Тайна детской скрипки (СИ) - Ренсинк Татьяна - Страница 36

Иона помотала головой на то, как он дразнит, и склонилась ближе, одарив его губы поцелуем. Пётр сразу выбросил травинку и прижал любимую в свои объятия. Неотрывно целуя, он положил Иону на траву, а руки жадно гладили по талии и груди... Оба ещё некоторое время ласкали друг друга поцелуями и руками, пока выбежавший из дома сын не помчался к ним, весело зовя:

-Мама!

Вздрогнув, словно прогремел гром, они переглянулись от приятного шока услышать долгожданный голосок любимого ребёнка.

-Он заговорил?! - не успел выказать восторг Пётр.

Он вскочил, поймав сына на руки и стал с ним кружиться по поляне. Радости не было предела, как и им, так и поднявшейся рядом Ионе. Мальчик продолжал повторять «мама». Слышать его нежный голосок — было великим счастьем, неописуемым и самым торжественным.

Проведя с сыном всё утро и день, Петра с Ионой отвлекло только сообщение о получении срочного письма от Разумовского. Родители Ионы тут же забрали внука погулять вместе, и Пётр распечатал послание...

-Ну что там? - видела Иона, как он бегает по строкам глазами, и любимый улыбнулся:

-Ждёт нас нынче вечером.

-Слава Богу, - обрадовалась она. - Всё только к лучшему!

-Ты думаешь? - не верил Пётр пока в то, но Иона спросила:

-Ты отправил отчёт по делу княгини Хилковой?

-Да,... я написал выдуманный отчёт для суда, - вздохнул он. - Будем надеяться, что её не ждёт жестокая кара.

Они скоро собрались в путь, и уже через час приехали к дому, где проживал русский посол. Дворецкий проводил по роскошному коридору в кабинет. Сообщив Разумовскому об их приезде, он пропустил пройти и откланялся...

-Прошу, - сразу указал на диваны у окна посол, а сам сел в кресло.

Просторный кабинет, окружённый окнами со всех сторон был весьма светлым и скромным. Уют и тепло царствовали здесь, вселяя надежду на добрую беседу. Сев перед Разумовским на диван, Пётр и Иона пока молчали...

-Вы написали в запросе на встречу, что дело касается некоей княгини.

-Хилковой, - кивнул Пётр. - Прошу посодействовать в её защите.

-О, это не трудно будет сделать. Я читал Ваши пояснения о случившемся с нею. Жаль, что такое произошло. Подставлять аристократов эти наглецы, ой, как умеют! Мне ли не знать, - соглашался Разумовский.

-Разумеется, - улыбнулся Пётр. - Жаль, Вы не знали о существовании сего письма от Матвея Сергеевича, - достал он конверт из кармана и протянул его.

Прочитав письмо, тот сразу ужаснулся:

-Я бы не продал ту детскую скрипку, зная о её тайне! Боже, что могут совершить простые порывы!

-Всё, к счастью, в прошлом, - улыбался натянуто Пётр, что заметил его собеседник и сразу обратился к скромно сидевшей Ионе:

-Ваш выбор ужасен, моя милая... Ваш супруг столь ревнив.

-Надеюсь, Вы не будете ревнивы со своей невестой, а потом и женой, - одарила она теплом улыбки.

-О, я позволю ей иметь любовника. Это норма нашего света, нашего времени, - махнул безразлично рукой тот.

-Время меняется, - не согласилась Иона.

-Да, Вы знаете, я соглашусь, - кивнул Разумовский. - Большие разводы начались... Ушаковых, Апраксиных, например... Прям с ума начинают сходить. Девицы начинают убегать с кавалерами дабы тайно жениться!

-Любовь начинает властвовать, - перебила его речь Иона.

-Ах, позвольте, любовью можно везде заняться, - снова махнул Разумовский рукой. - Девица — будущая жена должна что? Блистать, пленять и нравиться. И, если понравится чужая жена или иная девица, что ж теперь?

