СССР: вернуться в детство?.. (СИ) - Войлошников Владимир - Страница 56

Зато дед Али был настоящий боевой, а не паркетный генерал. Всю Великую Отечественную прошёл (понятное дело, в куда меньших чинах, ибо был тогда лет тридцати с небольшим). Вся грудь в орденах.

А ещё немаловажно, что за часть это была. В своём первом детстве я как-то этот пункт вообще упустила. А много позже однажды поинтересовалась. Они ж, военные части, разные все (и не нужно надо мной ржать, я же девочка...). Вот у нас в Иркутске (и вокруг) есть танкисты, есть ракетчики, есть (при СССР были) авиационные инженеры. А в Солнечногорске стояла часть спецназа Главного разведывательного управления. Получается, дед наш был генералом спецназа ГРУ, что ли?

Как было написано у них на сайте, «Основным назначением (...) являлось предотвращение ядерной и иных угроз «холодной войны»». Я, помнится, взрослая об этом узнала – поразилась страшно. Уточнять детали, когда я начала интересоваться, было давно уже не у кого. И не думаю, что сейчас я рискну спросить у него что-нибудь в лоб. Во-первых, такое как-то не принято спрашивать, а во-вторых, дед Али совершенно не умел разговаривать с детьми. Своих родных у него никогда не было, а та девочка, о которой он всю жизнь заботился, была дочкой его жены от первого брака. По-моему, он детей считал чем-то вроде июньских яблок: маленькие, недозрелые, пользы никакой, оскомина одна. Хотя, возможно, сейчас мне удастся некоторым образом построить с ним общение, не вызывая у деда приступов изжоги.

Вот, кстати, про его жену (с изжогой ассоциация, ага). Жена здесь важна для понимания процесса. К старости у этой дамы то ли от проживания в закрытых городках, то ли от жиру и безделья плавно поехала кукуха. Прямо вместе с крышей дома своего, мда. Сейчас они с дедом Али пока ещё живут вместе, и она изводит его по-тихому, но где-то через полгода процесс перейдёт в острую фазу, она начнёт страшно скандалить, закатывать публичные истерики и (самое худшее) сочинять на деда чудовищные кляузы, тоннами вываливая их на руководство. В конечном счёте дед не выдержит и разведётся с ней, и его понизят в звании до полковника (хотя и с сохранением всех наград и прочего), на том основании, что развод порочит честь мундира высшего офицера. Он будет переживать страшно и начнёт угасать – быстро растает, года за два. Но всё это время будет платить своей психованной дуре алименты. Зашибись вообще перспектива.

Не знаю, можно ли с этим вообще что-то сделать, как подумаю – меня прям клинить начинает. Бабушка пока про всё это не в курсе, собирается в гости радостная. Как бы не вышло там шканда́ля.

Но не ехать нельзя. Надо ехать. Особенно учитывая, что до окончания генеральства осталось совсем мало времени. Почему-то бабушка всегда стеснялась просить брата о чём-то. А я так считаю: не надо стесняться. Обращаться надо к нему, пока есть возможность. Я очень (ОЧЕНЬ) надеялась, что какие-то зацепки и подвязки у него были. Как минимум, должны были быть нужные друзья, у которых могли бы быть нужные знакомства. Ну, вот это – правило семи рукопожатий. Или пяти? Как же без интернета неудобно, блин, вы не представляете! Каждый чих проверить таких усилий сто́ит!

Короче.

Мне кровь из носу нужно было пропихнуть книгу не просто в журнал, а в одно из центральных издательств (а в идеале – и туда, и туда). И дело не в деньгах, уж прожили бы как-нибудь. Дело было в формировании... имени, что ли? Личного бренда? Наверное. Успеть выстрелить. Споры бросить, как орочья грибница, а уж потом мы прорастём, будьте уверены.

Вряд ли мне удастся переплюнуть по продуктивности великих мэтров современности (не будем зазря полоскать на ветру их имена), но, во всяком случае, я собиралась заработать себе имя. А как потом распорядиться этим именем, об этом я старалась даже думать тихо-тихо, самым краем сознания. Это будет потом. Время придёт.

23.10.2023