Создатель. Жизнь и приключения Антона Носика, отца Рунета, трикстера, блогера и первопроходца, с опи - Визель Михаил - Страница 85

– Во сколько вы оцениваете тот рынок, на который выходите?

Понятия не имею. На рынке PR сегодня такое количество денег гуляет в наличном виде, в конвертах, что даже грубой прикидки не сделаешь. А рынка консалтинга и аудита в области продвижения в блогосфере просто не существует, его предстоит создавать с нуля, так что сегодня можно смело сказать, что оборот его нулевой. Как у американского рынка телерекламы в 1946 году.

Есть один стартап недалёкого будущего, уникальное решение по удалённой работе, которое позволяет неограниченному количеству россиян стать профессионалами Интернета, зарабатывать деньги в Интернете, но не на схемах, а на чётких сделках, причём с уплатой российских налогов. В 2009 году в Интернете в России работало 132 тысячи человек, а в 2010 году – больше 150 тысяч человек. Я думаю, что в нашей стране в Интернете могут работать 1.5 миллиона человек в обозримом будущем. Интернет-работников станет в 10 раз больше, и надо придумать модель их найма.

В случае с «Workle» он был ментором, не партнёром. Мы встречались несколько раз в неделю, он приезжал и общался с командой, со мной. Бо́льшую часть времени мы обсуждали стратегию вывода «Workle» на рынок.

…2009 год. Я, тогда неопытный предприниматель, услышал интервью Носика на «Бизнес. ФМ», где сказали, что он гуру Интернета. И я понял, что должен попасть к нему.

Через некоторое время я увидел, что он читает лекцию в «City Class» – и купил на неё билет только для того, чтобы встретиться с ним и рассказать о том, чем мы занимаемся.

После лекции он выслушал меня и в целом очень положительно отреагировал на идею «Workle», который тогда был только идеей – без денег, инвесторов и т. п. Я ему пересказал все наши бурные фантазии в отношении рынка и того, что мы хотим сделать, а он в конце спросил меня то, что я часто сегодня сам спрашиваю начинающих предпринимателей: «Есть ли у вас MOU[447] хотя бы с одной компанией?». Я ответил, что нет. Он сказал, что пока мы 10 MOU не получим, общаться дальше бесполезно. И это действительно оказалось так. Получив 10 MOU, нам удалось и инвестиции в том числе привлечь. Где-то через полгода мы встретились повторно – и я сделал предложение о совместной работе. (Кстати, на этой встрече я рассказал ему, что мне накануне приснилась идея онлайн-такси как приложения на телефоне, которое будет приезжать туда, где ты находишься. Мы обсудили коротко, но руки у меня до той идеи так и не дошли. А через полгода появился «Gett».)

Предложение Антон Борисович принял, но мы сразу договорились, что фултайм он не выйдет, а будет приезжать к нам в офис несколько раз в неделю на «Первомайскую».

К слову сказать, по тем меркам мы платили Антону Борисовичу баснословные (как минимум для меня тогда) деньги, 300 тыс. в мес., учитывая, что, например, моя з.п. была 50 тыс., но он работал от силы 3–4 часа в неделю.

Не могу сказать, что мы работали очень долго, чуть больше года, но в целом продуктивно. Он давал такие верхнеуровневые, но весьма правильные советы, и, кстати, первый раз публично слово «Workle» было сказано именно им со сцены РИФ 2010.

Согласно первой, «Мохнатый сыр» должен означать уют и сытость. Но ближе к истине, наверное, вторая: что название должно быть ещё более омерзительным, чем само словосочетание «SMM-агентство». А вообще, как показывает опыт, наше название – это хороший психологический маркер: каждый видит в нём что-то в меру своей испорченности.

12 марта 2014 года проснулся я часов в 9 утра, выпил чашку эспрессо. Потом насыпал льда в стакан, налил туда 2 части «Апероля», 3 части просекко и 1 часть «San Pellegrino». Вставил гигантскую оливку на палочке, чуть помешал лёд, вышел на балкон и посмотрел через перила вниз – на двух гондольеров, не без труда разъезжавшихся в узком месте канала Rio del Paradiso o del Pestrin (Райский канал, он же канал Молочника). Подумалось: жить надо в Венеции. Ибо хуй с ним, с Pestrin, когда кругом одно сплошное Paradiso. Только не очень понятно, как тут со школами – вроде бы не очень хорошо. Надо выяснить, как с этим обстоит дело в Местре…

…А накануне мы до трёх часов утра спорили на альтане у Глеба Смирнова[448] – про Россию, цензуру, закручивание гаек. И я говорил: да ладно вам, кого волнует цензура на телевидении, кто его смотрит вообще. Для осмысленных людей есть «Lenta.Ru», живёт уже без малого 15 лет, никто её не трогает…

И вот стою я на балконе, думаю, где мне тут школу для Лёвы найти[449], но тут вдруг звонит телефон.

«Коммерсант ФМ», услужливо сообщает трубка.

Обычно я так все важные отраслевые новости узнаю – когда мне звонят с просьбой их прокомментировать.

Смотрю я на вибрирующий в руке дисплей, и чую неладное.

– Антон Борисович, как Вы можете прокомментировать увольнение Галины Тимченко из «Lenta.Ru»?

Как, как… Пиздец моей Венеции, вот как.

Возвращаюсь в кабинет, сажусь искать билет до Москвы.[450]