Шоу Подбор (СИ) - Лямина Софья Ивановна - Страница 38

Далеко я уйти не успела. Даже не прикрыв дверь, я уже очутилась в объятиях кого-то сильного. Чувствуя себя как плюшевый медведь, я практически не возмущалась пока чьи-то руки прижали к себе с такой силой, что ребра угрожающе затрещали.

— Боже мой, ты меня сейчас раздавишь, — беззлобно возмутилась я, встершись со взглядом Изольда.

Пилот словно без напряга держал меня на вытянутых руках, оглядывая на предмет повреждений. Но, не обнаружив таковых, снова прижал к себе, похлопав по спине и вырвав остаток кислорода из легких. Так и убить можно!

Мистера Морца я была действительно рада видеть, поэтому ничуть не заботясь тем, как это выглядит с стороны, обхватила мужчину за шею. Один из моих спасителей…

— Спасибо, — произнесла я шепотом, уткнувшись носом в его грудь.

Объяснять причину благодарности не потребовалось. Пилот понятливо хмыкнул, потрепал по голове.

— А ты боец, Оплфорд. — хмыкнул он, вроде как похвалив. — Думал, еще неделю будешь отходить, а ты вон — на ногах и даже условия диктуешь. Что за позиция, тобой обозначенная? Неужто против этих живодеров на опыты сплавить? Ты не дрейфь, мелкая, их же там препарировать не будут. Так, рентген забабахают, крови возьмут, вопросы несложные позадают. А уж потом под суд…

— Мистер Морец, — раздался недовольный голос сэра Аньелли из кабинета. — вы не могли бы почтить нас своим присутствием?

— Какие опыты? — удивилась я, сильнее обхватывая шею пилота, чтобы не ушел. Изольд хмыкнул, но ничего не сказал, только придержал за талию.

Слова сэра Аньелли мы коллективно проигнорировали, даже не обратив внимания на недовольный тон британского лорда. Из кабинета послышался характерный звук наполняемого бокала. Алкоголизм — штука сложно излечимая.

— Ты не знаешь? — вскинул он черную бровь.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь. — покачала головой.

— Потом узнаешь, мелкая. — произнес Изольд, ненавязчиво ослабляя хватку и позволяя соскользнуть на пол. — Я сейчас к начальству, документы подписывать.

— О неразглашении? — понятливо кивнула я, поправляя красное платье.

— Об увольнении по собственному желанию. — самодовольно хмыкнул пилот. — Я твоего совета послушался и к президенту пошел. Права ты была, мировой мужик! Он меня послушал, что-то прикинул и вольную подписать согласился. Говорит, что уладит все.

— Поздравляю! — искренне произнесла я, наблюдая за счастливым выражением лица Изольда.

Еще бы, ведь он столько ждал этого момента!

Изольд был пилотом. Человеком, который привык быть вольным, как птица, иметь свои крылья и стремящийся летать. Мистер Морец лишился своей свободы в один миг, попав в клетку к тирану Леонардо. Сколько же лет он работал под его колпаком? Пожалуй, для свободолюбивого летчика и день, проведенный в качестве пилота при резиденции Арчибальдов, покажется мучительной вечностью.

Теперь же у Изольда появился шанс снова распахнуть крылья на всю длину. Ощутить вкус свободы. И все это благодаря нашему президенту.

Вина кольнула, напомнив недавний диалог с мистером Арчибальдом. Покачав головой, постаралась отбросить ненужные мысли. Извини, совесть, но от своих слов я отказываться не собиралась.

— Встретимся как-нибудь, Оплфорд. — произнес Изольд, похлопав по спине напоследок.

Он вошел в кабинет сэра Аньелли. Скрипнула верь, отрезая меня от происходящего. Подслушивать не хотелось…

Вздохнув, я направилась в сторону местного SPA. Может, хоть массаж приведет меня в чувство?

***

Как же я была права!

Когда я вошла в салон, то хотела только одного — спокойствия. Тихой музыки, сильных рук, массирующих спину, а затем долгого сна. Но вместо этого оказалась в центре внимания всех собравшихся. Конкурсантки и персонал были уже в курсе вчерашнего происшествия и жаждали подробностей.

Однако, нужно отдать им должное. Женщины долго терпели, позволяя мне насладиться несколькими ваннами со специальными добавками, ароматным чаем и глиняными масками, но когда настало время маникюра, прически и макияжа — не выдержали.

