Акселератор жизни. Слой четвертый (СИ) - Соколов Сергей Александрович - Страница 50

— Папа, мама, познакомьтесь… Это моя жена Тора.

—… Инопланетянка, — тихо произнесла Эвелина, переглядываясь со Ставром.

— Понимаю, что вы немного шокированы…

— А вот мне другое интересно, — перебил я Станислава. — Этот небольшой животик от яблок из твоего «сада» или один старый огн постарался?

— Мгхммм… Понимаешь, Айзек, тут такое дело, — замялся Станислав, поправляя повязку на глазу, напоминая сейчас нашкодившего подростка. — Это я постарался…

— Стас, открою тебе один маленький секрет: хуманы и огны…

— На адептов это тоже распространяется? — как бы невзначай поинтересовался Станислав.

— Вот этого не знаю. — Подобные нюансы мне было неведомы, так что о чём-то утверждать не было смысла. — А вы были…

— Конечно же, были. Сразу, как появились первые «симптомы», посетили медицинский модуль нодов Айрона. Заказали полное исследование. Вполне обычный плод, мальчик, здоровый и крепкий, никаких отклонений… — Станислав улыбнулся, поцеловал огну и взглянул на отца. — Мы посовещались и решили, что назовём его Ставр. Торе очень понравилось это имя.

— Ааа… Эээ… Уу… Угу, — самое содержательное, что смог выдавить из себя глава рода Мышкиных, как раз в тот момент, как экран начал снежить.

— Всё… Не могу больше, давайте закругляться, — на потном лице Кристи проступило явное напряжение. — Не хочу сознание здесь потерять. Быстрееее…

— Папа, мама, рад был вас повидать. Надеюсь, вы поняли, что несмотря на произошедшее, у меня всё замечательно. Да… Прошу вас… Не вините ни в чём Азека. Хоть мы никогда с ним не встречались лично, но он мне как брат. Я люблю…

На этих словах экран с хлопком исчез, а покачивающаяся Кристи громко выдохнула, принимая свой привычный вид.

— Уххх… Думала, сдохну, — утерев пот со лба, на этот раз платком, графиня Никольская помахала всем через плечо, торопливо направившись к выходу из гостиной. — На этом всё. Я ушла… Можете не провожать, выход сама найду.

Ответом ей стало молчание. В гостиной царила обстановка гнетущей задумчивости. Оценив положение дел, мною было решено незамедлительно последовать примеру бывшей хранительницы.

— Было всё легко, но теперь всё сложно, — озвученная мной реплика адресовалась всем. — Могу только представить, что вы сейчас чувствуете. Уверен, что вам многое нужно обдумать. Самое разумное в такой ситуации — дать время на осмысление. Так будет правильно. Забегу в хард к Гао и Сахарову, да и выдвинусь в столицу за родовой печатью.

Приобняв Диану, я поцеловал ведьмочку в макушку, после чего направился на выход. Уже на террасе меня догнала мама Эва.

— Подожди… Айзек, — попросила княгиня, торопливо подходя ко мне. — Непривычно так тебя называть… Извини Ставра и Токарева. Дай им время, и… Я считаю, что ты правильно всё сделал. Ну, что всё рассказал, и спасибо за возможность пообщаться с сыном.

После этих слов княгиня Эвелина меня обняла, погладив по плечу.

— Помни, что ты не посторонний и не чужой нам. Знаю, что мой муж и Фёдор так же считают, но они пока не знают, как с тобой себя вести. Давай, когда всё уляжется, то мы все вместе сядем и обстоятельно поговорим.

— Конечно, княгиня Эв…

— Мама, — поправила меня княгиня Мышкина, смущённо отведя взгляд, чуть тише добавляя: — Если ты сам не против, Айзек.

— Конечно нет, — уверил я маму Эву, ласково улыбнувшись. — Ладно… Пойду к нашим «Кулибиным», сообщу, что у нас скоро появятся мощные процессоры для «Тузиков», а потом к поездке в столицу буду готовиться.

— Будь осторожен, сын…

Глава 20

Столица. Внутреннее кольцо. Титулярная канцелярия Российской империи при императорском дворце.

«Блеск глаза выжигает», — в очередной раз подтвердил я свои наблюдения, следя за тем, как золотое перо недовольного старшего клерка танцует по гербовому бланку.

