Одна судьба на двоих - "Casperdog" - Страница 109

- Да как не думала? Только работой голова постоянно и занята. Вы только не ругайте меня, а то сейчас расплачусь. Обещаю, что снижу нагрузки. Я ведь верю в Вас. Вы для меня словно боги на земле. Чего улыбаетесь? А как Вас можно ещё называть? Пришла к Вам в клинику полгода назад древняя старуха. Вся больная и скрипящая суставами словно древний паровоз. Да и свистело у меня изо всех дырок как из того, колёсного. А в итоге? Здоровая. Сил и эмоций предостаточно. По секрету скажу – на меня и некоторые симпатичные мужчинки стали поглядывать. А что? Мои пятьдесят – это ведь не конец жизни?

- Пятьдесят? – улыбнулась Арина, на что женщина, сверкнув глазами, возразила.

- Девочка. Ты меня сможешь понять, когда тебе будет столько, сколько мне сейчас. Запони - настоящая женщина не должна заглядывать в паспорт, вспоминая сколько ей лет, а чувствовать себя и, соответственно, вести себя так, насколько позволяет физическая кондиция. Да и духовная составляющая тоже.

- Ну, коль вы настолько хорошо себя ощущаете, мы поддержим Ваш организм, хотя нагрузку следует соблюдать именно ту, что была изначально указана в рекомендациях. Могу только посоветовать – выходите пораньше из дома и идите к своей подруге нормальным шагов две трети пути. А вот последнюю треть пробегайте, только не быстро. Так же и направляясь домой, уже в обратном порядке – два-три километров бегом, не пытаясь обогнать ветер, а весь оставший путь пешком, то ускоряясь, то замедляясь. Именно так и никак иначе. Не будете слушать советов врачей – ощущение старости придёт внезапнее, чем Вы ожидаете.

- Как скажете, Антошенька, как скажете. Буду делать всё, как Вы сказали.

- Только, умоляю, не наоборот, - с ужасом в голосе прошептал Антон и в смотровой вновь раздался смех.

- Ну а теперь, коль вдоволь посмеялись и выяснили причины недомогания, легли на живот и расслабились. Глазки закрыли и дышим ровно и спокойно. Рин?

- Готова. Начали…

* * *

С последним пациентом закончили около четырёх вечера. Проводили того до двери и, не сговариваясь, осели на пол.

- Да уж. Начали бодро, а вот закончили иначе. – Арина подняла бледное лицо на брата. – Я уже отвыкла за две недели от таких нагрузок. Сейчас одно желание – спать и только спать. Кстати, какие мысли по поводу ночлега? Мы вроде хотели сбежать из дома? Или уже иные планы?

- Малыш. А ты-то сама хочешь вернуться в дом, где на тебя будут косо смотреть? Мама ведь тоже сегодня странно себя повела. Или отец уже поведал ей мои слова об отъезде? Комнаты ожидания сейчас все заняты. Остаётся одно – переночевать в клинике. Я тебя уложу на диван в кабинете, а сам здесь лягу. А что? Тепло, никто не мешает и не капает на мозги.

- Ты же знаешь, что не смогу без тебя уснуть. Лучше вместе ляжем на диване. В тесноте, но не в обиде. Зато будем спать как убитые.

- Решим вопрос. Сейчас в любом случае надо поужинать. Или позже пойдём?

- Давай позже, часов в семь вечера? Или попросим сюда принести. Не хочется мне никуда переться. Ноги гудят и всю потряхивает. Тош. Ты чего задумался?

- А? Ты что-то спросила? Прости, задумался. А куда делись Белый со Сваром? Прошёл день, а они так и не появились. Странно. Неужели их задержали? Причина? Анализы не те? Так это вообще бред сивой кабылы. Давай сейчас переберёмся в кабинет, а потом… Чёрт. У нас ещё и Шприц где-то по клинике бродит. Или уже ушёл? Давай, малыш, поднимайся и пойдём наверх. Заодно посмотрим что на завтра, да и с Мариной надо поговорить. Не хочу откладывать разговор, а чем её зацепить, имеется.

Не успели двойняшки выйти к стойке регистрации, как их сзади догнал профессор Васильев.

- Вы сейчас домой? – мужчина был чем-то взбудоражен. – Жаль, но у меня множество вопросов и надо пообщаться более предметно.

- Дядь Лёш. Извините, но мы на последнем издыхании. Сил нет, честное слово, а разговор будет долгим, ведь так?

