Фэнтези 2007 [сб.] - Пехов Алексей Юрьевич - Страница 153

— А что ты носишь на шее, дорогой братец? — В поле моего зрения на секунду мелькнула рука Изабо — маленькая, изящная, с большим изумрудным перстнем на безымянном пальце. — Какая чудненькая вещица...

Она замолчала на несколько секунд — наверняка пытаясь разобраться, как открывается снятый с моей шеи медальон. Разобралась, конечно: Изабо с раннего детства отличалась сообразительностью.

— О-о-о, портрет матери... Да ты сентиментален, милый братец! К счастью, леди Изольда не дожила до тех времен, когда ты прославил род сьеров Арновалей кучей сомнительных подвигов... — Тут ее воркующий тон сменился на резкий, приказной. — Поверни его, брат Брокюлар!

Орк отложил дубину и выполнил приказ. И я наконец смог разглядеть Изабо. Вернее, ее наряд: лиловую рясу, украшенную серебряным нагрудным знаком — изображал он два лабриса, скрещенных на фоне Святого Колеса. Подделкой знак не был, даже я, со своими скромными дилетантскими способностями, ощущал это... А человеку посвященному и произнесшему соответствующее слово серебряная безделушка и удостоверит личность сестрицы, и раскроет, какими полномочиями она обладает: только лишь на розыск — или на розыск и тайное вынесение приговора.

Ну и ну...

Когда мы с Изабо встречались в последний раз, ее отношения с инквизицией были далеки от дружеских... Если выразиться с максимальной мягкостью. А если назвать вещи своими именами — то сьерам де Бургилье пришлось расстаться с парой поместий, чтобы смертный приговор непутевой дщери их семейства заменили бессрочным покаянием в одной из самых дальних обителей.

И вот теперь она щеголяет в наряде святой сестры, причем отнюдь не самого низшего ранга. Именно щеголяет: ряса Изабо, коей теоретически надлежало скрывать формы тела и не допускать возникновения греховных плотских мыслей, направленных на ее святость, — ряса была сшита идеально по фигуре, наверняка у лучшего портного. И мысли возникали-таки...

Версию о самозванстве сестрички я сразу отбросил в сторону. Существуют менее болезненные способы самоубийства, чем ношение не принадлежащего тебе амулета инквизиции.

Надо понимать, держать меня в качестве узника здесь, при конюшне, Изабо не собиралась. Не оттого, что хоть сколько-то заботилась о моих удобствах. Но конюшня гостиницы — настоящий проходной двор, не ровен час, придет кто-нибудь за сеном для своей лошадки...

К чему лишние свидетели в таком приватном деле? Можно сказать, в родственном? Инквизицию нигде не любят, но в Пограничье еще и не больно-то страшатся. Опять же, захваченный святой сестрой оруженосец (я оставался в прежнем костюме) — это вам не жена бедного виллана, пытавшаяся наколдовать дождь в засушливое лето... Господин оруженосец и отблагодарить чем-нибудь за спасение от застенков сможет...

Значит, провести ночь мне предстоит не здесь. Скорее всего, под одним кровом с Изабо — какой ущерб для ее честного имени! Впрочем, наносить такой удар по репутации сестрички я не собирался. Вспомнили юность золотую — и пора прощаться.

Но для этого мне надо совсем недолго поговорить с Броком... Поговорить наедине. Судя по татуировке на левой щеке, «брат Брокюлар» происходит из какого-то клана Загорья... С чернолесским орком я столковался бы легче и проще, но выбирать не приходится...

Мои расчеты оправдались. Отчасти.

— Пошли! — отрывисто скомандовала Изабо, и я рывком был поставлен на ноги.

Она подошла к дверям, осторожно выглянула наружу. Все правильно. Тащить меня связанным, даже в густеющих сумерках, — чревато вышеназванными неприятностями. Значит, святая сестра выйдет одна и разведает путь. Возможно, даже не пожалеет заклятие, которое вызовет у случайных прохожих подспудное и неодолимое желание пойти другой дорогой... Время перекинуться парой фраз с орком у меня найдется.

И тут жизнь вдребезги разбила все хитроумные планы.

— За мной! — И мы втроем покинули сарай. Без всякой разведки... Пересекли гостиничный двор и вошли в «Зеленый дракон» с черного хода.

Вот оно что... Пока я шлялся по городку, навязчиво демонстрируя всем встречным-поперечным набитого золотом барона, сестричка Изабо поселилась здесь же! Поселилась, не подозревая, что нынешним вечером гостиница станет ареной весьма любопытных событий. Причем я рассчитывал понаблюдать за ними со стороны — и вот как все получилось...

— Мотивы твоих поступков просты, как прописи в храмовой школе первой ступени... — просветила меня Изабо, и прибавила не совсем в тему: — Попробуй это вино, — лучшее, что я смогла отыскать в здешней дыре.

Учитывая, что руки мои до сих пор оставались связаны, причем за спиной, — я вполне мог расценить ее предложение как издевательство. Но нет! Бокал сам собой медленно оторвался от стола и поплыл к моим губам. Сильна сестричка...

— Хватит, хватит, Арно! Сегодня ты не нужен мне пьяным, а завтра — похмельным!

Бокал отправился в обратное воздушное путешествие, едва я сделал крохотный глоток. Понятно... Демонстрация собственных возможностей, а отнюдь не желание напоить жаждущего.

Изабо победно улыбалась и явно ждала моей реакции. Я изобразил скучающее лицо — и не такое, мол, видали! — и отвел равнодушный взгляд в сторону. Стал смотреть в угол. Там в своей паутине копошился паучок неизвестной мне породы — брюхо его сверкнуло ярким рубиновым отблеском. И я сделал вид, что этот восьмилапый ловец мух интересен куда более, чем сестричка с ее парящими бокалами...

— Может быть, ты перейдешь к сути дела? — спросил я у паучка.

Вместо членистоногого ответила Изабо:

— Хорошо. Перейдем. Итак: год назад ты поступил на службу к местному королю Танкреду. Поступил кондотьером, во главе ватаги где-то набранных тобой наемников. Так?

Я кивнул. Глупо оспаривать общеизвестные факты. Она продолжала:

— После пары сражений, что ты выиграл для его задрипанного величества в войнах с такими же карликовыми властителями, голова у тебя, братец Арно, закружилась. Закружилась, не отрицай... Ибо вознамерился ты ни много ни мало: жениться на единственной королевской дочери, Иветте, и стать для начала принцем-консортом. Танкред, при всей своей занюханности, в восторг от такого зятя не пришел. И выдал тебе смачного пинка под зад. Большая часть твоих головорезов перешла под королевские знамена, а меньшая унесла ноги вместе с тобой, преследуемая так называемой здешней гвардией... Такова предыстория. У тебя нет возражений, братец?