Время для жизни (СИ) - "taramans" - Страница 220

- Она и человек… хороший.

- Да? Ну – похоже на то. И правда, этой Лидочке позавидовать можно – такая подружка у нее. Ну так что? Ты мне не ответил… Могу я… извиниться перед тобой?

- Можешь…, - прохрипел он. Ага… уже давит там, внизу. Изнутри штанины давит, и снаружи – ее бедро, - Только я… требовательный. Одного раза… мало будет.

- Так кто же… про один раз говорит? Почему же – один раз? Я же так не сказала, правда, Ваня?

Они целовались.

- Смотри… может, еще передумаешь? А то я люблю разнообразие в постели. Тебе может не понравится!

Она засмеялась:

- Ты меня прямо интригуешь! Ничего… я крепкая, выдержу. И кто сказал, что я сама не люблю разнообразия? Может тебе Калошин чего наплел? Тот – может!

- Нет… о таких подробностях… мы не разговаривали.

- Ну и хорошо! А то я бы ему космы повыдергивала!

- Но ты же… продолжаешь с ним спать! И как с этим быть?

- Ванечка! Я молодая, здоровая женщина. Мне иногда надо! А Игорь, он хоть и… мудак, но человек, все же, не самый плохой. И подлостей он не сделает.

- Подлостей не сделает? А тогда, когда вы с Ильей…

- Ой, да что ты знаешь про нас с Ильей? Хотя… ну вот ты сам с ним знаком уже больше, чем полгода. Ну и как с ним жить? Это же… невыносимо иногда бывает!

- Но Тоня же живет с ним?

- Ну да, живет… Только еще не так долго. И к тому же… может у нее терпение ангельское? А я так не могу. У меня тоже… характер!

- Ладно… оставим.

- Да, лучше не будем. Не говори о том, чего совсем не знаешь. Лучше вернемся к нам… Хочешь, я больше не буду… с Игорем? Мы и так-то… встречаемся с ним – раз в месяц – много!

— Это… это значит – уже ставить тебе условия! И это – уже отдача долга, да? Нет, я так не хочу, а, значит, и такое условие тебе ставить не буду!

- А ты интересный! – она засмеялась, - Сколько бы баб хотела бы иметь такого… дружка! Даже условия не ставит!

Она провела рукой у него… внизу. Удивилась.

- Ого! А ты… не мал! Очень даже немал!

- Тем интереснее будет отдавать долги?

- Пошляк! – она, смеясь, шлепнула его по груди ладошкой, - Но ты прав! Так будет… интереснее!

Потом задумалась:

- А хочешь… я останусь с тобой… сегодня?

«Ага! А тут и Лизонька подкрадется! Не-не-не… не надь нам такого!».

- Не получится… сегодня. Давай… потом… как-нибудь!

- Ну вот! Поманил девочку конфеткой, а сам… Подружка сегодня придет, да? Вот же… тоже – лакомка! Ладно, Ванечка! Мы еще свое возьмем, да?

Они снова целовались, когда услышали из вестибюля голос Калошина:

- Варя! Ну, где ты там? Ты идешь?

Она с видимым усилием оторвалась от него:

- Ну вот… пойду.

И уже стоя в дверях:

- А ты все же… отпусти ее. Не держи. Для ее же блага отпусти!

Чем ближе концерт, тем более задумчивой становилась Лиза.

«И что происходит? Волнение? Да вроде – не похоже. Задумчива и несколько… раздражена!».

Ночные «пытання» помогли понять. Типичная женская проблема, называется: «Нечего надеть!».

- Ну, красивая моя! Этому горю помочь не сложно! – пытался успокоить подругу Косов.

- Ага, не сложно! Не сложно ему! Как помочь-то? – Лиза злилась.

- Знач-так… собираемся, и завтра едем в ателье. Будем тебя одевать!

- В какое ателье? В то самое? Ты с ума сошел? У меня нет таких денег! Нет… сколько-то есть. Но с этим «сколько-то» - только расстраиваться лишний раз! Нет… никуда я не поеду! – Лиза «уросит»!

- Роднулька-рыжулька! Кто тебе сказал, что с тебя кто-то возьмет деньги? – Косов, после того, что было перед этим, настроен был благодушно… и благодарно.

На «рыжульку» Лиза ответила таким – несильным «пихом» в бок:

— Это что же? Они меня бесплатно одевать будут? Ага! Так я и поверила! – девушка еще не верит в свое счастье!

- Почему же бесплатно? Ты как-то плохо ко мне относишься! У тебя есть я, а у меня есть деньги.

- И что же… ты будешь меня одевать?

