Измена. Заставлю любить (СИ) - Игонина Ольга - Страница 33

- Света, куда ты все спешишь? И главный здесь я, так что надевай рваный передник, черни лицо, бери метлу, и прогоним первую часть еще разок.

Стивен Спилберг деревенского разлива. Думает, если приехала к нему на индивидуальный отбор, то теперь меня можно мучить как массовку. Я все же прима, меня беречь нужно.

Репетиция окончена, Четыре часа гоняли по кругу один отрывок. Настроение свалилось под сцену и подыхает там в конвульсиях.

Сдираю грим вместе с кожей. В зеркале вижу усталое лицо женщины, которой легко можно дать лет тридцать. Куда же делась легкая звонкая девушка, с которой так приятно было проводить время?

До выселения из квартиры еще неделя. У меня в голове крутится только эта мысль. Натягиваю солнечные очки и спешу на выход. У черного входа кто-то перегораживает дорогу. Ругаюсь и пытаюсь обойти.

- Вы самая яркая звездочка на этой сцене! - незнакомый мужчина протягивает шикарный букет розовых пионов. - Я тут случайно просочился на репетицию. Зашел за билетами, поплутал по театру, дверь была открыта, ну и не удержался. Шикарно играете!

Хм, быстро оцениваю его взглядом. Видно, что при деньгах, только костюм в шестизначную сумму, наверное. На запястье часы, кажется, золотые.

- Спасибо, - благосклонно улыбаюсь. - Удивительно, что в этой роли вы смогли разглядели мой талант.

- Его не заметит разве что слепой, - приятный баритон разлетается по фойе. - Я и моя машина сегодня для вас. Кстати, я Игорь.

Вот это поворот! А жизнь-то налаживается!

Глава 41. Вдруг всем нужна

В санатории хорошо, но дома лучше. Дома у Кати... Возвращаюсь в свою комнату. На тумбочке у кровати меня ждет букет свежих пионов. Здесь уютно, но здесь я - в гостях.

За время отдыха я прошла полную перезагрузку, увидела в себе то, что раньше не видела. Привезла новую Полину.

А еще картины.

- Офигеть! Это ты где такую красоту купила? - Катя перебирает холсты и подолгу их рассматривает..

- Не купила. Это мои.

- Твои - в смысле сама нарисовала?

- Правильнее говорить - написала, но суть одна.

- Чем тебя там кормили и лечили? - подруга смеется. Мы с Катей знакомы несколько лет, но, кажется, ни разу не касались темы художничества.

- Тишина, целебный воздух, время с собой дали поразительный эффект! - пожалуй, за долгое время мне вдруг стало спокойно и комфортно. Я наконец-то просто хорошо себя чувствую. - Думала, что руки забыли, как держать кисть. Ан нет, все помнят.

- Вот эта с цветами просто отпад!

Катя разглядывает полотно в темно-сиреневых тонах, на котором я крупными мазками изобразила ирисы.

- Дарю!

- Серьезно? - Катя смотрит восторженно и удивленно. - Это ж настоящая картина! Они денег стоят.

- Мне будет приятно, что от меня хоть какая-то польза. А картина может дырку на обоях закрывать, - вспоминаю фразу из мультика.

И как я сразу не догадалась сделать такой подарок подруге? Наверное, это вечная скромность и внутренний критик, который ворчит, что работа недостаточно хороша. Но раз ей нравится, пусть забирает.

- Ну, Поля, это великолепная работа. Если она будет висеть в комнате, то никто на обоях уже никакую дырку не увидит. Даже если обоев не будет на стене. Спасибо, подруга, - крепко обнимает меня. - Я ее в офисе повешу.

Катя уходит на работу, а я расставляю оставшиеся холсты по временно моей комнате. Я бы повесила их на стены, но для этого нужно их дырявить.

День после возвращения решаю посвятить отдыху и себе. Не хочется сразу проваливаться в пучину объявлений о сдаче квартир, комнат и новых вакансиях.

Облокачиваюсь на подоконник. За окном - набережная. Всматриваюсь в волны, которые гонит ветер по водохранилищу, в белые статуи, аккуратные беседки и редких прохожих. Достаю холст, и картинка начинает оживать…

***

- Полин, а ты остальные картины уже кому-то подарила? - с порога кричит Катя. - Я свою еле отстояла.

