"Фантастика 2023-162", Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Молитвин Павел Вячеславович - Страница 112

— Нет, не хватит, дорогой Артурчик. Все только начинается.

— И теперь?.. — поинтересовался я.

— Теперь попробуем оборону фиников.

— И…

— Думаю, что они подготовились. Все будет не так просто. Это тебе не наши отъевшиеся ленивцы.

«Ауди» ушла чуть вперед. Машинально положив на колени автомат, я снял рожок, тупо посмотрел на отсвечивающие медью патроны и вставил его на место. Нет, надо же было так попасть. Лучше бы было лежать дома и… Впрочем, судя по всему, это случится не скоро. Я поежился. Не нравилось мне все это.

Впереди показался финский терминал. Нигде ни человечка, огни чуть притушены. Значит, нас ждут.

Когда «ауди» находилась метрах в тридцати от терминала, в лицо нам ударили яркие прожектора, потом через громкоговоритель прозвучала какая-то команда по-фински. Тут же ее повторили по-английски. В финале прозвучал приказ на ломаном русском:

— Остановитесь! Приказываем, остановитесь.

Вместо этого «ауди» ощетинилась автоматами, и в тот момент, когда матросики дали залп, разом погасли все прожектора — явно работа Викториана. Потом взвизгнули шины, и «ауди» занесло. Мой водитель едва успел притормозить, чтобы не врезаться в остановившийся автомобиль.

— Что там у них, Тогот?

— Финны подняли «лежачего полицейского» и тормознули.

— Похоже, у них и в самом деле все хорошо организовано.

— Это мы еще посмотрим.

— Смотрите не смотрите, а дальше хода не будет.

И вновь прозвучала какая-то финская галиматья, но мы к тому времени из машины выскочили, рассыпались по снегу.

— Прикажи аморфу, чтобы присмотрел за Фатей, — велел я и метнулся вперед, к Викториану.

Тот уже что-то нашептывал, готовя какое-то могучее заклятие. Я хотел было спросить, что он задумал, но не стал отрывать от дела. Я видел, как вздулись жилы на лбу колдуна, видел, как, несмотря на холод, капли пота медленно сползают у него со лба.

Потом совершенно неожиданно Викториан направил руки в сторону снежного поля справа от нас. После, тяжело вздохнув, осел, словно заклятие, которое он использовал, высосало из него все силы.

Чуть привстав, я огляделся. Мои ребята закопались в снег, постреливая из автоматов в сторону терминала. В ответ лениво постреливали финны. Пули, подвывая, ворошили снег. Скорее всего, финны чего-то ждали, а может, общались с нашими пограничниками, пытаясь разобраться в том, что происходит. Однако те, кому надо, наверняка все знали, и все равно, действуя с помощью официальных каналов, они были слишком неповоротливы. При всем желании на то, чтобы прислать достаточно большой отряд для захвата нашей группы, у них уйдет еще пара часов. Наш спецназ, пока не разберется с зашуганными пограничниками, не сунется, а финны изначально тормозные.

— Ты на Аллаха надейся, а верблюда привязывай…

— И что ты теперь предложишь мне делать, г… зеленое?

— Ты язык-то попридержи… В принципе, пока все идет, как задумано, если Викториан нигде не ошибся, то все будет тип-топ. Ну а вам пока отступать к лесу, и подальше, чтобы с терминала видно не было. Там и разберемся.

Я повернулся к Иванычу:

— Отводи народ к лесу и прикрой аморфа. У тебя, Игорь, на совести Фатя и Викториан. Помоги им.

И тут раздался странный звук. Словно треснула огромная льдина. Потом треск льда стал оглушительным, неожиданно земля встала дыбом, и вся наша команда разом повалилась в снег. Равнина вздыбилась к небу, надулась пузырем, словно что-то огромное, чудовищное, старалось вырваться из-под снега. А потом лопнуло, и из трещины, словно из скорлупы яйца, появилось что-то большое. Нет, не большое — гигантское, чудовищное. К небу, словно в мольбе, взвились огромные белые жвала, испачканные соплями грязно-желтого яда. Раздутая, словно мертвая плоть, шкура твари была бледной, усеянной многочисленными жесткими волосиками. Одновременно стрельба смолкла и с той, и другой стороны. Все замерли, пораженные зрелищем рождения чудовища — твари другого мира.

