Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Величко Андрей Феликсович - Страница 58

Я указал место, где оно окажется часов в пять вечера, и велел Марику полностью заправить бак надувной лодки и спихивать ее на воду. Явление посланца требовало небольшой подготовки, и ее лучше было производить в более уединенном месте.

Оно нашлось километрах в пятнадцати от места нашей стоянки и удовлетворяло всем требованиям. То есть, во-первых, там не было никаких следов человеческой деятельности. А во-вторых, рядом с водой имелось ровное место, вполне достаточное для взлета и посадки «Шаврушки» – в режиме гидроплана мы ее еще не испытывали. Со мной была аппаратура, и я открыл переход в гараж, а оттуда – на Хендерсон. К месту моего появления уже спешил дядя Миша.

– Ну как оно там? – поинтересовался он.

Я рассказал, как именно и что в связи с этим, по моему мнению, надо делать.

– Посланец, говоришь? – задумался дядя Миша. – Ладно, поработаю и посланцем, а пока покатили из ангара «Шаврушку».

Вскоре фюзеляж с хвостом, центропланом и отдельно два крыла стояли на площадке, с которой мы будем перекидывать их сначала в гараж, а потом опять в шестнадцатый век, только на несколько тысяч километров западнее.

– Ладно, ты готовься, а я схожу переоденусь, – сообщил майор.

Все правильно: его наряд, состоящий из шорт и тельняшки, не очень соответствовал образу божественного посланца. Я их, правда, ни разу не видел, но все равно был уверен, что они должны выглядеть как-то по-другому, более солидно и возвышенно. Интересно, какую одежду дядя Миша сочтет достойной столь неординарной миссии?

Действительность оказалась несколько неожиданной, но потом я понял, что это, пожалуй, лучший вариант. Дядя Миша вышел в парадном мундире советского офицера! В том, который для строя, то есть с ремнем и сапогами. Слева на груди располагались четыре ряда орденских планок, а справа – орден Красной Звезды.

– Класс! – подтвердил я. – Самое то, что надо. Ну, потащили самолет?

Вскоре фюзеляж и крылья «Шаврушки» оказались на берегу лагуны острова Чатем. Дядя Миша с интересом озирался.

– А тут, однако, ничего, и даже не жарко, – резюмировал он. – Далеко ты уплыл, как-то даже не очень верится. Лады, зови Марика, и начинаем собирать машинку.

Сборка заняла час с небольшим, потом мы проверили машину, после чего дядя Миша прошелся по будущей взлетной полосе. И вот наконец самолет готов к полету. Майор снял фуражку, сунул ее в бардачок и влез на пилотское место. Я занял пассажирское. Завелся сначала правый, потом левый движок. Дядя Миша дал им прогреться, а потом двинул рычаги газа от себя. Моторы перешли с тарахтения на вой, и амфибия, пробежав по спрессованному песку метров сто, взлетела. Марик помахал нам рукой и полез в лодку – ему предстояло возвращаться к месту стоянки по воде. А мы сделали круг и направились к ней по воздуху.

За время нашего отсутствия народу заметно прибавилось. Кроме шамана с двумя тетками, около лагеря теперь стояло еще человек десять. А за холмом, из-за которого к нам вышла делегация, кучковалось не меньше сотни.

Дядя Миша прошелся над самой землей, прикидывая, куда именно садиться, потом добавил газа, сделал круг и начал заходить на посадку. Пробег кончился у самой воды, метрах в двадцати от самых смелых аборигенов.

Мы с майором вылезли из кабины. Он снял шлем, надел фуражку, строевым шагом подошел к шаману, приложил руку к козырьку фуражки и рявкнул:

– Здравствуйте, товарищи аборигены!

Причем это получилось столь внушительно, что я не очень удивился бы, ответь они: «Здравия желаем, товарищ майор!» Но люди просто потрясенно молчали.

– Поздравляю вас с окончанием предыдущего и наступлением нового этапа в вашей жизни!

Опять молчание. Та тетка, что уже падала, вновь не удержалась на ногах, но сейчас шаман не обратил на нее никакого внимания, буквально поедая глазами майора.