Причина его недовольства была донельзя проста. Как и подобает сознательному космокнязю, не желающему ни стоять в очередях, ни слышать недовольного пыхтения остальных «страждущих», я решил явиться пораньше, дабы избежать церемониального «стояния в очереди»… Откуда же мне было знать, что здесь нет очередей⁈ Теперь за бедолагой, который должен был принять за сегодняшний день единственного клиента — главу рода Герас, посмеиваясь, наблюдали его коллеги, совершавшие утреннюю накачку кофеём. Судя по весёлым лицам, в их среде вовсю отпускались шуточки в адрес товарища, озадаченного делами прямо с начала рабочего дня.

Ухмылки моментально стёрлись с их физиономий, когда в канцелярию вошла разношёрстная, но очень деловая компания: двух сотрудников штемпельной мастерской императорского дворца и двух гвардейцев возглавлял шустрый старикан в толстенных очках. Я видел его ранее, когда заходил снять сигнатуру своего эфира. Запомнил по алому длинному кителю, и тому, как от него шарахались все мастера-штамповщики и все клерки, которым он при случае, и без оного, норовил сделать «накачку».

— Фёдоров, — коротко представился старик, поправив маленькие круглые очёчи, что держались на кончике носа, и принялся меня внимательно разглядывать. — М-да… Мгхм… Мгм… Угу… А ведь ошибки нет…

— Любезный, могу чем-нибудь помочь?

— Здесь ничего не поможет, — будто в бреду произнёс старикан, после чего резко дёрнул головой, а его взгляд стал осмысленным. — Извините, глава рода Герас, немного задумался… Спасибо.

После последнего слова, Фёдоров схватил мою руку и энергично потряс, довольно ухнув.

— Спасибо… Давно я так не работал, уважаемый князь. Чудом справился.

— Не за что, — озадаченно произнеся это, я зацепился взглядом за два разных по размеру футляра, и тут же закономерно поинтересовался: — Мастер, а почему их два: я ведь одну печать должен получить?… И что это за чемодан?

— Там печать. — Мастер отрешённо почесал висок, а через пару секунд продолжил более тихим голосом: — Не хочу утомлять вас техническими подробностями, а скажу просто: с вашим эфиром очень сложно реализовать механизм авторизации… Наверное… Сейчас выясним.

Приняв от одного из штамповщиков маленький футляр, старикан быстро его открыл и протянул мне вполне стандартную печать формы «пешка».

— Попробуйте, князь Айзек.

Проявляя учтивость, инициативный клерк тут же подставил чистый лист, извлечённый из лотка принтера. Без задней мысли взяв штемпель, я подал в него эфир и опустил гербовое клише на бумагу. Стоило это сделать, как запахло гарью: клише прожгло не только бумагу, но и стол.

— Ой… — я в ступоре разглядывал тлеющий уголь, оставшийся от штампа, пока его ловко не перехватил из моих рук Фёдоров.

— Видите, князь? — старый причудотехник даже не поморщился, держа уголёк в руке, а после опустил его в графин с водой, стоявший на столе клерка. — Если попытаться провести аналогию, то ваш эфир подобен току сверхвысокой частоты.

— Так сразу сказали бы, мастер! — я не совсем понял суть затруднений. — Не вижу препятствий изменить модуляцию. Просто при съёме параметров меня попросили сделать свободное высвобождение эфира в прибор…

— Уже сломанный, — внёс уточнение старик, который, судя по всему, был здесь за главного. — Считыватель субмодуляций сломался после вас, князь. Спасло то, что остались зафиксированные данные измерений.

— Я не специально, — попытался оправдаться я, на что мастер махнул рукой и усмехнулся, демонстрируя золотой ряд зубов.

— Пустяки, князь. Прибор скоро починят. — Старик принялся поглаживать пальцами свою седую бородку. — Субмодуляция эфира подобна отпечаткам пальцев: можно скрыть, но не изменить. Непонятно одно: почему она у вас настолько мощная?

— А мне откуда знать? — оставалось пожать плечами. — Я знаю только о модуляции эфира, а о субмодуляции не слышал.

— Потому что этому нигде не учат, — с полным знанием дела сообщил Фёдоров, тихо хмыкнув. — Субмодуляция — она как эхо, но это неточное сравнение. Когда кричишь в пещере разные фразы, то слышишь разный отзвук. В случае субмодуляции — что бы ни кричал, слышишь одно и то же. — Старикан провёл пальцами по тонким седым усикам. — В вашем случае, уважаемый князь, ммм… Эхо получается громче «голоса», а п и ковая амплитуда зашкаливает. Осмелюсь задать нескромный вопрос, бывший князь Мышкин…