- Странно! А почему бы и нет?

Радостный визг и в Лизу вернулась игривая шестнадцатилетняя девчонка.

«Вот такой она мне больше нравится!».

Через некоторое время, еще не отдышавшись от их игрищ:

- Слушай! Так они же не успеют все сшить! – опять озабоченность!

- Ну почему же не успеют? У них по моделям, насколько я знаю, есть заготовки-выкройки, они только проводят замеры, шьют, подгоняют. И не две недели ждать приходится, а несколько дней. И с одной примеркой. А если их очень попросить, то что-то могут и прямо сразу сшить. Только за срочность плати и все!

И опять – щенячья радость у любимой женщины! Это же здорово, да?

- Вань! А-а-а… Лиду с собой возьмем?

«Ну кто бы сомневался?».

- Ну почему бы и не взять? Только вот есть одно «но»! Как она будет объяснять появление вещей своему мужу?

- Х-х-а! А чего там объяснять-то? Он у нее уехал. Навигация начинается! Сейчас он куда-то в Колпашево уехал, а оттуда уже – дальше. Если и появится, то не раньше конца июня! А то и вообще – только осенью!

- Тогда что? Завтра Илью с его репетициями посылаем лесом и едем покупать девочкам красивые тряпочки?

- Да-а-а-а! – он чуть не оглох от ее радостного вопля.

- Ты с ума сошла, прелесть моя? Тут же, этажом выше и Тоня, и сам – посланный лесом! Сейчас прибегут узнавать, что случилось!

- Плевать! Плевать мне, Ванечка! Какой же ты у меня… Ой, какой! Дай я тебя поцелую!

И через несколько минут – скреб-скреб тихонько в двери!

- Ну вот! Докричалась, да? Иди, узнавай кто там и чего нужно? – шёпотом Лизе.

«Нет, понятно же, что это – Тоня. Илья бы не стал так скрестись!».

Лиза подскочила с кровати и, как была голой, пошла к двери.

- Ты совсем уже, родная? А если это Илья? – засмеялся Косов.

- Ай! – отмахнулась от него Лиза, - Ну какой Илья? Тоня это, неужели не понятно!

Приоткрыв дверь, Лиза высунула голову, о чем-то негромко пошепталась, хихикая.

- Вань! Накинь простынь на себя! Тоня к нам зайдет, - вынесла вердикт переговорам.

«Совсем рехнулись девушки! А если сюда Илья придет, в поисках подруги?».

Но иногда лучше помолчать, чтобы в женских глазах не выглядеть совсем уж идиотом. Он накинул на себя простынь, сел на топчане спиной к стене. Лиза, довольно беспардонно, пошла назад к топчану, и уселась на него, скрестив ноги по-турецки. Выглядит… очень соблазнительно.

Крадучись, в комнату зашла Тоня. Одета она… в штаны Ильи, которые ей безбожно велики и длинны, и в его же расстегнутую рубашку. Все это она пытается одновременно и удержать, и запахнуть, что получается… прямо скажем – не очень. Руки-то всего две! Выглядело это забавно и… трогательно. Она пыталась не косить в сторону Ивана, что тоже не добавляло серьезности ситуации. Сначала Лиза, а потом и Косов начали смеяться, закрывая рты руками.

- Вы совсем уже! Вы чего тут… разорались-то! Ведете себя… как дети малые! – пыталась выговаривать им Тоня, что только добавляло им веселья.

Тоня села у стола, наконец-то справилась с одеждой и замерла.

- Ну! Лиза! Ты чего? А если бы Илья не спал так… как убитый? Если бы он… а не я сюда прибежал!

Косов, успокаиваясь, ткнул пальцем в сторону Лизы:

- Я ей тоже самое говорил!

- Ой, да ладно Вам! Такие прямо серьезные, аж противно! Нельзя что ли человеку порадоваться? – Лиза надула губки.

- А чему ты так радовалась? Я уж испугалась, думала, что другое случилось, - спросила Тоня.

- А что могло случится? Думала – убивает меня тут Косов, да? – снова смеется Лиза, - А радовалась я, подруга, тому, что этот вот юноша пообещал мне, что завтра повезет нас с Лидой в то самое ателье, чтобы купить нам одежды, чтобы на концерт мы шли совсем нарядные и красивые.

Такое известие заставило Тоню совсем по-другому отнестись к происходящему. Глазки ее загорелись, про свой внешний вид девушка забыла. А зря! Отпущенная в районе груди мужская рубашка предательски расходится, почти полностью обнажая девичью грудь. Небольшую такую, но очень ладную.