Акселератор жизни. Слой четвертый (СИ) - Соколов Сергей Александрович - Страница 46

— Может, ответишь? А то будут ломиться в самый неподходящий момент, — Зоя лукаво приподняла бровь.

— Это напоминание сработало, — решил пояснить я, легонько целуя княжну. — В обед мне нужно показаться в родовом поместье для разговора с отцом. Если точнее, то это нужно было сделать ещё вчера, но из-за возни с Оскаром пришлось отложить, сославшись на неотложные дела.

— Жееесть! — протянула Зоя и взволнованно уставилась на меня. — Пр ь едставляю, что сейчас думает Ставр Матвеевич… Он ведь не в курсе всех дел.

— Не переживай, милая. Сегодня я это исправлю.

Несколькими часами позже

— Княже, ты меня конечно извини, — хмурый Рика, присланный за мной по велению Токарева, всё же нарушил затянувшееся молчание. — Но я всё же скажу, не могу терпеть… Что вообще творится⁈ Что это за выверты? Всё родовое поместье на ушах стоит! Глава и княгиня бледные ходят, Токарев уже расстрелял половину боезапаса в тире. Княже, я тут краем уха слышал, бойцы поговаривают, что ты… уфф… даже язык не поворачивается такое сказать! Ну, что ты от рода Мышкиных отрёкся.

— Серёг, это полная чушь, — я ободряюще постучал по плечу «пилота-универсала» и адъютанта Токарева в одном лице.

— Фуф… Успокоил, княже. Прямо камень с души свалился, — Сергей облегчённо выдохнул, после чего последовал следующий вопрос. — А ещё я краем уха от княгини Эвелины слышал, что ты, княже, женишься на императорской дочке.

— Есть такое, Серёг. И не только на дочери Великого хана Угэдэя…

— Как это? — удивился Рика, поглядывая на меня через зеркало.

— Статус нойона Монгольской Империи позволяет, — пояснил я, наблюдая за открывающимися воротами поместья Мышкиных. — Серёг, предупреди потом караул, чтобы они пропустили ещё одну машину. Будут гости, вернее, гостья.

— Сделаю, — быстро закивал вышедший из ступора Рика и остановился перед крыльцом террасы, где стоял Токарев. — Удачи, княже. Вон, командующий уже по твою душу пришёл.

— Кто бы сомневался…

Выйдя из автомобиля, я бодрой походкой направился к дяде Фёдору, который поспешно затушил сигарету, внимательно разглядывая меня. Чтобы избежать лишних недоразумений, сейчас у меня была привычная внешность отпрыска рода Мышкиных.

— Парень, — старый вояка тут же приобнял меня по-отечески, сходу начав причитать. — Что же ты устроил? Да я когда пришедшие с курьером документы увидел, то десять лет жизни потерял. Ставр и княгиня себе места второй день не находят. Стасик, скажи, что это недоразумение, и что ты…

— Дядя Фёдор, я тоже рад тебя видеть, — на моих губах проступила усмешка. — Не нужно драм и скоропостижных выводов. Давай в дом. Полагаю, что меня уже все ждут?

— Не то слово! — Токарев энергично закивал головой, забыв о своём изначальном вопросе. — Ставр уже второй час ходит кругами по гостиной и молчит, надувшись, словно сыч.

— Как всё серьёзно. — Достав смартфон, я взглянул на экран, чтобы свериться со временем. — Опаздывает… Ладно, дядя Фёдор, идём внутрь.

Токарев лишь утвердительно кивнул и поспешил вместе со мной к двери. Пройдя небольшой коридор прихожей, я смог убедиться, что всё обстоит так, как говорит старый вояка. Мой предок даже не сразу меня заметил, наворачивая круги по гостиной, в то время, как мама Эвелина довязывала пинетку, сидя на диванчике. Самой первой меня разглядела Диана, покачивающая коляску с моей сестрёнкой.

— Денёчек, — громким шёпотом поприветствовал присутствующих, указывая на коляску. — Спит или можно говорить?

— Нет, не спит, — Диана замотала головой, не скрывая того, что рада меня видеть и быстро поинтересовалась: — Как всё прошло?

О сути вопроса ведьмочки было несложно догадаться: Ди была в курсе нашей совместной операции с Ифом. После моей странной телефонной просьбы о том, чтобы она не появлялась в лицее, пришлось поделиться некоторыми подробностями с условием сохранения всего в тайне.

Вместо ответа я лишь подмигнул Диане, всем видом давая понять, что всё хорошо, и перевёл взгляд на главу рода Мышкиных. Ставр после моего появления закончил свой «променад» и теперь почти не мигая смотрел на меня, будто просвечивая рентгеном.

