Одна судьба на двоих - "Casperdog" - Страница 26

- Всезнайка хренов. Ничего, ты у меня попляшешь, это тебе обещаю. Что скажу – то и будешь делать, захлопнув свой рот надолго, если ненавсегда.

- Извините, Василий Никандрович, - Антон обратился к главврачу госпиталя, который сидел и с изумлением смотрел на непонятного «коллегу», как и ещё двое мужчин в штатском, сохраняя молчание. – Кто это такой, что по-хамски разговаривает со мной, не слыша простых человеческих слов? Не представшись, сразу стал «наезжать», не имея никаких оснований.

- Я генерал, - лицо говорившего покраснело до невозможности, и он запнулся, а этой паузой воспользовался Антон.

- И что мне до этого, что передо мной генерал?

- Лейтенант, - продолжил мужчина.

Антон пристально посмотрел на человека, который уже стал брызгать слюными вокруг.

- Василий Никандрович, обратите внимание. Вы, как специалист, должны были заметить, что у говорящего явное раздвоение личности. То он представляется генералом, то лейтенантом… Или начинается шизофрения или что похлеще, но, скорее всего, дереализация. (Дереализация, мед. - симптом диссоциативного расстройства, характеризующийся стойким или периодически возникающим чувством отчуждения от окружающей действительности.)

Антон покачал головой и продолжил.

- С ним я разговаривать далее не желаю, потому давайте продолжу с Вами. Не будете отрицать, что своей подписью под приказом, разрешающей неизвестным нам людям проникнуть в НАШЕ помещение, Вы лично несёте ответственность за прекращения действия договора? Нет? Вы молчите, поэтому продолжу. Штрафных санкций и действий по возбуждению страхового случая, наша фирма к госпиталю представлять не будет. Но это только в том случае, если мы получим оговорённую оплату в полном объёме. Добавлю, что и пятого пациента мы не только уже продиагностировали, но и провели комплекс необходимых действий, направленных на стимуляцию выздоровления больного. По поводу того офицера, что нам хотели «подсунуть». Всё, что Вам нужно узнать – было сказано лечащему врачу, который находился в палате в период нашего посещения пациента. Там что мы не только выполнили свои обязанности, но и перевыполнили их.

- Но, Антон, мы же с Вами договоривались, что за Вашими действиями будут наблюдать иностранные специалисты, разве не так? К тому же Ваш сотрудник с самого раннего утра вывез всю аппаратуру. Это ведь тоже нарушения контракта?

- Василий Никандрович, не заставляйте меня сомневаться в Вашей компетенции. В договоре нет ни единого слова об использовании аппаратуры для демонстрации. Кстати, если уже мы говорим предметно, то и о самой демонстрации не прописано ни слова. Поднимите документы, которые Вы лично подписывали и убедитесь. Поверьте, я Вас не обманываю, потому что имею честь и уважение к Вам лично, как к человеку, который достиг всего сам, без помощи звёздных пап или дачи взятки руководству. Вы пришли к своей должности благодаря уму и профессионализму, за что я к Вам соответственно и отношусь.

Главврач госпиталя смутился. Ему были и приятны произнесённые слова, но, в тоже время, мужчина понимал, что, по факту, именно он сам нарушил контракт и обратного пути нет. А здесь ещё папашка этого майора явился не к месту.

Пока Антон разговаривал с главврачом, так и неназванный генерал-лейтенант немного успокоился и, выхлебав воду прямо из горлышка казённого графина, опустошив его чуть ли не до дна, вновь встрял.

- Ты, пацан, ещё вспомнишь меня. Насколько знаю, все врачи после медицинского ВУЗа имеют звание офицера запаса, которого можно призвать в армию в любое время. Вот тебя и твою красотку мы и призовём, а повестку ты получищь под роспись прямо у выхода из госпиталя. И отправим служить туда, куда именно я скажу.