Мужчина даже споткнулся на ходу, когда более внимательно посмотрел на брата с сестрой. Смутился, понимая какую глупость только что сказал.

- Простите, ребята. Вижу в каком Вы состоянии. Ещё раз простите за мою бестактность. И всё же прошу хотя бы одну встречу. Не настаиваю на завтра, но только свисните – я всё брошу и примчусь.

- На крыльях любви, - сквозь силу пробурчала девушка. – Мы же не против. Только не сегодня, ладно?

- Конечно-конечно. Отдыхайте. А я, пожалуй, пойду.

Антон, прихватив со стойки конверт, который ему подсунула Марина, довёл Алексея Евгеньевича до двери и, тепло попрощавшись, вернулся к стойке.

- Марина. Мы, скорее всего, сегодня останемся на ночь здесь. Устали очень, а домой…

- Я понимаю. С родителями не в ладах?

- Что-то вроде этого. Но разговор не о них, а о Вас. Не надо только так переживать, а то сразу побледнели. Поговорить нужно на несколько тем. Поэтому попрошу, как только проводите последнего посетителя, подняться в кабинет.

- Вы хотите меня уволить?

- Марин. Совершенно не имеем таких мыслей. У нас есть интересная информация, которая может Вас заинтересовать. Только не надо лишних вопросов здесь и сейчас. Когда освободитесь, так всё и решим. Мы сейчас наверх. Как там наш первый пациент? Есть вопросы или жалобы от него самого или от сопровождающей его девушки?

- Всё в порядке. Мужчина пришёл в себя и отправил дочь за едой. Она уже дважды бегала в кафе, правда, улыбка её лицо не покидает. Вся светится, да и, как показалось, что-то напевала себе под нос.

- Замечательно. Вообщем, коль на сегодня всё, мы наверху.

Поднявшись на второй этаж и войдя в кабинет, девушка без сил рухнула на диван и с наслаждением скинула с себя всю верхнюю одежду, оставшись в тонкой рубашке и лёгких брюках.

- Как же хорошо вот просто так свалиться и ничего не делать.

- Отдыхай, роднулька, а я пока сделаю пару звонков. Ты только не прыгай – включу телефон на громкую связь.

Антон сел в кресло перед компьютером и, подумав несколько секунд, набрал номер. Услышав чуть ли не после второго гудка знакомый голос, облегчённо выдохнул.

- Привет, Белый. И что такое случилось, что Вы утром как исчезли, так и не появились у нас до сих пор? Или твоё состояние уже пришло в норму? Если так - мы будем только рады.

В трубке послышалось что-то вроде мычания, а потом раздался совсем другой голос.

- Антон, извини, что не приехали, но тут мы слегка расслабились после необычных утренних событий. Нас сначала отвезли в клинику, где взяли анализы крови, а потом с каждым беседовал твой отец в присутствии ещё пары человек. Все вопросы были вокруг именно что тебя – были ли нами замечены какие-либо странности за последние пару дней? Какие–либо оговорки и твоё неадекватное поведение? Как Вы с нами общались, как нас называли. Вообщем, пару десятков вопросов, которые следовали один за другим и так по кругу, лишь с некоторыми изменениями. Это всё длилось до двух дня, а после нас пинком под зад выдворили из здания, где проходила, как сказал твой папан, «дружеская беседа». Ну и мы, выйдя наулицу, что бы прийти в себя, немного посидели в одном кафе, благо Катерина с утра вернулась с детьми на дачу. Ну и… ты уж извини, мы слегка перебрали. Белый, так вообще сказал, что последний раз был в таком состоянии чуть ли не лет сорок назад. Как к нему домой добрались – ни он, ни я не помним. Свалились и уснули. А ты вот сейчас разбудил.

- Говнюки Вы оба. Нет, что бы просто набрать номер и сказать что с Вами всё нормально. Ладно, алкаши, отсыпайтесь. Пока.

Антон, слыша, что Свар пытался что-то ещё сказать, прервал связь.

- Ты представляешь? - он посмотрел на сестру. – Мы волнуемся как там эти двое, а они, оказывается, просто нажрались до невменяемости и завалились спать. Нет, ну не сволочи?

- Тош. Да и хрен с ними. Знать не всё так плохо. Да и Белый, судя по всему, особо не стремился к нам. К тому же я на данный момент с ним отказалась бы работать – сил совсем нет.