– Подробности вам сообщит вот она, – майор чуть подтолкнул вперед Ханю. – Я же временно вас покидаю, но скоро мы вновь увидимся.

Повернулся кругом и не оборачиваясь скрылся в палатке.

Глава 31

Ремонт «Мечты» продолжался три дня, после чего катамаран был спущен на воду в лагуну, но мы пока не спешили покидать остров Чатем. Ибо ветер как дул с запада, так и продолжал дуть, лишь иногда ослабевая до десяти метров в секунду. А временами усиливаясь до двадцати. В общем, лавировать под парусами весь путь до Австралии я не хотел, а для дизелей при постоянном встречном ветре могло не хватить горючего.

Но была и другая причина для задержки – аборигены острова. При той ситуации, что сложилась у них к моменту нашего появления, они могли стать внушительным кадровым резервом. Но тогда надо было получше разобраться, как они жили раньше, как живут теперь и о каком будущем мечтают. Тем более что Поль уже выздоровел и рвался на подвиги, а тут для них было самое место.

Женя так и не понял, что именно случилось с его пациентом. Подозрение на воспаление легких не подтвердилось, так что доктор остановился на версии отравления газами от сварки, которым некуда было уходить в тесном отсеке перемычки. Наверное, это сыграло свою роль, как и несколько резких перепадов температуры в тесном и загазованном отсеке, но, как мне казалось, в основном это была реакция после сильнейшего нервного напряжения. Ведь мы находились в полушаге от того, чтобы начать тонуть, и все зависело от результатов работы Поля, который это прекрасно понимал. Меня и то примерно с полчаса трясло после завершения ремонта, хоть я по натуре человек малоэмоциональный, да и почти вдвое старше Поля. Он же пока только учился быть спокойным в любых обстоятельствах.

Так вот, температура у него спала на второй день, появился аппетит и большое желание побыстрее покинуть клинику. Женя два дня искал, к чему бы придраться в смысле здоровья пациента, но не нашел и вынужден был его выписать. То есть старший помощник «Мечты» вновь появился на своем корабле. Но сразу его оставил, перебравшись на пассажирское место «Шаврушки». Майор сделал очередной круг над островом, после чего с самолета сошел уже не просто Поль, а младший посланец богов с правом утверждающей подписи – во всяком случае, именно так дядя Миша представил его шаману. Разумеется, тот не понял ни слова, но на авторитет младшего посланца это никоим образом не повлияло. И после церемонии представления Поль с Тимом и Ханей в сопровождении шамана отправились в селение аборигенов, до которого от нашей стоянки было километров восемь. Они должны были поближе познакомиться с местными жителями, а заодно по моей просьбе узнать, где находится дерево, когда-то посаженное пророком.

Это оказалось совсем простым вопросом, и вскоре я, купив в Прудах маленький кроссовый мотоцикл, а точнее пит-байк, переправил его на Чатем. Правда, тут пришлось учитывать, что я не могу взять в двадцать первый век дополнительный кристалл – один должен был оставаться на «Мечте», а второй – на Хендерсоне. И, значит, в случае закрытия перехода время на островах пошло бы почти в триста раз быстрее, чем на даче. Меня подобное не устраивало, так что пришлось не закрывать переход, а свести его к минимальному устойчивому диаметру порядка пяти миллиметров. Он так и оставался открытым все полтора часа, потребовавшиеся на приобретение мотоцикла.

Вернувшись на Чатем, я поехал посмотреть на живую реликвию народа мориори, а заодно и просто покататься. Ведь по Хендерсону ездить можно было только на бульдозере, а на Питкэрне затруднительно даже на нем. Здесь же рельеф вполне позволял использовать колесный транспорт.

Дерево, надо сказать, было очень основательным – я таких здоровых до сих пор не видел. Его высота, измеренная лазерным дальномером, составляла пятьдесят два метра, а обхват у корня – семнадцать. Собственно говоря, из-за своего размера дерево и начало испытывать определенные трудности. Ведь на Чатеме, как я уже узнал, часто дуют сильные западные ветры, отчего все местные деревья в большинстве своем невысокие и кривые – таким проще выжить.