- Не хочу уподобляться хаму и называть человека в возрасте на ты, несмотря на неоднократные предупреждения, но замечу, что высокое звание не всегда соответствует уму и знаниям. Поясню свои слова. Повестку может вручить только военкомат по месту жительства, точнее, прописки военнообязанного. Вот когда придёт соответствующая повестка из нашего военкомата, тогда и будем разговаривать. А сейчас прошу помолчать и не показывать свою серость. Василий Никандрович, у Вас лично или у Ваших коллег есть что сказать по существу? Пустая болтовня меня выматывает, да и время моё личное уходит. Если нет вопросов, то пройдёмте к Вашим иностранцам. Я хочу вновь отметить, что в нашем совместно подписанном документе нет ни слова о дополнительной встрече. А чем удивить Ваших гостей мы найдём, поверьте.

- Если бы они видели Ваши действия, то и встреча бы не состоялась, - отметил главврач, на что Арина, всё же не удержавшись, ответила за брата.

- Эта встреча состоялась бы в любом случае. Скажите честно - Вы наверняка видели может даже не одну, а и две или три демонстрации наших возможностей. И что Вы лично смогли взять для себя? Как для именитого практикующего врача, так и человека, занимающегося наукой. Вы поняли принципы, действия, систему диагностики или ещё что? Или поняли, как мы проводим регуляцию организма пациента? Ответьте, только честно. Ведь так ничего в итоге и не поняли? Убедились только, что существуют люди, которые могут помогать другим, используя необычную и не привычную для Вас методику, работая не скальпелем, а силой своего организма. Используя дар и те способности, которых лишены большинство ныне живущих. Так? И для чего Вам, по сути, нужен был этот контракт? Чтобы кто-то из главка, кто усиленно настаивал на нашем присутствии в этом госпитале, положил себе в карман крупную сумму денег? Уверена, что общая сумма контракта, проведённая по бухгалтерии Министерства обороны, имела дополнительный ноль в сумме. Более мы с названным министерством дел иметь не желаем. Тем более что за последние два дня мы выслушали столько неприкрытого хамства и явных оскорблений, что дальше просто некуда. Хотите поддерживать с нами отношения? Пожалуйста, мы не против, но только на личном уровне.

Главврач встал и, немного подумав, кивком выразил согласие со всеми словами девушки.

Посмотрел на вновь начинающего наливаться краснотой генерал-лейтенанта и, поморщившись, предложил всем приглашённым пройти за ним, спеша покинуть кабинет.

Спускаясь по лестнице с третьего этажа на первый, где в небольшом конференц-зале их ждали гости, Антону внезапно пришла в голову забавная мысль, с которой он не приминул поделиться с сестрой.

- «Ринка, сколько тебе нужно времени, что бы вновь вернуть образ мымры, что ты так успешно сотворила в квартире утром?»

- «Пара минут, а что? Так понравилось, что захотел меня представить перед иностранными гостями как антипод себе?»

- «Ага. Не стоит им лицезреть столь красивую девушку. Меня им одного будет достаточно».

- «Догадываюсь, что у тебя есть соображения, но, как понимаю, делиться с ними со мной не будешь?»

- «Сейчас не буду, а почему ты сама поймёшь. Если всё пройдёт как мною задумано, мы будем иметь в кармане много бонусов для дальнейшей жизни. Просто доверься мне».

- «Хорошо. Я знаю, что ты меня любишь, поэтому всегда, не задумываясь, сделаю всё, что просит моя половинка».

- «Спасибо, моя хорошая».

Догнав на лестнице Василия Никандровича, Антон попросил главврача подождать пару минут, прежде чем начать пресс-конференцию, ссылаяь на то, что девушке нужно несколько минут, чтобы «припудрить носик».

Мужчина улыбнулся.

- Коль мы задержали встречу чуть ли не на час, то и пять минут ничего не решат.

Дождавшись, когда Арина вышла из туалетной комнаты и присоединилась к группе мужчин, все чуть ли не ахнули – вместо ослепительно красивой девушки перед ними появиась дама неопределённого возраста в старомодных очках с невыразительным лицом, да и её роскошная грива волос была превращена в непонятный комок на затылке.

Главврач, что-то поняв, лишь легко ткнул локтём в бок Антона, еле сдерживая рвущуюся улыбку, зато один из так и не представленных мужчин недовольно выразил своё недоумение девушке.