Наемники Судьбы - Федотова Юлия Викторовна - Страница 102

Не имея возможности самостоятельно справиться с лавиной вопросов, Макс решился прибегнуть к помощи окружающих. Преодолев отвращение, он тряхнул нелюдя за плечо:

– Эй! Слышишь? Как тебя?

Тот не реагировал. Макс тряхнул сильнее. Светлоглазый сполз на бок, голова упала на плечо, из угла рта выкатилась тонкая кровавая струйка, она казалась почти черной на пепельно-сером лице, неподвижном и странном. Похожее выражение Макс видел на лице своего приятеля, когда того, доживавшего последние минуты, извлекали из разбитого автомобиля. Черт возьми!

Секунду поразмыслив, Макс сделал три неутешительных вывода. Первое: где бы он сейчас ни находился, сюда его неким мистическим образом доставил вот этот юный жуткий субъект. Второе: если девчонки сражаются, в то время как парень занят совсем другим, – значит, делать это умеет ТОЛЬКО он. И наконец третье. Если упомянутый парень сейчас скончается – а к тому все и идет, – некому будет вернуть его, Макса, на прежнее место. Что же делать?! Как их, нелюдей, спасают?!

Он беспомощно огляделся, ища поддержки, и стал свидетелем ЧУДА! Одно существо, длинноволосое и нежноликое, стояло на коленях возле другого, короткого и бородатого, со страшной раной в животе, махало руками и тихо бормотало на языке, состоящем, похоже, из одних гласных. И рваная, кошмарная, кровоточащая рана затягивалась на глазах! Кровь перестала течь, края сжались, поверхность подернулась фибриновыми нитями… Вот, значит, как здесь работает система здравоохранения!

– Эй! – позвал он. – Эй! Видите, ему плохо! Сделайте же что-нибудь!

Целитель рассеянно оглянулся, указал рукой на рану бородатого: дескать, есть дела поважнее – и вновь углубился в процесс. Макс заорал громче, но тот только отмахнулся.

– Да черт тебя возьми! Да он уже не дышит!

И тогда рыжая лохматая девчонка с перерубленной рукой встала, шипя от боли, подошла, придерживая кисть, чтоб не отвалилась по дороге, нагнулась к светлоглазому и заорала так, что целитель вздрогнул, подпрыгнул и примчался на зов без малейшего возражения.

К тому моменту, когда вернулись Рагнар и Меридит, совместными усилиями уничтожившие последнего стража, Хельги уже передумал расставаться с жизнью и даже нашел в себе силы сесть.

– А твой брат по оружию чуть не помер! – тут же наябедничала Энка. Страдания не улучшили ее характер.

– Отчего?! – перепугалась диса. – Хельги, солнышко мое, что с тобой?!

– Демон его знает отчего! – отвечала сильфида. – С виду целый-невредимый. Сел и чуть не помер. Сдуру.

– Сама дура! – обиделся демон. – Перетащи столько предметов через границу миров, а я на тебя посмотрю!

– Вы мне скажите, Мир-то спасли? – взмолился Рагнар.

Макс смотрел и потрясался. Он никогда не верил в целителей, знахарей, всяких там колдунов и бабок с их шарлатанскими фокусами. Зря не верил! Часу не прошло – и все раненые были живы и здоровы. Даже рыжая девица весело помахивала приросшей рукой!

Да, Аолен здорово натренировался за последние месяцы!

– Скажи, – пристал Эдуард к сильфиде, – а что бы ты делала, если бы она не приросла?

Энка ответила с ходу – она и сама, видно, задавалась этим вопросом:

– Заказала бы себе железный крюк, как у пиратов Аполидия, что же еще? Очень удобная вещь! Они так ловко им управляются, даже завидно!

Макс услышал и внутренне содрогнулся. Молодая девушка с железным крюком вместо руки! Как у пирата! Ужас!.. Стоп. Услышал? Не может быть! Будто щелкнуло что-то в мозгу – и незнакомые слова стали ему понятны как родные. Вот чудо!

На самом деле никакого чуда не произошло. Просто Хельги вспомнил про Чужого и подумал с досадой: «Что же с тобой делать? Если бы хоть говорить по-нашему умел!»

Вот тот и «научился».

