Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Иванов Сергей Григорьевич - Страница 218

– Тише, граф! – улыбаясь, Артезия протянула ему руку, которую он пылко облобызал. – Надеюсь, здесь-то нам никто не помешает?

Догадливо Светлан запер дверь на задвижку и провел гостью к креслу, расточая дерзкие комплименты.

– Хочу сразу предупредить, милый граф, – произнесла фрейлина, с любопытством озирая комнату. – В полдень я должна сопровождать принцессу на турнир – эта дворцовая служба так обременительна!

– Ну, так не будем терять время! – оробев от такого заявления, сказал Светлан. – Отведайте-ка вина: меня заверяли, будто это – ваше любимое.

Женщина охотно осушила кубок – под внимательным взглядом Светлана.

– Что за прелесть!

– Закусывайте, закусывайте! – он придвинул к ней фрукты. – Я вовсе не хочу, чтобы вы опьянели.

Тем не менее Светлан наполнил ее кубок снова.

– У меня такая жажда! – томно улыбаясь, сказала Артезия. – Ради Бога, не думайте, я – не пьяница… А почему вы не пьете?

– Вот еще, у меня и так голова кругом!

Фрейлина довольно засмеялась и снова сделала хороший глоток.

– А вы славный! – сообщила она, положив тонкую ладонь на его руку. – Сначала вы показались мне букой, но, слава Всевышнему, я ошибалась.

– Не спешите, сударыня, – улыбнулся в ответ Светлан. – Вы ведь меня совсем не знаете.

– Разве вы не друг Артура? – с жаром возразила Артезия. – Вот лучшая рекомендация!

Прекрасное ее лицо слегка затуманилось – видимо, от воспоминаний; она с сожалением вздохнула.

– Что ж, красота и сила всегда ходили под руку, – произнес Светлан значительно. – Тем более, в смутные времена.

– А разве наше время смутное? – живо спросила женщина.

– Странные дела нынче творятся при дворе, – задумчиво заговорил он, наблюдая за лицом Артезии. – По утрам в спальнях находят обескровленных мертвецов. Из зеркал на тебя смотрит чужое лицо, а глаза на портретах вдруг оживают. Ночью по парку слоняются серые призраки, шпионящие неизвестно на кого…

– Вы тоже их видели? – фрейлина стиснула его руку. – Ужасно, сударь, просто ужасно!.. Которую уже ночь я боюсь спать одна.

Торопясь, она залила страх несколькими глотками и улыбнулась смущенно.

– Тем осмотрительнее надо выбирать друзей, – наставительно заметил Светлан. – Вокруг столько нечисти!..

Артезия порывисто наклонилась к нему, и ее умопомрачительная грудь едва не выпала из декольте – Светлан зажмурился.

– А вы знаете, – зашептала она, обжигая его дыханием, – что в этом дворце все притворяются? И что любой – да-да, любой, включая принцессу, – может оказаться оборотнем?

– Ну, Анджелла-то еще ребенок! – возразил Светлан, стараясь не смотреть ниже ее ключиц. Но взгляд опускался, словно чугунный.

– Ребенок? – Артезия залилась хрипловатым, будоражащим смехом, и Светлану до скрежета зубовного захотелось взять в ладони ее вздрагивающие нагие плечи. – Я первая и любимая ее фрейлина, но даже мне – слышите, сударь, даже мне! – запрещено входить в ее спальню с полуночи до рассвета… А знаете, почему?

– Что вы, откуда!..

– Вот и я не знаю, – огорченно призналась она. – А что король ни на секунду не остается один и спит при зажженных свечах – это вам известно?

– Вероятно, ему есть кого опасаться.

– Конечно, есть, – подтвердила Артезия. – И я даже догадываюсь: кого.

– В самом деле? – спросил Светлан небрежно.

– Да, но вам я этого не скажу. – Фрейлина улыбнулась и погрозила ему пальчиком. – У меня тоже есть гордость, сударь, и я умею мстить. Уверяю вас, он дорого заплатит за свой секрет!

– Или вернет его силой, – мрачно предположил Светлан.

– Не посмеет! – испуганно возразила женщина. – Бог не выдаст меня… И потом, разве я не с вами?

Последний довод ее успокоил. Она допила вино, перевернула кубок и потрясла, заразительно смеясь. И Светлану тоже захотелось забыть обо всем. Какого черта, разве он не заслужил этой маленькой радости?

