Семнадцатая жена - Страда Дион - Страница 78

Стефан откинулся на спинку дивана. От всех предположений и догадок он почувствовал себя окончательно обессилевшим. Вор посмотрел на часы — прошёл всего лишь час. Стефан решил занять голову чем-нибудь более благодатным и менее изматывающим. В дверь вежливо постучали. Соблюдая легенду, он подождал, придал одежде растрёпанный вид, словно её только что пытались быстро и неправильно одеть и после второго стука, немного приоткрыл её. Проводница, проявив чудеса расторопности, принесла их ужин. Стефан поблагодарил, поставил поднос с чем-то накрытым большой крышкой на стол, расплатился и вновь закрыл и запер дверь, до того как девушка успела как следует выгнуться, чтобы разглядеть Мину. Ни к чему отвечать на лишние вопросы о рыжем парике на вешалке.

Ужин пах удручающе. И от поднятия крышки подноса стало только хуже. Поданная курица до такой степени соответствовала современным модным стандартам экологически-чистого питания, что даже умерла своей смертью. А рис к ней являл собой не что иное, как корм, который бедной птице не додали при жизни. Почему при столь недемократическом оформлении поезда, в его вагоне-ресторане подают пищу, попадающую под конвенцию ООН о нераспространении химического и биологического оружия? Или проводница из вредности решила угостить самым лучшим? Ужин не оставил равнодушной даже Мину, она заворочалась и повернулась лицом к Стефану и курице. Вор перевёл взгляд с курицы на девушку. Куда перевела взгляд курица, сказать было сложно, приблизительно так же сложно, как определить, с какой стороны она могла бы куда-то смотреть при жизни.

— Я сегодня на диете, — заспанным голосом ответила Мина на вопросительный взгляд Стефана.

— Я, скорее всего, тоже.

На обмене односложными репликами их разговор обычно и заканчивался, но после недолгой паузы, девушка задала неожиданный для вора вопрос:

— А кто твои родители?

После того, как Мина узнала, кто на самом деле Стефан, она не задавала ему личных вопросов. Считала, что он всё равно ей соврёт. Запах курицы на неё повлиял?

— Никто. Наркоманы. Я их почти не помню, я сбежал из дома, когда мне было десять лет. Почти сразу после того, как они покончили жизнь самоубийством, — Стефан всегда игнорировал своё прошлое.

Оно просто было таким, каким было, он в нём ничего не изменит. А поэтому не видел причин скрывать его в тех случаях, когда требовался честный ответ. Однако на девушку известие о маленьком беспризорнике из неблагополучной семьи произвело впечатление. Она села на диване и положила руки на стол.

— Ты жил на улице? Хотя, чему удивляться, при твоих способностях. Я в хорошем смысле. То есть, не то что это хорошо, а что ты не виноват, — девушка безуспешно пыталась сгладить неоднозначность своих фраз, но вору было всё равно. Он привык к подобным оборотам, — У меня родители любили друг друга, но я их никогда не понимала. И часто убегала из дома и путешествовала по окрестностям. Но всегда возвращалась.

— Я привычный. Наверно, уже с семи лет ночевал неделями в нашем парке и приусадебном лесу. За ними тогда ещё следили садовники. Потом их всех уволили — нечем было платить зарплату, — новость о собственном лесе заставила Мину ещё раз измениться в лице.

Она с недоумением смотрела на Стефана. Он шумно вздохнул и улыбнулся.

— Мой дед, Алан Дей, владел крупной нефтедобывающей компанией. И много ещё чем. Денег хватало. Но, как рассказывала мне мать, в те редкие часы, когда была рядом и в здравом уме, он всегда оставался мечтателем, хотел чего-то невероятного. В последние годы, он начал грезить о некой белой даме и затеял огромную стройку целого города, где-то на побережье Средиземного моря. А потом, когда город почти достроили, он по непонятной причине покончил жизнь самоубийством. В предсмертной записке неровным почерком было что-то в духе «Белая госпожа меня отвергла». Поскольку как я уже сказал, денег хватало, он содержал не только свою семью, но и всех близких и дальних родственников. В результате вырастив поколение скучающих от пресыщения иждивенцев. Которые за неполное поколение промотали все деньги, что остались от состояния деда после постройки города. А я даже никогда не пытался узнать, где он мог находиться — Стефан внимательно смотрел на Мину.