- Никому ничего не дарила. Вот они все. А что случилось? - Иду на кухню разогревать Кате ужин. Всячески стараюсь быть полезной.

- Представляешь - приходит ко мне сегодня постоянный клиент, он с семьей каждый месяц путешествует. Увидел твою картину и вцепился в нее. Оксан, говорит, - это жена его - ты в гостиную ведь что-то подобное как раз искала. Тут и Оксана подключилась. В два голоса начали выпрашивать. Еле отбила твой подарок. И то только потому, что им триптих нужен. Хотят такие же цветочки, но в два раза больше и схожий сюжет на трех картинах. Не знаю, правильно ли передала, но… - Катя на мгновение запинается. - В общем, заказ от него я уже приняла. Главное - он готов платить!

- Кать, ты с ума сошла? Ну какой заказ? Это же так, по настроению было написано.

- Вот и дальше пиши по настроению! Кто мешает-то?

- Но за деньги - это ведь другое… - я вся в смятении. Для меня эти рисунки были выплеском энергии, отражением моего состояния. Как можно брать за это оплату?

- Давай так, - Катя садится рядом, обнимает меня за плечи и успокаивающе поглаживает. - Будем считать, что это я попросила тебя сделать компанию моей картине. Она там висит одинокая на белой стене. Нарисуй еще три такие же. Если будет желание, конечно! Ну а если не будет… И не надо тогда!

- Надеюсь, задаток ты не брала? - зная деятельную натуру своей подруги, не удивлюсь, если они и цену обсудили.

- Нет, конечно! Пока сошлись на том, что я спрошу у тебя. Ну так как? Просто попробуй! Тебе ведь нравится это делать, я вижу, как у тебя глаза горят, когда ты про художества говоришь.

Меня расслабляют ее слова. Действительно, это ведь не заказ, а так, проба пера, точнее, кисти.

- Тебе что-то прикупить надо? - Катя осматривает принадлежности, разложенные на столе. - Можем завтра по художественным магазинам проехаться.

- Краски есть. И два холста еще, на первое время хватит. Кать, от твоих слов у меня аж на сердце тепло стало. - На глазах наворачиваются слезы, но это наверняка от гормонов. Настроение напоминает водопад - то замирает отдельной каплей, то ухает потоком воды вниз.

- Полиш, ты чего? Все будет хорошо! Мы твои картины еще в Центральном выставочном зале или каком-нибудь музее выставим!

Перед сном делаю набросок. Живопись меня успокаивает. Нужно купить нормальный мольберт. С утра первым делом снова сажусь за краски. Ловлю ощущение детства, когда не дочитана любимая книга. Сначала стараешься дочитать ее с фонариком под одеялом, засыпаешь над страницами, а утром подскакиваешь, едва открыв глаза, чтобы поскорее продолжить читать.

Смешиваю синий и зеленый, ищу нужный оттенок. Из этого приятного занятия выдергивает телефонный звонок.

“Влад”.

А так хорошо утро начиналось…

- Привет, как ты? - Влад говорит спокойно, но мне все равно тревожно.

- Все нормально.

- Как самочувствие?

Зачем ему что-то знать обо мне? За неделю в санатории мы практически не общались. Дважды в день он присылал сообщение с одним и тем же вопросом - “как ты?”. Я отвечала стандартно - “нормально”. И на этом наше общение заканчивалось.

Теперь вот звонит…

- Все хорошо, - стараюсь отвечать как можно спокойнее, но сердце ухает и колотится, и меня всю трясет, будто окунули в ледяную прорубь среди жаркого лета.

Разговор не клеится, секунду молчим, и я кладу трубку.

Телефон снова вибрирует. Какой Влад настойчивый! Смотрю на дисплей, а номер незнакомый. Странно.

- Полиночка,здравствуй! Это Лидия Яковлевна, твой врач. Ты куда пропала?

- Здравствуйте. Откуда у вас мой номер?

- Уже два приема пропустила. - Она игнорирует мой вопрос, тараторя фразу, которую наверняка приготовила заранее.

- Спасибо, что беспокоитесь. Я уже встала на учет в женскую консультацию рядом с домом.

- Полина, ну зачем такие жертвы? Тем более Владислав Андреевич все оплатил. Жду вас, приходите и не выдумывайте. - Она прыгает “выканья” на “тыканье” и обратно, и меня это раздражает. - Вы должны думать о ребенке в первую очередь! Сегодня сможете?