Вопросы посыпались со всех сторон, разбив хрупкую атмосферу тишины. Сначала я неохотно рассказывала о произошедшем, но дальше вдруг поняла, что больше не могу молчать. Излив всю боль в своем рассказе, я неожиданно встретила поддержку. Женская солидарность здесь приобрела особую ауру, согревая израненную душу теплом и заботой.

Девушки охали, матерились, плакали, обнимали меня и снова плакали. Работницам салона пришлось несколько раз переделывать мне макияж, который тек от пролитых слез, но никто даже и не думал возмущаться. Даже когда все остальные конкурсантки покинули SPA, поспешив на ужин, работницы салона все также слушали мой рассказ, не отпустив и накормив меня прямо в массажном кресле.

К завершению всех процедур я с удивлением обнаружила, что уже поздний вечер. Даже ужин уже давно подошел к концу.

К этому времени мы успели не только обсудить варваров и живосжигателей, но и перемыть косточки всем нашим бывшим парням, нынешним свекровям и, хихикая, повздыхать над Арчибальдами.

Массаж, конечно, здорово, но банальные женские разговоры — вообще потрясающе! Почувствовав себя отдохнувшей и полной сил, я поспешила в резиденцию.

С девочками мы попрощались так, словно были знакомы сто лет. Пообещав завтра заглянуть к ним на огонек, я поплелась в сторону освещенного внешними фонарями здания.

В резиденции было тихо. Я поднялась на свой этаж, дошла до апартаментов и уже хотела распахнуть дверь, как на руку, которой я коснулась ручки двери, легла чья-та ладонь. Я вздрогнула и резко обернулась, приготовившись защищаться. Но занесенная рука была легко перехвачена и заведена за спину, а знакомый голос насмешливо произнес:

— Я пришел с миром, Этелька!

Дверь, ведущая в мои апартаменты, тихо шаркнула и отворилась. Я спиной почувствовала открытое пространство и, коротко воскликнув, ввалилась в помещение спиной вперед. Роберт, обхвативший меня за талию, такого поворота событий не ожидал и скользнул вслед за мной. Раздался характерный грохот, спину обожгло пламенем, и вот мы уже лежим, растянувшись на полу и вцепившись друг в друга.

Открыв глаза, с удивлением обнаружила Роберта, растянувшегося сверху. Блондин смотрел на меня прямым взглядом цвета крепкого кофе и улыбался. Конечно, ведь ему затылком о пол ударяться не приходилось.

В лунном свете, падающем на нас сквозь окно, кожа Роберта казалась неестественно блендой, словно подсвечиваемой изнутри. А во взгляде плясали опьяненные страстью черти…

Я с ужасом осознала, что узнаю этих старых приятелей. Узнаю черные тени поверх своего отражения в глазах Роберта, мягкую пелену и затуманенность взгляда. Я уже видела это в глазах другого мужчины.

В горле пересохло. Я судорожно попыталась отстранить наследника Арчибальдов ладонями, которые он, впрочем, тут же перехватил.

— Ты безумно красивая, — выдохнул этот соблазнитель, недвусмысленно приблизившись к моему лицу.

Сердце забилось птицей, пойманной руками опытного ловца. И этот неожиданный припадок был вызван отнюдь не взаимным чувством.

Роберт совершал огромную ошибку, возможно, даже не осознавая этого. Здесь, на полу в помещении с незакрытой дверью, где случайно могли оказаться ненужные свидетели, Роберт был готов переступить черту невозврата.

Его губы приближались к моим. Медленно, настойчиво. Взор был обращен прямо на меня. Открытый, с вызовом, который я не могла принять.

Воспоминания накатили удушливой волной.

Жаркая, душная летняя ночь, проведенная с ним в океане. Осенняя тишина с ее горячими напитками и шерстяными пальто. Зимний мороз с ослепляющими солнечными лучами, отражающимися от сугробов и бьющими прямо по глазам. Весенняя, словно заново родившаяся любовь. Слякоть, которая никогда не была помехой, если рядом был он, охотно подхватывающий на руки, чтобы перенести через лужу. Чертов герой без ордена за отвагу.

Сейчас я вспомнила того, за кого чуть не вышла замуж, не уехала в Монте-Карло, с кем чуть не построила идеальную семью. Возможно, того единственного принца, которого никто не ждал.