-Ценность духовного единения супругов, интерес друг к другу выступают теперь всё же вперёд, - добавил Пётр. - Незаменимость супруга, супруги — добавляет каплю в чаше их любви, плотно связанной с преданностью.

-Вы обращаетесь с женой, как с собственностью? Так никакую избранницу не удержите, - удивился Разумовский. - Да и потом... У кого нет адюльтера, фаворитов?

-Не Ваше дело, - усмехнулся Пётр, вызвав в Ионе рядом еле скрываемую появившуюся тревогу.

-Заметно, - улыбнулся Разумовский кисло и кивнул Ионе. - Вот не завидую Вам... А Вам, - вернулся он к Петру. - Вам завидую... Ваша супруга прекрасна! А обо мне Вы, вижу, имеете непристойное мнение, - принял Разумовский гордый вид. - Однако, я всё же положительный герой в сей пьесе.

-К счастью, как оказалось, - кивнул Пётр, прищурившись, чтобы дать собеседнику вновь двойственное чувство, что и получилось.

Тот только вздохнул:

-Ступайте с Богом... Я окажу защиту княгине Хилковой, но с Вами, граф, не хотел бы вновь пересекаться. Вы являетесь не таким, как все.

-Потому нас сложнее использовать, - поднялся Пётр с любимой вместе, довольный окончанием беседы и под руку с нею ушёл...

Глава 48

Мела метель, капель звенела

И осень с летом пролетела,

Наша любовь не охладела,

Какая б злая воля ни задела.

Прикосновение губ и рук

Любовь рисует друг на друге,

А страхов всех огонь тревожный

Она сметает вмиг: оно ничтожно.

Не сбежишь от любви, не уйдёшь,

И в разлуке она не пройдёт,

Всё простит, снова примет в свой круг

Через слёзы и радость. Она — вечный друг.

И в будни через сотни встречных,

Их голосов, лиц, слов беспечных

Никто нам так не будет дорог,

Даже если вдруг нас и поссорят.

Настанет утро озарения,

Навстречу побежим спасению,

Туда, где снова друг для друга

Жизнь рисовать любовью будем.

Не сбежишь от любви, не уйдёшь,

И в разлуке она не пройдёт,

Всё простит, снова примет в свой круг

Через слёзы и радость. Она — вечный друг.

Пётр допел и отложил гитару. Сидя на стуле тем утром перед любимой в их спальне, он сразу, как проснулись, спел для неё свою новую песню. Восхищённый взгляд Ионы застыл на нём, а молчание обоих затянулось. Они смотрели друг на друга, ласкаясь невидимой нитью их крепкой любви. Такого чудесного дня, казалось, не было ещё никогда...

-Это я сочинил тебе, - кивнул наконец-то Пётр и сел рядом с любимой на краю постели.

-Когда же ты успел? - улыбалась она с восторгом, и он повалил её на кровать, начав покрывать поцелуями:

-Между делом... Желая вновь и вновь показать тебе,... что ты одна у меня, как дорога, как нужна.

-Петенька,... милый мой, - наслаждалась она и дарила ответные поцелуи. - Как же я, встретив тебя, счастье обрела?

-А я?! - сделал удивлённый вид милый, и оба засмеялись, крепко обнявшись и вновь целуясь.

Постучавший к ним в дверь тесть заставил прислушаться:

-Голубки наши, Вы просунулись?! Здесь вдруг приглашение на бал сегодняшний пришло... Королевский... Во дворце!

Взглянув друг на друга, оба сменились в лице. Тревога поселилась в глазах, и Пётр поднялся, скорее принявшись одеваться:

-Здесь что-то не чисто.

-Я боюсь, - встревожилась Иона. - Так всё внезапно.

Она надела пеньюар и села в кресло у столика:

-Тебя отнимут у меня?

Пётр сел рядом, но промолчал, что заставляло душу сжиматься в душащей тревоге: