Созданная демоном. Книга первая. Васюганские болота - Карташева Мария - Страница 2

– Что случилось? – эхом отразился голос от стен в почти пустом помещении.

– Не могу понять по какой-то причине сбой, – оператор покачал головой, – но охотник сошёл с дистанции. Он нарушил маршрут и движется в другую сторону от места действия.

– Выведи мне последние данные на экран. А его взбодри немного. – искажённый переговорным устройством голос эхом осел в подвальном помещении.

– Сделано. – оператор нажал несколько клавиш.

… и тут к этому ареолу необыкновенного аромата стал примешиваться сладковатый и такой знакомый запах, узнаваемый из тысячи. Запах жертвы.

– Подождите, индикаторы стали приходить в норму. Странно, он в другом месте, но мы выходим на нужную нам ветвь событий.

Стефа́ния, войдя с мороза в тёплое помещение, стянула шапку и, тряхнув волосами, пошла по давно знакомым коридорам, здороваясь со встречными людьми. Вскоре она толкнула дверь одного из кабинетов и вошла внутрь.

– Ох, как холодно. – она улыбнулась сидевшей за столом женщине. – Привет, Марго. Как дела? Судя по прекрасным синякам под глазами, либо много работы, либо ты всё-таки наладила личную жизнь. – ткнув пальцем в стопку бумаг на столе, Стефа́ния продолжила. – Но судя по этой кипе, личная жизнь всё ещё плетётся в конце списка желаний. Заваришь мне чай?

– Чай на полке, чайник в шкафчике. – не отрывая взгляд от ряда фотографий, проронила сестра Стефа́нии.

– Гостеприимно. – Стеф, распахнув короткую шубку, огляделась. – Ладно, чай у тебя гадкий, так что я ненадолго. Посмотрела я твои фотки – ужас, конечно, но я не нашла какой-либо ритуальной связи. – Стефа́ния вытащила из сумки пачку фотографий, поискала глазами место, куда можно их приткнуть, и положила на картонную обложку одной из папок. – Понимаешь, вроде как есть что-то неуловимое, но что это, пока сказать не могу. Я сделала некоторые наброски, но боюсь, это мало чем поможет. Хотя я ещё подумаю. – Стефа́ния присела на стоявший возле стенки диванчик. – Как поживает мой обожатель?

– Извини, но меня гораздо больше интересует, где тот ублюдок, который убил всех этих женщин.

Дверь кабинета приоткрылась, и в образовавшуюся щель просунулась голова мужчины. Ему было примерно за сорок, редкие светлые волосики расползлись поверх черепа неправильной формы, по носу всё время сползали очки в дешёвой оправе, а потёртое пальтишко было измазано штукатуркой на одном плече. Марго посмотрела в его сторону, а его бегающий взгляд несколько секунд елозил по лицу Стеф.

– Я слушаю вас. – наконец не выдержала Марго.

Мужчина с сожалением пошлёпал губами, потом задумался и проговорил:

– Велосипед у меня украли.

– Зимой? Кто сейчас катается, холодина такая? – Марго махнула рукой. – В районное отделение полиции, пожалуйста. Вас дежурный должен был направить.

– Спасибо. – наклонив голову, мужчина стал отступать в коридор. Наткнувшись спиной на какое-то препятствие, он неловко дёрнулся вперёд и из-под пальто показался краешек тяжёлого подвеса или кулона. – Извините. – буркнул он и быстро ретировался.

– Странно. – Стефа́ния снова взяла в руки фотографии.

– Что велосипеды зимой крадут? Ну да, верно. – Марго постучала по столу карандашом.

– Да нет. Мужик мысль сбил. Может, показалось.

Стеф снова пересматривала снимки, где были запечатлены сломанные болью и смертью тела девушек.

– То есть, говоришь, к ритуальным убийствам это отнести нельзя? – Марго подняла на неё глаза.

– Деточка, – фыркнула Стеф, – в мире столько ритуалов и столько человек ещё придумать всего может, что у нас с тобой жизни не хватит всё это выучить. Но связь проследить можно, потом уже психиатра приглашать. – она передёрнула плечами. – Я насмотрелась всего, теперь домой боюсь ходить. А как ты связала воедино эти случаи?

– Я как вернулась со стажировки, то увидела похожий случай у нас. Мы там как раз дела разбирали, так сказать, особые. Позвонила, предложила коллегам поработать вместе. Выслала наши данные, они свои. Потом увидели несколько общих штрихов. – Марго замолчала. – Я тоже, наверное, поэтому редко домой хожу. Здесь как-то спокойнее.