— Так и будем молчать? — поинтересовался я, пожимая плечами. — Полагаю, что ко мне сейчас много вопросов, и на все будут даны ответы, но сначала нужно кое-кого дождаться. Она мне поможет с объяснениями.

— А… Да… — Ставр с усилием провёл ладонью по лицу, пытаясь прийти в себя, и направился ко мне. — Здравствуй, сын. Немного растерялся.

После приветственного рукопожатия вновь ненадолго повисла тишина, после чего, ещё раз меня оглядев, глава рода Мышкиных решил в свойственной ему манере сразу перейти к делу.

— Что происходит, Стас? — последовал прямой вопрос. — Пришли документы о том, что ты больше не находишься в составе рода Мышкиных. Мне на ум не приходит ни одного логичного объяснения твоему поступку. Я сначала усомнился в подлинности документов, но после проверки…

— Отец, не спеши с выводами. Обещаю, что я всё сейчас расскажу.

— И правда, дорогой, — вмешалась в наш разговор мама Эва, которая, отбросив вязание, оказалась возле меня и заключила в объятия. — Рада тебя видеть, сын. Ты как-то изменился после поездки в Монгольскую Империю. — Слегка прищурившись, княгиня внимательно на меня посмотрела. — Выглядишь более мужественным, что ли. Совсем взрослым стал… Но знай, что какую бы фамилию ты ни носил, ты всегда останешься моим сыном, которым я горжусь.

— Спасибо, мама. У тебя действительно есть повод для гордости.

— Кто-то приехал, — констатировал Токарев, услышав звук подъезжающего к поместью автомобиля.

— Ох, Стас, — занервничала княгиня, быстро поправляя волосы. — Ты бы хоть предупредил, что у нас будут гости. Мы не готовились…

— Пустяки, мама Эва, всё нормально. Она не из тех, кто чтит светский церемониал.

— Мама Эва? — княгиня слегка растерялась от такого обращения, но краем глаза взглянув на коляску, сдержанно засмеялась. — Ну да, сложно отрицать. А скоро ещё и бабушкой стану.

— И не один раз, — уверил я, слыша в прихожей звуки шагов. — Можно начинать нашу беседу, она уже здесь. На эпатажную внешность не обращайте внимания, она так самовыражается.

— Здравствуйте, глава рода Мышкиных, — поздоровалась вошедшая в гостиную девушка, почтительно склонив голову, после чего взглянула на Эвелину, проделав то же самое. — Княгиня…

— Знакомьтесь. Это Кристи, графиня Никольская, — взял я на себя инициативу, видя, что чета Мышкиных пребывает в лёгкой растерянности, несмотря на мои предупреждения.

Неудивительно, ведь внешность Кристи была предметом замешательства не только у благородных. Несмотря на довольно нейтральное чёрное платье с кожаными вставками, закрывающим татуированные руки и плечи, яркий розовый начёс и цепочку от кольца в губе к уху под одеждой не спрячешь.

— П-приятно… — выдавил из себя Ставр, кивнув в знак приветствия. — Присаживайтесь.

— Спасибо, — графиня сделала упрощённый книксен и направилась к указанному креслу.

— Ну, раз все в сборе, то можно начинать, — осмотревшись, я пристроился на соседнем кресле перед журнальным столом и посмотрел на Ставра, который ещё не отошёл от явления графини Никольской. — Отец, советую тоже присесть. И ты, дядя Фёдор…

— Нет… Я, пожалуй постою, — отказался старый вояка, косясь на гостью.

— Что ж… Ладно, — не стал я настаивать, на мгновение задумавшись. — С чего бы начать? Пожалуй, с самого начала, извините за тавтологию… Кхм-кхм! В одном мире, под названием Фагрис, жил-был добрый, смелый и обаятельный космический пират, которого звали Айзек Герас…

— Это сказка какая-то? — смутился дядя Фёдор, склонив голову набок. — Стас, мне кажется, что сейчас «немного» не тот случай…

— Как раз тот, — на моих губах сама собой возникла грустная улыбка. — Давно хотел это сделать. Пусть это будет сказка, но выслушайте сначала. Итак… Жил он, не тужил, зарабатывал честным трудом, пока его не поймали законники Единого правительства, и не казнили. Здесь говорят, что «смерть забирает лучших», но видимо я таковым не являлся… Вместо того, чтобы отправиться, эмм, на «тот свет», часть моего сознания, назовём это так… Она переместилась в тело молодого княжича, который находился в коматозном состоянии в городской клинической больнице. Вместо Станислава Мышкина из комы вышел я — Айзек Герас. Очнувшись… Так! Юрген, Валерий Кузьмич, вы к нам не хотите присоединиться, а не прятаться на лестнице? Вас это тоже касается, между прочим.