Время для жизни (СИ) - "taramans" - Страница 254

«Фикса» завел «драндулет», сел в кабину и поскрежетал коробкой передач:

- С каким поляком Валерьян разговаривал?

- Как с каким? С Юзиком же! – удивился Косов.

«Фикса» засмеялся:

- Ты с чего взял, что Юзик – поляк?

- А кто он?

- Да жид Юзик, жид! Ой уморил! – потом немного успокоился и уже серьезно предупредил, - Ты смотри самому Юзику не скажи, что он – лях! Он их на дух не переваривает, гоноровых этих!

Юзик оказался седым, худым и чуть сгорбленным старичком. О принадлежности его к «богоизбранному» народу, могли свидетельствовать лишь большие поникшие уши, густо покрытые седой же щетиной, да не менее большой нос, висевший изрядной сливой.

- Ну-с, молодые люди, что Вам потребовалось от старого еврея? – мутные глаза старика уставились на них.

Косов достал из кармана приготовленный чертеж, протянул старику.

- М-да… хоть Валерьян и сказал мне, что дело… чистое, однако все же спрошу – не втянете ли Вы меня, шлимазлы, в политику. Мне уже довольно лет, чтобы я хотел помереть в своей постели, а не у расстрельного рва.

«Фикса» возмутился и хотел что-то сказать, но Юзик остановил его поднятой рукой:

- К тебе, Толя, вопросов у меня нет! А вот этот… халамидник… Зачем Вам это понадобилось, молодой человек?

- Шуметь не люблю… знаете ли!

- Ага, ага… Толенька! Скажи мне, бестолочь ты этакая, а с каких пор Валерьян стал ходить по «мокрому»? У Вас что, разум помутился? С какого это испугу, Вы вдруг «масть» сменили?

- Успокойтесь, уважаемый! Ни Толя, ни, тем более, Валерьян «масти» не меняли! Приборчик этот понадобился мне. Для каких целей, Вы и сами поняли. А для какого именно дела? Так… это и не Ваше дело. Спать спокойнее будете. И смею Вас уверить… ни с какой стороны это не касается политики. Просто есть люди, который хотят «срубить» немножко денег, и, так же – немножко наказать плохих людей.

- Эх, молодость, молодость! Глупость, помноженная на самоуверенность! От Ваших «немножко» стынет в жилах, и где-то будут плакать вдовы! Чего же Вам не сидится спокойно.

- Вы абсолютно правы, мастер, что – молодость… Таки – да! И не думаю, что лет сорок назад Вы были таким же спокойным и рассудительным!

- Ой-ц… А здесь Вы правы, да! Как же Вы правы! Выходит, это я поглупел, что пытаюсь донести до юных поцев мудрость старости? Ладно… дело Ваше, где и как Вам сподручнее сложить свою пустую голову! Ну-с… объясните мне поточнее… Вот это отверстие какого диаметра предполагается?

Косов старательно и терпеливо пояснил, что и как в немного доработанном им приборе братьев Митиных. Предполагалось, что глушитель будет разбираться на три составных части – первая часть, которая одевается на ствол «нагана», заканчивалась резьбой, посредством которой к ней была присоединена вторая часть, с одной резиновой шайбой, и двумя каморами. Потом, также на резьбе – третья часть, с двумя каморами и двумя шайбами. Отличие от Брамита, который состоял всего из двух камор и имел всего две шайбы, позволяло, по мнению Косова, еще уменьшить звук выстрела. А размеры были немного поскромнее – и в длине, и в толщине корпуса глушителя. Ну да – результат покажет, был ли Косов прав.

- Да… конструкция простая, ничего сложного в ней нет. Когда Вы хотите получить требуемое?

- Здесь, уважаемый, как говориться – хотелось бы уже вчера!

Юзик хмыкнул, снова посмотрел на Косова с сожалением:

- Я привык за годы к тому, что все встреченные мной в жизни «пиковые» были людьми… нетерпеливыми. Но, однако, они были уже люди взрослые! А если и не так, то… молодежь Вашей «масти» долго не живет! А тут я вижу… молодого человека, который, тем ни менее, уже что-то соображает головой! Жаль, конечно… но что же! Кто я такой, чтобы читать Вам нотации? Приедете послезавтра. И – не раньше!

Возвращаться в клуб не хотелось.

«А не заехать ли мне… к Леночке! Как-то не договорили мы с ней в прошлый раз, не дообщались! Раны, причиненные молодому, растущему организму юной балериной Танькой, не позволили плодотворно сотрудничать с госпожой Завадской! Вот и наверстаем!».