После упоминания города, он выглядела как-то странно, и вор был даже не уверен, слушает ли она дальше и стоит ли продолжать. Но закончил рассказ:

— Я его прямой потомок и наследник. Но ребёнком я видел только толпы алчных родственников, пытавшихся манипулировать мной, купить моё доверие и переписать на себя остатки имущества. Поэтому я и сбежал. Тогда, это казалось лучшим вариантом — просто убежать от всего, что не нравится. И спустя годы, я не считаю, что это было так уж не правильно.

Мина продолжала молча сидеть и смотреть в одну точку. Вор отважился попробовать курицу, не рассчитывая на ответную реакцию со стороны девушки, когда она, наконец, наступила:

— Я выросла и провела юность в городе, который построил твой дед. И тебе прекрасно известно его название — это Лаплас. Как думаешь, кем могла быть «белая госпожа»?

— Мисс Свонсон? — неестественно утробный голос раздался от приоткрывшейся двери.

— Проходите, — менеджер Юлии Девил сидела в необъятном конференц-зале здания Первого Общественного в Санкт-Петербурге, коротая время до отправки экроноплана в Лондон за просмотром новостной ленты.

О смерти Юлии Девил нигде не было ни слова, как и о падении конвертоплана Дмитрия. Вполне логично — Первый Общественный ничего не сказал, значит больше никто и не скажет. Мэри была с самого начала против эксперимента с ментально-управляемым клоном. Но Калиса, знатный любитель экстремальных экспериментов, смогла уговорить Юлию. Мисс Фокс была убеждена в бесценности любого нового знания и проводила опыты без оглядки на этику и гуманность, в том числе и себе. Теоретически, опыт открывал огромные новые возможности. Например, можно давать несколько концертов одновременно в разных точках мира.

Человека, как организм, клонировать не сложно, большой вопрос, что делать с этой болванкой дальше. Именно болванкой, потому что получаемый homosapiens не имеет ни знаний, ни воспоминаний, ни навыков. Отсутствует и историческая память, то бессознательное, что обогащается и передаётся из поколения в поколение. С одной стороны, это позволяет внушить подобной болванке всё что угодно. С другой, невозможно предусмотреть все возможности и частности, за несколько месяцев передать опыт десятилетий жизни самого человека и тысяч лет существования человечества. Очень легко создать нестандартную ситуацию, в которой произойдёт сбой «настроек» и послушный исполнитель превратиться в неконтролируемый сгусток нервов. Неплох вариант загружать в клона память реального человека, но только как это сделать.

Считывать и копаться в чужих воспоминаниях в Ред Фокс умеют мастерски, неплохо получается и у корпорации Иден, но джина всегда было куда сложнее вернуть в бутылку, чем выпустить. Даже не смотря на то, что новоклонированная особь может ни секунды не пребывать в сознании, её мозг начинает обрабатывать информацию об окружающем мире, едва человек становится человеком в биологическом смысле. И эта информация автоматически формирует личностные черты, которых естественно не было у реального прототипа. Клон приобретает свой собственный, уникальный, свойственный только ему опыт и воспоминания. И попытка наложить на одни исключительные данные другие в лучшем случае приведёт к раздвоению личности. Таким образом, как сказал один русский генерал «Покуда бабы на Руси рожать не разучились…» или зачем клонировать, когда за скромные денежные суммы и с меньшими хлопотами можно использовать натуральных людей. Но с мисс Девил случай исключительный.

Благодаря технологиям, опробованным в комплексе Седьмая жена, тёмная дива может с помощью ретрансляторов контролировать свой собственный клон. Дистанционный гипноз самой себя. Жаль на других людей не действует, они ощущают лишь ужасную головную боль и чужеродные мысли в голове. Этакий «голос Сатаны» и единственное, что можно сделать, это развлечения ради свести с ума. В качестве побочного эффекта — сама Юлия в момент «связи» ничего не может делать, а у клона, если он находится далеко, наблюдается некоторая заторможенность реакции. Она и стала виной форс мажора, благодаря которому двое подопытных вновь скрылись. Радует лишь то, что теперь обойдётся без предателей и поиски никто саботировать не будет.