– Какой необычный у вас меч, – заметила фрейлина тоном знатока. – Впервые вижу такой.

Она поднялась, желая рассмотреть клинок поближе, качнулась и упала Светлану на колени. Кажется, Артезия действительно решила не терять драгоценного времени даром. Против воли Светлан привлек ее к себе.

– Ах, простите, милый друг! – фрейлина обвила его шею горячими руками. – Кажется, я немного опьянела: это вино такое крепкое! Здесь душно, надо расстегнуть платье… Как ты могуч!

Она надвинулась на него пылающим лицом, поймала ртом его губы. Ошеломленный стремительностью атаки и неожиданно буйным откликом собственной плоти, Светлан опомниться не успел, как платье Артезии, шурша, соскользнуло на пол и все ее безусловные прелести открылись ему за условной преградой из прозрачного и тончайшего белья. Руки сами потянулись убирать этот последний заслон, чтобы полными горстями черпать блаженство. А изнутри вскипала жаркая, томительная, сладостная волна…

Светлан уже совершенно потерял голову, когда женщина вдруг глубоко вздохнула и уронила голову ему на плечо. Минуту спустя она мирно спала на руках Светлана, а он глядел на нее и туго соображал, не свалял ли дурака. Упустить такую пери – и ради чего? Для кого он хранит верность, кому он нужен здесь? Глупо… И кстати, с испугу он всыпал Артезии слишком большую дозу и ничего толком не выведал – тоже, горе-интриган! Напрасно понадеялись на тебя ведьмы…

Морщась, Светлан перенес женщину на постель, затушил свечи и лег рядом. С облегчением закрыл усталые глаза. День кончился – что будет завтра?

19

Засыпал Светлан трудно. Несмотря на открытое окно, в комнате было душно, к тому же он утопал в невообразимо мягкой перине, а пылкая Артезия даже во сне прижималась к нему горячим телом. Перед закрытыми глазами мелькали картины насыщенного событиями дня, особенно часто – сталкивающиеся в клубах пыли всадники и гневное лицо Анджеллы. Затем сцены утратили связность, мысли поплыли, он стал засыпать…

И вдруг проснулся – резко, будто в бок ткнули. Скосил глаза на скрип окна… и рванулся к мечу. Но видение уже исчезло – длинное уродливое лицо с алчно пылающими глазами.

Сжимая в руке меч, Светлан бросился к окну, выглянул наружу. Ночь была темна и пасмурна, свежий ветер шелестел кронами деревьев, в отдалении рокотал гром надвигающейся грозы. И нигде ни души.

Закрыв окно на все задвижки, Светлан лег снова, прислонив меч рядом. Артезия сонно обхватила его, жарко задышала в шею. Некоторое время Светлан лежал без сна, с содроганием вспоминая страшного гостя, затем задремал, вскидываясь при каждом шорохе. Да и Артезия спала беспокойно: что-то невнятно бормотала, беспрестанно шевелилась, ворочалась, порывалась встать, – то ли на нее так подействовало снотворное, то ли страдала лунатизмом.

Ближе к утру разразилась гроза, и под гул низвергающихся с неба потоков Светлан наконец уснул по-настоящему. Но ненадолго. Снова его что-то разбудило. Он не сразу понял, что именно, потом сообразил: Артезии не было рядом. Ее вообще не оказалось в комнате, осталось только платье. Подхватив меч, Светлан выскочил в коридор. Из соседнего крыла здания доносились голоса. Он побежал на шум, на бегу прилаживая к поясу ножны.

В конце коридора, перед открытой дверью, толпилось несколько десятков возбужденно переговаривающихся людей, в большинстве полураздетых. Через головы Светлан разглядел герцога Карла, давешнего маркиза, приятеля Артезии, и толстяка-монаха. Взгляды собравшихся были направлены в их сторону, но источником сумятицы явно были не они.

Раздвигая толпу, Светлан пробрался вперед и увидел забившееся в угол, истерзанное, растрепанное существо, в котором не сразу узнал Артезию. Тончайшее ее белье было изорвано в клочья, обнажившееся тело – в синяках и ссадинах, на руках кровь. Лицо перекошено отчаянием.

– Попалась, ведьма! – торжествующе вопил монах, потрясая пухлыми кулаками. – Стража, сюда! На костер ее!

– Вы слишком нетерпеливы, святой отец, – учтиво улыбаясь, возразил маркиз. – По закону она должна признаться сама.