В следующий миг мы все разом повалились на землю, зажимая уши, — крик только что родившегося исполина был много ужаснее его внешнего облика. Крик страдания и боли, завывание одинокого существа, которое оказалось в ином мире, в иной эпохе. Видимо, тварь испытывала невероятную боль. Поднявшись на высоту пятиэтажного дома, верхняя часть ее туловища, толщиной с трубу газопровода, начала раскачиваться из стороны в сторону, разбрасывая во все стороны ядовитую слюну и комки снега.

Классная работа, тем более что тварь, судя по всему, была настоящая. Никогда не думал, что колдуны на такое способны. Вызвать к жизни такое чудовище… Я бы после такого заклятия неделю лежал пластом, даже учитывая силовую подкачку Тогота.

Нет, не думал, что кто-то из Посвященных реально способен на такое, тем более в таких масштабах.

А потом, широко распахнув пасть, гигантская ледяная гусеница пыхнула огнем, и к небу взвился гигантский факел зеленоватого пламени, и тварь опять взревела так, что заложило уши. Нет, судя по всему, Викториан переборщил. Невозможно было сохранить в тайне появление такого монстра. Интересно, что расскажут бравые пограничники журналистам по поводу инцидента? Хотя сейчас меня это должно было интересовать меньше всего. В первую очередь надо выбираться. Наследили мы достаточно.

И тут сквозь треск льда послышался до боли знакомый звук — шум винтов. Судя по звуку, три вертолета шли со стороны финнов. По ледяному полю вновь заскользили лучи прожекторов. Гигантская тварь, заметив приближение врага, повернулась в его сторону.

— Иваныч, давай к лесу, — вновь поднял я из снега своих людей. — Двигаем!

Мои люди поднялись и, по колено проваливаясь в снег, побрели на запад, обходя здание терминала. Финны не стреляли, поглощенные созерцанием ледяного червя. Чудовищному созданию, вызванному Искусством, похоже, очень не нравилось соседство огромного здания. В какой-то миг, выгнувшись верхней частью своего многосегментного тела, оно полыхнуло огнем в сторону строения, задев языком пламени верхние этажи. Что-то там полыхнуло, а потом раздался страшный взрыв. Осколки бетона и стекла полетели в разные стороны, очередной раз, искупав нас в снегу. Частично вонзились в тело твари. Естественно, никаких видимых серьезных повреждений ледяная гусеница не получила, но боль от многочисленных царапин еще больше раззадорила ее. Вновь затрещал лед, и тварь выбросила на поверхность лапу, крошечную, в сравнении с ее телом. Но сам вид конечности был омерзителен. Членистая лапа дальневосточного краба — вот что напоминала эта конечность, только вот лапа краба в сравнении с лапкой нашего зверька выглядела словно ножка балерины рядом с ногой борца сумо.

Однако времени на то, чтобы наслаждаться происходящим, не было. Краем глаза поглядывая в сторону чудовища, я побрел к лесу.

Теперь наши враги точно знали, сколько нас и где мы. И, соответственно, нас в ближайшие дни не будут искать в Стокгольме. Охрану с важных объектов они, конечно, не снимут, но расслабятся донельзя. Все так, как и было задумано.

Но как бы, ни тяжело было идти, я, то и дело поглядывал в сторону горящего финского терминала, над которым кружила пара вертолетов. Тварь то и дело плевалась огнем и пыталась вылезти из-под снега. Случайно один из плевков достиг вертолета. Тот развернуло. Потом в нем что-то полыхнуло, и он горящей стрелой понесся к земле. Грохнул взрыв.

— Еще двое, — заметил я мысленно.

— А ты что хотел… Лес рубят, щепки летят, — фыркнул Тогот.

— Я бы хотел, чтобы не гибли невинные граждане.

— С каких это пор тебя это стало волновать?

Я промолчал. Спорить было бессмысленно.

Где-то сзади загрохотал крупнокалиберный пулемет. Ледяной червь финнам не понравился. Но следить за схваткой времени не было. Слой снега стал глубже, идти становилось все тяжелее, и я вынужден был сосредоточить все свое внимание на том, чтобы не отстать от остальных.