Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Иванов Сергей Григорьевич - Страница 206

6

Остаток дня Светлан посвятил переезду и изготовлению простейшего охотничьего снаряжения. Вечером из своего неказистого лука ему удалось подстрелить тетерева, и Светлан устроил себе пиршество, отъевшись за два дня вынужденного вегетарианства. После захода солнца он долго сидел у костра, завороженно глядя в огонь и лениво размышляя на несколько тем сразу. Спать не хотелось: сказывался поздний подъем, да и события прошлой ночи еще маячили в памяти.

Потом он решил искупаться и, погрузившись в теплую воду, неторопливо поплыл, глядя в глубину, где скользили призрачные огни, заслоняемые неясными тенями, словно там кружил русалочий хоровод. Зрелище было красивым и в меру жутким, но когда ему стали чудиться чьи-то осторожные прикосновения, будто его трогали любопытные руки, Светлан поторопился убраться из воды.

Из опасения ночного визита герцога спать лег одетым, пристегнув к поясу нож и положив меч у изголовья – на манер бывалых вояк. Долго ворочался, кляня себя за нарушение режима. Наконец сон пришел – зыбкий, прерывистый, полный причудливых видений. То снилась Анджелла, скачущая вокруг костра на голом герцоге; то дворец на болоте, безлюдный, но наполненный таинственными звуками и тенями; то похожий на людоедское логово замок, в центральном зале которого восседал на троне громадный зловещий паук; а то – он сам, Светлан, мчащий напролом через лес, подгоняемый ужасом и чьей-то неодолимой волей, чувствуя на плечах тяжесть безжалостного всадника…

Напрягшись, Светлан вынырнул из кошмара, открыл глаза. Бросил взгляд на вход и похолодел. На фоне звезд четко вырисовывался неподвижный силуэт. Светлан рывком ухватился за меч, вскочил. Бесшумно скользнув в сторону, тень исчезла. Светлан кинулся к выходу, споткнулся и, теряя меч, полетел кувырком. Тут же кто-то упал ему на спину, шею стиснули чьи-то жесткие колени, скулы перетянули ремни. Отчаянно рванувшись, он высвободился, взмахом руки отбросил от себя нападавшего и вскочил на ноги.

Безмолвная тень метнулась к кустам, Светлан бросился вдогонку. Тень нырнула в заросли на секунду раньше, и сейчас же оттуда взмыла в воздух громадная птица. В азарте Светлан прыгнул и уцепился за когтистые лапы. Бешено работая крыльями, птица тяжело тянула вверх. Когда Светлан спохватился, они уже летели высоко над лесом. От взгляда вниз его бросило в холод. Теперь – кто быстрее устанет, подумал он, лихорадочно прикидывая, сколько еще сможет продержаться.

Светлан вдруг увидел прямо перед собой хищный клюв: птица целилась ударить.

– Только сунься! – пригрозил Светлан. Повиснув на одной руке, он выхватил из-за пояса нож.

– Нет! – гортанно крикнула птица, поднимаясь еще выше.

– Вниз! – рявкнул Светлан, взмахнув ножом. – Слышишь, тварь?

– Нет! – стонала птица. – Пусти!..

– Спятила? Да я же костей не соберу!

Спрятав нож, он снова повис на обеих руках. Пальцы начинали неметь, но и птица выбивалась из сил. Взмахи крыльев становились все реже, они опускались. Скоро верхушки деревьев стали бить Светлана по ногам, и он испытал искушение прыгнуть на дерево поразлапистей – однако предпочел плавную посадку. Они зависли над крохотной полянкой, метрах в трех от земли. Птица сражалась до последнего, прилагая героические усилия удержаться в воздухе, но уступала. Светлан опустил голову, выбирая, куда ставить ноги, как вдруг корявые птичьи лапы стали гладкими на ощупь. Он глянул вверх и обмер. Его ладони сжимали щиколотки девичьих ног. Девушка била теряющими форму крыльями по ветвям, искаженное мукой лицо мертвело.

– Пусти! – выдохнула она. – Не могу… больше. Тяжко!

И они рухнули. Светлан успел подхватить обмякшее тело ведьмы, спружинил ногами. Уложив ее на траву, присел рядом, переводя дух.

Застонав, девушка открыла глаза.

– Ну что, Лаура, – спросил Светлан, – будем мириться?

– Нет, – прошелестел ее голос.

– В конце концов, это свинство! – возмутился он. – С какой стати я должен с тобой возиться?

Хватаясь пальцами за траву, Лаура пыталась приподняться, но сил уже не оставалось.

