"Спецназ древней Руси". Компиляция. Книги 1-10" (СИ) - Корчевский Юрий Григорьевич - Страница 125

– Борис слаб духом. Ему бы удалиться от мира в монастыре, а не править нами. Мы народ воинов и не хотим служить монаху. Святополк – вот истинный государь! Какая разница, по какому обряду молиться Богу? – продолжал Елович. – Хитрые греки обманули нашего князя Владимира и крестили его по своему обряду, боясь, что мы сокрушим их царство. Святополк сможет это сделать! Мы больше не будем связаны по рукам и ногам одной верой.

– Ты, кажется, забыл, боярин, – перебил Еловича воевода Ляшко, который, услышав голоса и увидев, что воины собрались и слушают старых ближников Владимира, подошёл к ним, – что у князя Владимира не два сына. Почему ты хочешь вести людей в Киев служить Святополку, когда можно взять его на щит под рукой у Ярослава Хромого?

На самом деле всё было достаточно просто. У бояр в Киеве были срублены терема и нажито немало богатств. Им было не с руки, чтобы город был разграблен кем бы то ни было. Пусть лучше огню будет предан весь мир, но Киев останется нетронутым.

– А потому, что Ярослав Хромой жаден! Он даже отцу отказался платить – думаете, он вас уважит? Да как бы не так, – закричал Талец, – у него своя новгородская дружина, а у Святополка только вы. С ним мы всю Русь подчиним. Увидите, мы будем поить своих коней в Царстве Греческом. Ярослав же верит, что Христа можно почитать только как велят греки, и, значит, он не дерзнёт пойти на Царьград! Не дерзнёт!

Князь Борис вышел из своего шатра и увидел, как по всему лагерю раздаются крики. Видимо, он переоценил верность людей своего отца. Рядом с ним находился Георгий, который тоже смотрел на всё это с испугом.

– Князь, возьмём самых быстрых коней и покинем стан! Поскачем в Ростов, твой удел! Святополк, увидев твою покорность, не тронет тебя.

– Нет. Воины кричат, но они все христиане и клялись в верности моему отцу, а отец передал их мне. Завтра все утихнут. Идём спать, Георгий. Завтра утром всё станет, как было прежде.

Глава 4

Во времён Рюрика князья жили не в самом Новгороде, а в Городище. Князь Ярослав Владимирович построил свой двор на Торговой стороне славного города. Ярославу было столько же лет, сколько и Святополку, то есть тридцать шесть. Когда он узнал, что его отец решил сделать своим наследником князя Бориса Ростовского, то вознегодовал и перестал платить положенный Новгороду урок в две тысячи гривен.

По сути, это означало войну с отцом, но хромой князь не сильно этого боялся, так как пригласил в Новгород варягов, которые, безусловно, всегда были рады посражаться за золото и серебро.

Четыре тысячи варягов, прибывших в Новгород, сильно меняли положение дел и делали силы Ярослава практически равными силам киевской дружины. Правда, другие сыновья Владимира могли поддержать отца и тогда чаша весов наклонилась бы в сторону Киева, но князь Ярослав надеялся как раз на обратное. Не он один был возмущён тем, что отец хочет передать после своей смерти власть Ростовскому князю Борису, отдав ему командование над дружиной.

Князь Ярослав и ярл Кнуд, который привёл варягов, стояли на крыльце княжеских палат.

– Хороша ты себе дворь возвёл, – сказал ярл Кнуд, – богаты живёшь, князь!

Ярослав скрыл улыбку, слушая речь ярла. Впрочем, на душе у князя Ярослава было неспокойно, так как он как никто другой знал, что варяги люди хищные и если чего захотят забрать, то будут лить за это кровь.

– Здесь нищетой тебе всё покажется, коли увидишь Киев, ярл. Многие годы две трети богатств Новгород отсылает в Киев – там богатство, а здесь остаток.

Варяг ухмыльнулся. Он уже не первый раз приходил служить правителям, и все они говорили одно и то же: что сами они бедные, а вот их враги из золотых блюд едят и серебром стены своих дворцов украшают. Варяг прикинул, а сможет ли он со своими людьми занять Новгород. Кто знает, может, и сможет, но кровью умоется. Славяне – это тебе не франки или саксы, они за своё биться будут насмерть.

