюсь ни захватывать, ни порабощать этот мир. Моя задача интегрировать расу Владык для мирного сосуществования с человечеством. Только если мы будем жить с равными правами бок о бок друг с другом сможем сосуществовать вместе. В любом другом случае это будет война на истребление, которая не принесет ничего хорошего ни одной из сторон. И именно по этой причине я вступил в клан охотников, а не в клан Святой Инквизиции, в котором сосредоточены силы намного большие, чем в остальных кланах. Более того, тип сети клана охотников — это саморазвитие, и как сама понимаешь, сеть этого типа с легкостью может убить меня, если я буду действовать вне интересов клана.

Но в моих планах возвысить клан охотников. Сделать героев из Владык, причем таких героев, которыми будут восхищаться большинство людей на земле. Мне нужно, чтобы человечество зависело от нашей силы, и я этого добьюсь. А после я просто открою миру правду о нас. Но это не самая главная проблема. Самая главная проблема — это мой антипод, который развивается очень быстро. Я уже не чувствую направление его местоположения. И больше всего я боюсь за тебя с моим сыном.

— Сколько же тебе лет?

— Когда я умер на Дальфионе, мне было семьдесят. Это чуть ниже среднего возраста даргов.

— А как тебя зовут? В смысле, как тебя звали на Дальфионе?

— Так меня и звали — НикитАр. Это было мое имя. Здесь я сделал из него свою фамилию.

Ксения продолжала сидеть, размышляя над услышанным, я же не торопил её, спокойно ожидая того, что она ответит.

— А императором ты стал для того, чтобы…

— Для того, чтобы набрать союзников для клана охотников. В грядущей клановой войне, и для того, чтобы отдать приказ о том, что Пожиратели больше не преследуются на территории Российской империи. Точнее не так. Приказ будет гласить о том, что Владыки не преследуется на территории Российской империи, а Пожиратели, как и раньше будут уничтожаться, поскольку энергетические наркоманы — это существа, которые не в состоянии себя контролировать. Такие жить не должны.

— То, что ты мне сейчас рассказал это правда?

— Полнейшая правда. Я не стану тебя обманывать в столь значимом вопросе, потому что я люблю тебя, но, если ты откажешься от меня я пойму. Правда, развода я тебе не дам, уж прости. И от своего сына, я отказываться тоже не стану.

Все это время Ксения пристально смотрела мне в глаза, но сейчас она поднялась и подошла ко мне.

— Встань, — попросила она, и я поднялся.

— Я верю тебе любимый. Не знаю, как это объяснить, но я чувствую тебя и чувствую, что ты очень хороший человек. Я знаю, что ты рассказал мне правду. Ты всегда можешь рассчитывать на мою любовь и на мою поддержку. Я не стану отказываться от тебя, да и не смогу. Я слишком сильно люблю тебя. Так, что мы будем делать дальше, муж мой?

— А дальше, любимая, нам с тобой предстоит путешествие. Я же говорил тебе, что мы поедем немного отдохнуть. И ты, радость моя, будешь находиться под круглосуточной охраной тех, кого принято называть в этом мире Пожиратели.

— А ты можешь меня с кем-нибудь из них познакомить?

— Так ты с некоторыми уже знакома, например, с Русланом.

— Так, Руслан Пожиратель?! Ой прости, я хотела сказать Владыка.

— Да. И Руслан, и Эдуард, и Ирина, и Альберт, и Василий.

— Быть не может!

— Но это факт.

— А наш сын?! — забеспокоилась Ксения.

— Очень надеюсь на то, что у него будет мой ген.

— А если у тебя ничего не получится, его же убьют!

— Ты правда веришь в то, что я могу допустить подобное?

— Прости, любимый. Мне просто стало страшно.

— Понимаю. Мне самому бывает страшно за тебя и за моего сына.

— Это как во время свадьбы?

— И во время нее тоже. А ты что, почувствовала?

— Да тебя тогда кидало из жара в холод и обратно. Я старалась тебя успокоить. Думала, что ты нервничаешь из-за свадьбы.

— Из-за свадьбы я тоже нервничал, но не так сильно. Я понимал, что нападение Святой Инквизиции и их приспешников должно осуществиться до церемонии заключения брака. И чем ближе подходило это время, тем сильнее я нервничал, потому что не знал откуда ждать нападения.

— А как ты узнал, что герцог нападет на моего отца?

— Тем же способом, которым мы находим и других Владык. Я способен видеть все энергии, которые окружают меня и на достаточно приличном расстоянии. Я увидел, как в голове герцога образуется энергетический клубок, и то, как он начал менять цвет на красный. Это была ментальная закладка, такое я уже видел. Благо заметил я это вовремя, и у меня было время среагировать.

— Я очень благодарна тебе, что ты спас моего отца. Он очень хороший человек, но я думаю, ты и сам уже это знаешь.

— Знаю.

— Если ты не против, я немного сменю тему, меня очень давно интересует ответ на один вопрос, но я не знала, как его тебе задать.

— Задавай, обещаю, что отвечу честно.

— Когда я видела, как ты, сражаешься в первый раз, то заметила на твоем лице жажду крови и безумный оскал, Но потом я поняла, что ты умеешь себя контролировать, когда ты сохранил жизнь моим соклановцам. Откуда в тебе эта кровожадность? В этом виноват ген Владык.

— Нет, любимая, в этом виновата моя прошлая сущность дарга. Дарги обожают смертельные схватки. Для нас это неотъемлемая часть нашей культуры и нашей жизни. А так как я сохранил всю свою память из прошлой жизни, я сохранил и все свои привычки, и свой характер.