За грехи отцов - Блейк Анна - Страница 87

Секретарь передала бумагу судье. Тот прочитал, проверил все подписи. Тишину в зале нарушало только дыхание сотен человек. Дженкинс впервые за этот день поднял глаза и посмотрел на своего адвоката. Берне ответил ему скупой улыбкой. Судья хмурился. Законы Треверберга говорили о том, что мнение присяжных основополагающее. Но ответственность за решение лежит на судье. Именно он назначает норму пресечения свободы, степень наказания. Конечно, он готовит вердикты заранее, а итоговое решение принимает в зале суда после того, как присяжные озвучат свое. Судья перебрал документы, просматривая варианты приговоров. Выбрал один. Внес правки. Аксель видел напряжение в его глазах. Сомнения. Зал терпеливо ждал. Все понимали, что «невиновен» в устах присяжных – результат спектакля, который устроил Берне.

Но что скажет суд?

– Суд постановил. Учитывая показания доктора Аурелии Баррон, которая провела психиатрическую экспертизу подсудимого, признать Альберта Тимиона Дженкинса виновным в совершении убийств десяти человек и вынести следующий приговор: Альберта Тимиона Дженкинса заключить под стражу и направить для реабилитации и лечения в судебную психиатрическую клинику доктора Аурелии Баррон. Срок заключения двадцать лет. Приговор подлежит обжалованию в установленные законом Треверберга сроки.

Эпилог

Весна, 2000

Старый Треверберг

Маркус Арво провел рукой по отросшим волосам и улыбнулся очаровательному риелтору. Ритолина Рэксон нашла ту самую жертву, расследование обстоятельств жизни и смерти которой привело Акселя Грина в его камеру. Детектив сдержал слово. Он уговорил лучшего криминального адвоката города вытащить его из тюрьмы, и Маркуса отпустили вскоре после ареста настоящего убийцы.

На допросах Дженкинс подтвердил, что имеет отношение к смерти брата и падчерицы. Но свобода была бы неполной, если бы не сумма компенсации, которую ему выплатили город и полиция. Денег хватило на реабилитацию, которую Маркус уже оплатил. И на небольшой особняк, который он решил купить, понимая, что не сможет жить в своей старой квартире. Он продал квартиру, добавил денег из компенсации и, набравшись смелости, позвонил Рэксон, которую повысили после продажи знаменитого особняка, где все началось. Сначала Ритолина заявила, что такими небольшими сделками больше не занимается, но он уговорил ее встретиться. Услышав его историю за чашечкой кофе, Рита сказала, что найдет ему лучший дом.

Их объединила трагедия. Его почти что сломанная судьба.

Рита смотрела на него с улыбкой. Они сидели на новенькой, только что поставленной кухне в небольшом особняке в старой половине. Это был один из тех домов, которые принадлежали не аристократии, а дельцам. Два этажа, восемь комнат, небольшой аккуратный участок, подписанный контракт на электроэнергию, газ и воду, разрешение на садоводство и постройку технических сооружений. Словом, все для нормальной жизни.

– Клиника Аурелии Баррон, – проговорила Ритолина, делая глоток.

– Психушка не лучше тюрьмы.

Больше они ни о чем не говорили. По телевизору шел репортаж Ангелы Сарс из зала суда, где только что вынесли обвинение Инквизитору. Эта история закончилась.

Маркус протянул руку и коснулся пальцев Ритолины. Они знакомы несколько месяцев. Но она вдохнула в него жизнь. И казалось, что он без нее дышать не сможет.

– Выходи за меня?