Иван, задумался, и ехал сейчас, улыбаясь, вспоминая Завадскую в роли медсестры, оказывающей медицинскую помощь ранбольному.

«Эвелина Блёданс, мать ее! в «Маски-шоу»».

«Фикса» поглядывал на него периодически, потом не выдержал:

- Слышь, Чибис! Вот не пойму я тебя… Раньше приходилось мне «кентоваться» с некоторыми из Ваших, «пиковых». И вот что я скажу… они все были немного с придурью. Да и особым умом не отличались. И сейчас смотрю на тебя… дело такое предстоит… грязное, и опасное. А ты едешь вон… лыбишься! Как будто… к теще, на блины собрался!

- И чего? Что мне теперь – заранее помирать, если дело грязное и опасное! Толя! В Библии написано – «Будет день – будет и пища!». Так что раньше смерти – не помрешь! И не хрен начинать. А когда б не помирать – один хрен, день терять! Да и… насчет ума и придури… Вот ты Шрама знаешь? У него что – ума нет, или придури много?

«Фикса» подумал, пожевал губами:

- Шрам… Это случай особый! Я с ним близко не знаком… так только – издали видел, да когда он к Валерьяну заскакивает. Но я всегда в таком случае – ухожу. Меньше знаешь – крепче спишь! Да и Шрам… опасный он тип.

Косов ничего не стал отвечать на «спич» подельника. А тот еще некоторое время сидел, крутя «баранку» и чуть слышно что-то бормотал.

Здесь, уважаемые читатели, вновь начинается отрывок Главы, который многие ждали… А многие – будут плеваться и ругаться на автора! Но, как говорится – «Из песни слов не выкинешь!». А что «песня» у меня такая выходит, так, то… на любителя! Хоть неказистая, зато – своя! А если не нравится? Придумайте песню лучше…

Перед дверь Завадской, он осмотрел себя, охлопал штаны, оббил, как мог пыль.

«Видок у меня, конечно… Босота с раёна!».

Завадская открыла дверь и удивленно замерла. В халатике, с прической, в домашних туфлях, она все равно оставалась – дамой.

- Ваня? Ой как неожиданно! – удивление сменилось явно видимой радостью.

- Здравствуй, душа моя! Ты одна? Или… может я не вовремя?

- Ну что ты? Ты очень даже вовремя! Даже сам не представляешь – как вовремя! Проходи, проходи!

Он прошел, закинул кепку на вешалку, приобнял подругу и смачно поцеловал ее в полные красивые губы.

- Ты извини… я в таком виде.

- Да я уже удивилась, что ты – как босяк одет? Откуда такой?

- Да… по делам катался тут! Ванну у тебя принять можно?

- Ну конечно можно! Даже… нужно! – Елена засмеялась.

«Умеет же она так смеяться – низким, хрипловатым голосом. Аж мурашки по спине, и в штанах сразу что-то шевелиться начинает!».

Он стягивал с ног сапоги, присев на «банкетку» у входа, когда услышал негромкий голос:

- Ну здравствуй, Ваня!

Поднял голову. В дверном проеме, ведущим в зал, стояла, опираясь о косяк Ритка. Тоже в халате. Недлинном. Ножки красивые, чуть скрещены.

«Блядь! Похоже – встрял! М-да-а-а… Сколько не отлынивал от обещания… Сколько ни «кормил завтраками» … И все-таки – встрял!».

Судя по всему, его мысли были явно написаны на его лице, потому как Рита хищно потянулась, негромко засмеялась и протянула:

- Ну что… попался, Ванечка?

Косов непроизвольно шмыгнул носом. Получилось смешно. Завадская засмеялась:

- Р-и-и-и-т… ты чего его пугаешь-то? Сейчас еще сбежит! Подождать надо, пока разденется, ванну примет… И вот только тогда…

Женщины засмеялись.

«Отдохнул, мля… душой и телом!».

Одна из самых распространенных фантазий у мужчин – яркий секс с двумя красивыми женщинами. Сколько таких сюжетов снято в порно, сколько «влажных мечт» такого характера посещает мужчину в любом возрасте. В теории-то любой мужик – что ты! «Вот если бы… то я бы… у-у-ух!». А если на практике?

Вот и у Косова… хотя – тогда еще Елизарова, не было такого в реальности. Все представляешь – как бы это могло быть? Все прикидываешь среди своих знакомых дам – а вот если бы… вот эта… а еще и вон – та! Но… в жизни все не так как в действительности.