– Труба зовет? – ехидно осведомился Светлан. – Не налеталась еще? Ух, моя бы воля!..

Легко подняв девушку на руки, он зашагал по направлению к избушке старой ведьмы.

7

В ожидании бабки Светлан сидел на крыльце, лениво болтая с зевающим Псом. Несколько раз из-за деревьев возникали разбойного вида личности и одинаково пропитыми голосами спрашивали хозяйку. (Или это был один и тот же?) Пес всякий раз обстоятельно отвечал, что бабки нет и когда будет – неизвестно, и личности без дальнейших расспросов растворялись в гуще леса.

– Шел бы ты спать, – зевнув в очередной раз, посоветовал Пес. – Бабка иной раз под утро возвращается.

– Подожду, мне не к спеху.

– Да ты не тревожься, очухается Лаура. Ей не впервой.

– Что так?

– А неистовая без меры, себя не бережет. Узды не терпит, даже собственной. Такие быстро сгорают.

– Уж ты-то не сгоришь.

– А чего? На цепи, зато сыт и бестревожен.

– Не лопни от гордости-то.

– Гордость – чувство беспокойное, – возразил Пес. – А я просто доволен, гордости тут нет.

Пес застыл, навострив уши.

– Бабка летит, – сообщил он. – Веселая. Ну, будет!..

Он полез задом в конуру.

Над деревьями мелькнула черная тень и рванулась на Светлана. Невольно он выбросил перед собой руки, но бабка лихо осадила помело у самого крыльца.

– Явился! – закричала она с бесовской радостью. – Ух, сладкий мой! Знала я: не послушаешься. Ну, держись!

Бабка взмахнула руками, что-то выкрикнула пронзительно. Крыльцо вдруг заходило ходуном, оторвалось от земли и вознесло Светлана метра на полтора.

– Цыпа, цыпа, цыпа… – звала старуха, отступая к лесу. Тяжеловесно раскачиваясь, дом двигался за ней. Стоящее на краю поляны дерево склонилось ему навстречу, накрыв ветвями. Тело Светлана оплели тугие ветки – да так плотно, что рукой не шевельнуть, – и потащили с крыльца. Оказавшись на земле, он уперся, напряг мышцы. Ветки затрещали, правая рука вырвалась, метнулась к поясу. Сверкнул нож, несколько веток мягко спланировали на траву, остальные взмыли, как ошпаренные, ввысь.

– Плоско шутишь, бабуся! – отдуваясь, сказал Светлан. – Семейное это у вас, что ли?

Старуха визгливо хохотала:

– Не нравится? Касатик ты мой, прости глупую бабу, не угодила! Уж так старалась, так старалась!..

Хихикая, она проковыляла к дому, проворно вскарабкалась на крыльцо и уселась на краю, свесив корявые ноги.

– Ох, потешил ты меня, богатырь! – сказала она благодушно. – Сила у тебя не здешняя. И дух вроде знакомый.

– Я вот тоже думаю: уж не земляки ли мы с тобой?

– Хо-хо… Может быть, касатик, все может быть. Не помню я: старая.

– Темнишь, бабуся?

– Нравится мне тут – вот и позабылось былое. Приятелей сколь новых, и все в силе. Повеселиться можно, покуражиться, набедокурить – ух!.. А в старых краях что? Каждый крестьянский сын укорот норовит сделать – разве ж то жизнь?

– Акклиматизировалась, стало быть, на новом месте?

– Прижилась, милок, прижилась, – закивала старуха. – Душой прикипела.

– А внучка как же?

– А чего внучка? – встрепенулась бабка.

– Слушается?

– Ох, не слушается! Как силу набирать стала, так все по-своему, все поперек. Носится по лесу как угорелая, зверье гоняет, дела знать не хочет…

– А что за дело, бабушка?

– Дело? Так дело наше известное, колдовское – от людишек к себе грести. Прежде я одна так промышляла, а здесь темные дела обществом вершатся. На все королевство сеть наброшена!

– Так уж и на все? – усомнился Светлан.

– Не веришь? – взвилась старуха. – Вот сунем факел в муравейник – завертятся рабы божьи, забегают… Ой! – старуха захихикала. – Болтлива я сегодня, перебрала малость. А ты хитер, богатырь, ох, хитер!.. Умеешь глупым женщинам языки развязывать. Ну, ладно.

Кряхтя, она поднялась на ноги, постучала скрюченным пальцем по стене. Дом зашевелился, стал неторопливо переминаться на громадных птичьих ногах, плавно раскачиваясь.