– А какие штрихи? – Стефа́ния поднесла фотографию с места преступления близко к глазам.

На этот раз дверь открылась широко, внутрь вместе с запахом мороза влетело двое мужчин. Один высокий темноволосый и несмотря на молодость статный, второй – плечистый, белобрысый и улыбчивый.

– Малинин, где вы болтаетесь? – раздражённо спросила Марго.

– Так ты же сама просила в архив сгонять. – развёл руками Егор.

– Кого? Кого я просила? Вы с Ма́рычевым всенепременно в архив вдвоём должны были ехать?

– Не, я в морге был, – Ваня Ма́рычев подлетел к Стеф. – Здравствуй, душа моя. Ты будешь моей женой?

Сте́фани вздохнула, закатила глаза и ответила:

– Если ты не доведёшь меня до сердечного приступа своими странными повадками, я поставлю твои вопрос на рассмотрение. – Стеф повернулась к Марго. – Если я когда-нибудь нечаянно убью его, ты будешь обязана, как сестра, завести дело в тупик.

– Как родственница, она не сможет вести дело. – резонно заметил молодой следователь Малинин, – а я, так уж и быть, развалю всё расследование.

– Спасибо, друг Егор. – рассмеялся Иван. – Марго, ну почему твоя младшая сестра так жестоко меня ненавидит? Я люблю её, а она издевается.

– Ма́рычев, я не сплю уже несколько суток, а ты пришёл и несёшь ересь. Идите отсюда кофе пить, я скоро приду к вам. Закажите мне еды какой-нибудь. Малинин, ты тоже иди. – Марго подняла трубку зазвонившего телефона и сделала Стефа́нии, Ма́рычеву и Егору изгоняющий жест.

– Я к кадровикам ещё заскочу. Мне пельменей закажи́те. – бросил Малинин и вышел в коридор.

Выходя из здания, Стефа́ния весело смеялась над шутками своего давнего ухажёра, который был давно и безнадёжно влюблён в неё. Остановившись на минуту, она увидела на другой стороне дороги того мужчину, который искал велосипед, он что-то активно говорил в телефон и жестикулировал. И при этом у него был потерянный вид: видимо, ему не удалось доказать дежурному важность своей пропажи. Вдруг, рассерженно повесив трубку, он зашагал прямо к ней и, когда поравнялся, что-то пробормотал.

– Кто это? – Ма́рычев, исчезнувший на минуту, уже стоял перед ней с прибитым холодом букетиком розовых гвоздик.

– Человек-велосипед. – девушка улыбнулась, взяла букетик, и, поднявшись на носочки, прикоснулась губами к холодной щеке оперативника. – Пойдём в тепло.

Весь последующий день прошёл в рутине будничных дел, и домой Стеф попала только к вечеру. Она устало привалилась спиной к двери и прислушалась к тишине своего жилища, потом стряхнула ползущее изнутри ощущение ужаса и подумала, что ещё один день, проведённый за изучением фотографий жертв, и она просто перестанет ходить домой. Вдруг в квартире резко погасло электричество, и Стеф несколько секунд до боли в глазах всматривалась в темноту, потом она потихоньку выбралась из странного оцепенения и прислушалась. Сейчас она совершенно ясно понимала, что на лестничной клетке кто-то стоит. Осторожные шаги за её дверью то приближались, то удалялись, что-то цокало по металлической обшивке, потом снова становилось тихо. Осторожно повернувшись, Стефа́ния приблизилась к дверному глазку, но за ним была темнота, хотя минуту назад, когда она выходила из лифта, там совершенно точно было светло. Она чуть не разрыдалась от страха и бессилия, перед глазами прошла вереница изображений трупов, и сейчас Стеф показалось, что пришли за ней. Стараясь не проронить ни звука, девушка достала телефон, быстро накидала сообщение Ма́рычеву и вздрогнула от оглушительного грохота звонка над головой. В эту же секунду зажёгся свет.

– Сте́фочка, ты дома? – очаровательный южный акцент соседки невозможно было спутать ни с чем.

– Да-да. Что случилось? – Стефа́ния рывком открыла дверь и сейчас на площадке снова горели все лампочки. – Электричества не было?

– Не знаю. Я мусор вынести хотела, но дверь что-то не открывалась, – соседка улыбнулась, – книги твои принесла. Ты что бледная такая?