– Княж, сколь многа воина у отец твой? – спросил ярл Кнуд. – Когды пойдём в бои, мой человикь не хочэт сыдет уберияв рука.

Князь Ярослав понял речь варяга, но ему надоело слышать коверканные славянские слова, поэтому он заговорил на варяжском языке, чем сильно удивил ярла.

– Если моего отца не поддержат другие мои братья, то силы наши равны. Но братья могут поддержать и меня. Мой отец хочет передать власть в обход старших сыновей своему любимому младшему сыну.

Ярл кивнул, давая понять, что дальше ему неинтересно, а после подошёл к девушке, которая стояла рядом с теремом, поставив перед собой вёдра и коромысло, и, по всей видимости, отдыхала.

Князь Ярослав недоумённо смотрел на ярла, когда тот со смехом быстрым движением схватил девушку за горло, а другой рукой сорвал с неё серебряное украшение.

Девушка вскрикнула, а варяг, отпустив её горло, засмеялся. Ярослав сделал несколько шагов, но боль в ноге остановила его. Князь не мог быстро ходить из-за хромоты. В детстве он, желая быть не хуже старших братьев, украл отцовского коня и в тот же день обогнал всех, когда они катались.

Каждый раз, когда Ярослав стискивал зубы от боли, он вспоминал этот день. Славный день, когда он был впереди всех своих старших братьев – Вышеслава и Изяслава. Святополка он старшим не считал. А после отцовский конь сбросил мальчика и тот сломал ногу. Волхвы говорили, что он умрёт, другие предлагали отсечь конечность, но один грек привязал к ней две палки и заделал всю ногу в глину.

Нога никогда не стала такой, как прежде, но Ярослав мог ходить. Тот день был единственным днём, когда он обгонял на коне своих братьев. Больше такого дня не было, так как Ярослав теперь ездил лишь на спокойных кобылах. На других он усидеть не мог.

– Красывая оберега, – проговорил ярл, и, смеясь, оттолкнул девушку.

Люди, проходящие мимо, недобро посмотрели на ярла. Некоторые даже положили руки на рукояти кинжалов или проверили топоры, но варяг, не испугавшись их, скорчил рожу и продолжил смеяться.

Тварь, животное, подумал Ярослав, глядя на Кнуда. Это просто животное, которому неведомы ни страх, ни совесть, но в его мече и мечах его соотечественников я сильно нуждаюсь. Варяг быстро вбежал по ступеням и встал рядом с князем Ярославом.

– Зачем ты сорвал побрякушку с этой девушки? – спросил Ярослав у ярла на варяжском языке, чтобы никто не понял, о чём он говорит с ярлом.

– Мне захотелось показать ей, что я силён. Девы любят силу. Силу любят все, – ответил ярл, поигрывая серебряным украшением. – Не бойся, князь, я не трону твою жену! Я не буду трогать жену того, кто не сможет за неё постоять.

Князь Ярослав стиснул зубы. Животное смеётся над ним и над его хромотой. Нет, как боец я, конечно, тебе не соперник, подумал Ярослав. Хорошо, что варяг произнёс эти слова на своём языке, а то совсем стыдно было бы.

Кнуд Эрикссон приплыл с варягами на службу к конунгу Ярсфельду, так варяги называли Ярослава, почти месяц назад всего с тремя кораблями. Варяги разместились возле своих кораблей и быстро заскучали. Новгородцы казались им такими дикими и такими глупыми, но тронуть их они вначале боялись, так как знали, что славяне в случае чего быстро возьмутся за оружие.

По мере того как число варягов росло, так как всё новые и новые драконы приплывали к Новгороду, росла и храбрость варягов.

На улице стояла жаркая погода. Вынужденные целыми днями бездельничать варяги стали искать себе забавы.

– Ярл, – к Кнуду Эрикссону подошёл один из варягов, крепко держа за руку девушку, – ты здесь скучаешь. Посмотри, кого мы тебе привели. Потешь плоть.

Кнуд с ухмылкой посмотрел на воина и на пытающуюся освободиться девушку, совсем юную.

Кнуд подошёл к ней и, взяв своей могучей рукой её за подбородок, расхохотался, а затем резким движением развернул её спиной к себе. Варяги встретили такие действия своего ярла дружным радостным криком и смехом.

Конечно же, воинам было безразлично, потешит ли плоть ярл или нет, но вот то, что он такой подарок принял, как бы означало, что можно и им повеселиться.