Маг и кошка - Сташеф (Сташефф) Кристофер Зухер - Страница 110

Завершив этот маневр, двое гигантских драконов вернулись к стае, таким же образом отделили от нее еще полдюжины и загнали в норы. Вновь и вновь они дружно и безошибочно повторяли этот прием. В конце концов с десяток оставшихся драконов дерзнули пойти в атаку, но хватило одного огневого залпа со стороны Стегомана и Диметролас — и благоразумие взяло верх. Мелкие драконы бросились к спасительным убежищам.

Тогда Стегоман подлетел к уступу и нацелил язык пламени на бывших погонщиков. Те немногие, что еще не укрылись в своих жилищах, поспешили сделать это и стремглав помчались к высеченным в граните домам. Огромный дракон спустился к самому уступу, и когда он пролетал мимо Антония и Балкис, его седок спрыгнул вниз, пробежал по инерции несколько шагов, остановился, обернулся и с радостной усмешкой раскрыл объятия.

Балкис радостно вскричала и, бросившись к нему, прижалась к его груди.

— О мой дорогой наставник! Как долго я не видела никого-никого с моей родины!

— С настоящей родины. Да, да, конечно. — Мэт отступил на шаг и посмотрел на спутника Балкис. — И кто же этот юный смельчак, которому я, как я понимаю, должен быть обязан за то, что ты жива и невредима?

Балкис с радостной улыбкой обернулась, однако улыбка тут же покинула ее губы, как только она увидела выражение лица Антония.

Мэт пробормотал:

— Не бойся, он просто ревнует!

Сердце у Балкис весело забилось. Она подбежала к возлюбленному.

— О Антоний, это Мэтью Мэнтрел, мой наставник, о котором я тебе рассказывала! Подойди познакомься с ним. Он и все его семейство были мне такими большими друзьями!

При слове «семейство» Антоний заметно повеселел. Он подошел и поклонился Мэтью:

— Для меня большая честь познакомиться с вами, милорд.

Мэт бросил на Балкис укоризненный взгляд:

— Зачем тебе нужно было говорить ему, что я — лорд?

Балкис от души рассмеялась.

— Лорд Мэтью, это мой возлюбленный Антоний — любовь всей моей жизни!

Свои слова она подтвердила тем, что обвила свои плечи рукой Антония и прижалась к нему.

Мэт улыбнулся, пытаясь скрыть легкое возмущение: это надо же — девушка, которая еще год назад была без ума от него, теперь по уши влюбилась в желторотого юнца! Однако скрывать облегчение, которое было куда сильнее возмущения, ему вовсе не было нужды. Он с поклоном проговорил:

— Рад нашей встрече, господин Антоний.

— Ой, какой я господин, что вы! — замахал руками Антоний, — я всего лишь сын крестьянина и не знаю ничего, кроме того, как пахать землю да растить скотину!

— Верно, — подхватила Балкис, — но теперь ты знаешь и обо всех землях, что лежат к северу от твоих родных гор, а уж стихи слагаешь так, что мне не под силу!

— Да нет, в этом я тебе уступаю, — смущенно улыбнувшись, покачал головой Антоний. — Я умею только хорошо заканчивать стихотворения, а ты зачинаешь их с такой легкостью, что я только диву даюсь.

— Похоже, из вас получилась отличная пара, — с трудом удержавшись от улыбки, проговорил Мэт. Он заметил, как влюбленные глядят друг другу в глаза, и понял, что Балкис не солгала, назвав Антония любовью всей ее жизни.

Но вот Балкис наконец сумела оторвать взгляд от любимого и посмотрела на Мэта со всей серьезностью, на которую только была сейчас способна.

— Почему же вы не прогнали этих драконов силой своего волшебства, милорд?

— О, я все же не сидел сложа руки, — заверил ее Мэт. — Как только Диметролас и Стегоман принялись загонять маленьких драконов по домам, я прочел заклинание, смысл которого заключался в том, что благоразумие превыше злости. Поэтому-то никому из беглецов не пришло в голову вернуться и продолжить бой.

Балкис радостно засмеялась и крепче сжала руку Антония.

— И как я не подумала об этом! А ты догадался, что погонщики держали драконов в узде колдовскими чарами?

Мэт насторожился.

— Нет, мне это и в голову не пришло. А ты как узнала?

— Я внимательно слушала, как они переговаривались между собой, как кричали на драконов, — пояснила Балкис.

— И произнесла заклинание, даровавшее драконам свободу, — понимающе кивнул Мэт. — Очень мудро. Но как же теперь сделать так, чтобы драконы не перебили своих бывших тиранов?

— А нужно ли им мешать? — сверкнула глазами Балкис.

— Балкис! — укоризненно воскликнул Антоний. — Конечно, все, что они делали, — ужасно, но мне вовсе не хотелось бы увидеть здесь море крови!

Мэт одобрительно кивнул:

— Думаю, у нас есть время принять мудрое решение. Покуда территорию патрулируют Стегоман и Диметролас, вряд ли кто-то отважится высунуть нос из нор и домов.

— «Диметролас», — повторила Балкис. — Верно, так ее называли маленькие драконы. — Девушка с любопытством взглянула на дракониху, пристроившуюся рядом со Стегоманом посередине скальной деревни. Драконы напоминали двух ястребов, готовых слопать первого же кролика, который дерзнет высунуть голову из норки. И точно: стоило кому-то из рептилий показаться из круглого отверстия загона, как Стегоман тут же изрыгал пламя, и драконы вновь пугливо прятался. Если же в окошке появлялся человек, за дело бралась Диметролас, и эффект получался тот же самый. Позицию драконы-великаны заняли на редкость удачную: более чем в пятидесяти футах от жилищ, но так, что радиус огня был беспроигрышным.

Балкис с улыбкой смотрела на пару ящеров:

— У Стегомана, похоже, роман?

— Потрясающе! — воскликнул Мэт. — А как ты догадалась, что это — дракониха?

— Она стройна и изящна, — ответила Балкис. — Но главное — другие драконы говорили о ней в женском роде. А откуда она?

— Отсюда, судя по всему, — отозвался Мэт. — Но она нам об этом не рассказывала. Мы встретили ее по пути — она стерегла горную вершину в гордом одиночестве. По всей вероятности, выслеживала жирненьких овечек. А уж как она оказалась в тех краях — это наверняка долгая история.

— И вам она эту историю не поведала?

— Нет. Но стоило ей только одним глазком взглянуть на Стегомана — и с тех пор она не оставляет его в покое. Теперь-то ясно почему.

— Ее пленила его красота?

Мэт кивнул:

— Не только красота, но и то, что он первым из самцов ее рода оказался схожим с ней размерами. Кстати, о долгих историях — вы-то как сюда попали?