Макс не сразу решился пустить в ход свой нежданный лингвистический дар, предпочел скромно сидеть в углу и изучать обстановку. Двое подростков, Ильза и Эдуард, бросали на него любопытные взгляды, но заговорить стеснялись. Остальным было не до разговоров – они, похоже, собрались устроить обед. Прямо здесь, в мрачной полутемной пещере, заваленной кровавыми трупами! Неужели им кусок в горло полезет?.. Хотя костер – это хорошо. Становилось все холоднее, Макс в своей легкой одежде отчаянно мерз.

Светлоглазый Хельги счел нужным позаботиться о госте. Он удалился в черный коридор и вскоре вернулся с огромным кошмарным тулупом.

– Вот, – шепнул он, отводя глаза, – возьми. Холодно.

Тулуп пованивал тленом, рукав и ворот были испачканы красным. Но выбора не было, а стены уже начинали покрываться инеем. Стараясь ни о чем не думать, Макс набросил гадкое одеяние на плечи.

Наконец пещера была освобождена от трупов, ярко разгорелся костер из мебели (кое-какая мелочь вроде стульев проскочила между пальцев Хельги и избежала возврата в родной мир) – и вся компания уселась вокруг, с вожделением поглядывая на котелок.

Ох и странная это была компания!

Из восьми сидевших у костра лишь трое были людьми: Рагнар, здоровенный парень с простоватой и страшноватой физиономией, от его мощной фигуры веяло какой-то варварской силой и удалью; Ильза, юная и хорошенькая, но неухоженная и диковатая, и Эдуард, худосочный, нескладный отрок с ранней сединой в косматых волосах.

Остальные пятеро к роду человеческому явно не принадлежали. Приземистый, коренастый бородач Орвод (или Орвуд?), тот, что недавно страдал животом, больше всего походил на гнома из сказки. Высокая, широкоплечая девица по имени Меридит внешне от человека мало отличалась, только черты лица были слишком правильными и неподвижными. Зато силой она обладала не то что недевичьей – нечеловеческой. Расчищая место для костра, она отшвыривала тела огромных мужиков с такой легкостью, будто они весили немногим больше резиновых кукол. Двигалась она резко, говорила мало и чем-то неуловимо напоминала начальника охраны Объекта, полковника Григоровича. Макс полковника уважал, но сторонился. Незнакомка вызывала сходные эмоции.

Вторая, рыжая Энка, была не лучше. Одна идея с крюком чего стоит! Да и внешность на любителя. Тощая, костлявая, лицо острое, глаза и рот – больше чем нужно. Уши тоже острые, да она ими еще и прядает, как лошадь. Не красавица, прямо скажем. Зато парни – светлоглазый Хельги и целитель Аолен – один другого краше. Противоестественно хороши. Но если целитель красив безусловно, то от светлоглазого разит какой-то чертовщиной: как глянет – жуть берет…

– Хочешь? – Голос рыжей девицы вывел Макса из размышлений. – Бери, не бойся. Не я варила, Ильза.

Макс отстранил миску. Мутное жидкое варево, воняющее воблой, его не прельстило, проголодаться он не успел. Заботило другое.

– Назад, – выговорил он. Чужие слова странно ощущались на языке. – Мне надо назад. Сейчас.

Вокруг костра повисло молчание. Все смотрели на Чужого. И на Хельги. Первой заговорила Энка:

– А правда, Хельги, почему ты не отправил его назад? Вместе с рыбами?

– Так я и хотел! Вместе с креслом! Я же не виноват, что он с кресла встал, а мне подвернулся некромантский труп. Второпях не разобрал… – Хельги покосился на Макса, вид у того был не жуткий, а, наоборот, смирный и грустный. И это пугало еще больше…

– Скажи! – потребовал Чужой, глядя в упор. – Меня назад отправить сможешь?

Хельги вздохнул. Поерзал. Отложил ложку. Опять вздохнул, наконец собрался с духом и признался:

– Нет. Не могу. Извини. Видишь ли, там, – он сделал рукой неопределенный жест, – был зеленый след, по которому я нашел ваш мир. Я его стер. На всякий случай, чтобы от вас к нам больше никакая дрянь не попала. Вот.

– А как же я? – едва выговорил Макс.

– Застрял! – лаконично пояснила высокая девица Меридит, и по тону ее Макс не мог понять, сочувствует она или издевается.

– Мне надо назад, – упрямо твердил Чужой. – Я должен вернуться.

Энке его нытье быстро надоело.

– Тебя как зовут? – перебила она.

– Максим Александрович Ветлицкий. Макс.

– Скажи, Максим Але… Макс. У тебя есть жена и семеро голодных детей?